Очень рада предложить к вниманию пользователей  еще один интересный, с моей точки зрения, материал с ресурса Соединяющий миры.

17 февраля 1600 г. на площади Цветов в Риме был сожжен выдающийся итальянский мыслитель Джордано Бруно — философ, который в своих взглядах на Вселенную пошел значительно дальше Коперника. Бруно разрушил хрустальную сферу неподвижных звезд и вслед за Николаем Кузанским отстаивал мысль о безграничности Вселенной в пространстве и времени...

Джордано Бруно (настоящее имя Филипп) родился в 1548 г. в местечке Нола вблизи Неаполя. Его отец был солдатом-наемником, а мать — бедной крестьянкой. Мальчиком Бруно был отдан в монастырь, в котором он пробыл десять лет. В монастыре Бруно подробно изучил книгу Коперника «Об обращениях небесных сфер» и смело выступил против взглядов Аристотеля, указывая на их наивность и несоответствие результатам наблюдений. Заподозренный в ереси, Бруно бежит из монастыря, покидает Италию и с 1574 г. по 1591 г. скитается в разных странах Европы, побывал в Швейцарии, Франции, Англии и Германии.

В это время Бруно пишет свои известные книги, блестяще выступает в диспутах, и всюду в конце-концов его заставляют прекратить пропаганду своих идей. Сановник, который со временем делал заключение о его еретической деятельности, писал, что это «один из выдающихся умов, которые можно себе лишь представить, человек незаурядной начитанности и величайших знаний».

Бруно решительно выступил против церкви и религии вообще, он считал их самой серьезной преградой на пути развития науки. По его словам, католические священники «хуже гусениц и жадной саранчи», а протестантские «реформируют безрассудную и испорченную веру, залечивают язвы прогнившей религии». И те и другие — «величайшие ослы мира». Вернувшись в Италию, он очень скоро попал в сети инквизиции и после семилетнего пребывания в тюрьмах взошел на костер.

По мнению многих биографов Бруно, он, возможно, и не погиб бы на костре, если бы не его выступления против монастырских доходов и имений, если бы он не требовал их конфискации. Именно на этих вопросах, как следует из протоколов допросов, инквизиторы акцентировали свое основное внимание. Как известно, на судебном процессе об учении Коперника речи вообще не было. Как заметил известный английский астрофизик Дж. X. Джине (1877—1946), церковь осудила Бруно за его учение о множестве населенных миров, дескать, «трудно представить себе, что церковь могла бы сделать иначе, поскольку казалось совершенно нечестивым допускать, что величайшая драма падения человека и ее искупление, в которой принимал участие сын божий, могла произойти на какой-то малой сцене, а не в центре мира».

Первая из объемистых книг Джордано Бруно «Пир на пепле» издана в Англии в 1584 г. Она состоит из пяти диалогов, которые ведут четыре собеседника, и посвящена главным образом пропаганде астрономических идей Коперника. Здесь Бруно излагает свои взгляды о безграничности Вселенной и неисчислимости миров. Эти идеи он развил дальше в книгах «О причине, начале и едином» (1584 г.), «О бесконечности, вселенной и мирах» (1584 г.) и «О неизмеримом и неисчислимом» (1591 г.). В этих книгах Бруно выступает как один из основоположников современного материалистического естествознания, излагая учение о материальном единстве мира, бесконечного в пространстве и времени.

Послушаем прежде всего, что говорил Джордано Бруно о Копернике и его учении: «Этот человек не ниже ни одного из астрономов, которые были до него, если не говорить о последовательности во времени, человек, который по природной рассудительности стоял намного выше Птолемея, Гиппарха, Евдокса и всех тех, кто шел их путем.

Ему мы обязаны освобождением от некоторых фальшивых допущений общей вульгарной философии, если не сказать, от слепоты. Но он недалеко от нее отошел, поскольку, зная математику глубже чем природу, не смог настолько углубиться и проникнуть в последнюю, чтобы уничтожить корни колебаний и фальшивых принципов, чем полностью устранил бы все противоборствующие трудности, освободил бы себя и других от многих ненужных исследований и сконцентрировал бы внимание на делах постоянных и определенных...»

О себе и о своем учении Бруно, присвоив имя Ноланец, говорит устами одного из собеседников: «Ноланец... перед лицом здравого смысла ключом самых старательных исследований открыл те убежища истины, которые могут быть нами обнаружены... Таким образом мы узнаем, что если бы мы были на Луне или на другой звезде, мы были бы в месте, не очень отличающемся от Земли, или, может быть, даже в худшем месте; мы узнаем, что могут быть другие тела, такие же хорошие и даже лучшие сами по себе и способные дать больше счастья своим обитателям».

В первой из упомянутых книг Джордано Бруно разоблачает также фальсификацию, совершенную лютеранским богословом и математиком А. Осиандером (1498— 1552) во время редактирования книги Коперника. Как известно, Осиандер подменил текст предисловия, написанного Коперником, другим, в котором гелиоцентрическая система характеризовалась лишь как удобная для вычислений модель, «поскольку никакой разум не в состоянии производить исследования действительных причин или гипотез этих движений, астроном обязан изобрести и разработать хотя бы какие-нибудь гипотезы, при помощи которых можно было бы на основании геометрии правильно вычислить эти движения как для прошедшего, так и для будущего времени». Далее Осиандер писал, что «во всем, что касается гипотез, пусть никто не ждет от астрономии чего-либо существенного, поскольку она неспособна дать что-либо подобное».

В действительности же Коперник в своем предисловии совсем не высказывал сомнений о том, что его система мира правильна. Он приводит слова своих друзей, что «чем более нелепым в данное время покажется многим мое учение о движении Земли, тем более удивительным и заслуживающим благодарности будет оно после издания моих трудов, когда мрак рассеется неоспоримыми доказательствами».

Известно, что на подделку Осиандера сразу энергично реагировал Тидеман Гизе, который в письме к Ретику писал: «...как не возмущаться таким вероломством, осуществленным, чтобы «уничтожить доверие к этой работе». Гизе надеялся, что Ретику удастся исправить положение: «Если бы удалось заново напечатать первые листы, то можно было бы дополнить книгу новым предисловием, которое очистило бы от клеветы даже те экземпляры, которые успели разойтись». Но Ретику не удалось внести изменения в начало книги Коперника, очевидно, потому, что весь ее тираж уже был к тому времени напечатан.

И вот почему мы вспоминаем об этом именно здесь. Разумеется, во многих книгах можно прочитать, что этот подлог – фальсификацию Осиандера – установил И. Кеплер в 1609 г. на страницах своей «Новой астрономии». Но уже Джордано Бруно в «Пиру на пепле» критикует «вводное предисловие, приложенное просто не знаю каким необразованным и самонадеянным ослом». Бруно пишет далее: «...этот осел, как бы желая извинить автора и оказать ему заступничество или даже поставив перед собой цель, чтобы другие ослы, найдя в этой книге и для себя салат и плоды, не остались бы голодными, ... предупреждает их...».

Из дальнейшего текста видно, что Бруно был знаком с оригиналом предисловия Коперника, поскольку пересказывает содержание нескольких его абзацев. Можно, по-видимому, думать, что Ретик приложил много усилий, для распространения этого предисловия.

Бруно не сомневался в том, что звезды во Вселенной перемещаются относительно друг друга. Он говорит так: «...их можно называть неподвижными не из тех соображений, что они действительно сохраняют то же самое равное расстояние от нас и между собой, а лишь потому, что их движение не ощутимо для нас».

А вот какими словами Джордано Бруно сформулировал закон сохранения материи: «...все вещества... претерпевают разнообразные превращения господства и рабства, счастья и несчастья, того состояния, которое называется жизнью и которое называется смертью, светом и тьмой, добром и злом. И нет вещества, которому по природе своей надлежит быть вечным, за исключением субстанции, называемой материей, но и ей тем не менее надлежит быть в вечных изменениях».

И, наконец, о Вселенной: «Вселенная едина, бесконечна, неподвижна. Единая, утверждаю я, абсолютная возможность, едина действительность, едина форма или душа, едина материя или тело, едина вещь, едино сущее, едино величайшее и наилучшее. Она никоим образом не может быть охвачена и поэтому неисчислима и беспредельна, а тем самым бесконечна и безгранична, и, следовательно, неподвижна. Она не движется в пространстве, ибо ничего не имеет вне себя, куда могла бы переместиться, ввиду того, что она является всем. Она не рождается, ибо нет другого бытия, которого она могла бы желать и ожидать, так как она обладает всем бытием. Она не уничтожается, ибо нет другой вещи, в которую она могла бы превратиться, так как она является всякой вещью. Она не может уменьшиться или увеличиться, так как она бесконечна. Как ничего нельзя к ней прибавить, так ничего нельзя от нее отнять, потому что бесконечное не имеет частей, с чем-либо соизмеримых». Вследствие этого, «поскольку Вселенная беспредельна и неподвижна, не следует искать ее двигателя. Во-вторых, бесконечные миры, находящиеся в ней,— земли, огни и другие виды тел, называемые звездами, все движутся вследствие внутреннего начала, являющегося их собственной душой, как мы это доказали в другом месте и, вследствие этого, бесполезно разыскивать их внешний двигатель».

Таким был Джордано Бруно в своих взглядах на мир, в своих поисках законов мироздания. Однажды он сказал: «Жизнь человека на Земле является ни чем иным, как состоянием войны! Он должен поражать ничтожность лодырей, обуздывать нахальство, предупреждать удары врагов». Находясь в тюрьме, он написал о себе так: «Было во мне все же то, в чем не откажут мне будущие столетия и потомки скажут: страх смерти был чужд ему, силу характера он имел большую и ставил выше всех наслаждений жизни борьбу за истину». Свои высокие качества бойца Бруно проявил во время судебной расправы и во время смерти. Выслушав приговор, он сказал: «Вы, наверное, с большим страхом огласили мне приговор, нежели я его выслушал», а потом несколько раз добавил: «Сжечь — не значит опровергнуть...».

Пепел костра, на котором он был сожжен, сброшен в реку Тибр, чтобы от «еретика» не осталось никаких следов. В 1889 г. на площади Цветов в присутствии шести тысяч делегатов от всех стран и народов мира был открыт памятник. На нем надпись: «9 июня 1889. Джордано Бруно. От предвиденного им столетия, на том месте, где был зажжен костер»...

Климишин Н.А., "Астрономия вчера и сегодня".

http://wwint.alfamoon.com/index.php?mod=news&act=show&id=180