Ноябрь, 14, 1923, среда

"Был вчера у Ахматовой. Она переехала на [360x500]новую квартиру – Казанская, 3, кв. 4. Снимает у друзей две комнаты. Хочет ехать со мною в Харьков. Тёплого пальто у неё нет: она надевает какую-то фуфайку "под низ", а сверху лёгонькую кофточку.
Я пришёл к ней сверить корректуру письма блока к ней – с оригиналом. Она долго искала письмо в ящиках комода, где в великом беспорядке – карточки Гумилёва, книжки, бумажки и пр.

"Вот редкость" -

и показала мне на франц[узском] языке договор Гумилёва с каким-то франц[узским] офицером о покупке лошадей в Африке.

Так как Анне Андреевне нужно было спешить на заседание Союза Писателей, то мы поехали в трамвае № 5. Я купил яблок и предложил одно Ахматовой. Она сказала:

"На улице я есть не буду, всё же у меня "гайдуки", а вы дайте, я съем на заседании".

["Гайдук" упоминается в её стихах о царе. Теперь критики, не зная, о ком стихи, стали писать, что Ахматова ездит с гайдуками.]
Оказалось, что у неё в трамвае не хватает денег на билет (трамвайный билет стоит теперь 50 мил[лионов], а у Ахматовой всего 15 мил.)

"Я думала, что у меня 100 мил[лионов], а оказалось десять".

Я сказал:

"Я в трамвае широкая натура, согласен купить вам билет".

"Вы напоминаете мне, -

сказала она, -

одного американца в Париже. Дождь, я стою под аркой, жду, когда пройдёт, американец тут же и нашёптывает:

"Мамзель, пойдём в кафе, я угощу вас стаканом пива".

Я посмотрела на него высокомерно. Он сказал:

"Я угощу вас стаканом пива, и знайте, что это вас ни к чему не обязывает"".

К.Чуковский