Закрой глаза сказала она и холодными пальцами пробежала по моему застывшему лицу. Что на этот раз? Я, все так же, не двигаясь, смотрел на нее и, силясь улыбнуться, молчал.Ее ладони нежно закрыли мои веки. Она говорила:" а помнишь наши мечты? Вспомни, как мы говорили о большущем доме, о маленьких сумасшедших детях? Помнишь? А как мы лежали на траве и планировали, планировали! сколько всего было! Мне всегда было так хорошо, так спокойно. И я всегда знала, что это все сбудется. И я не ошиблась." Она улыбнулась. Нет, я все так же сидел с закрытыми глазами, но я знал, что она улыбается, что краешки ее алых губ поднимают щеки, что лицо ее, озаренное ею же, оттеняет своей красотой солнце. А она думала, что улыбка ей не идет. Глупая. Я всегда одаривал её сотнями комплиментов, ведь это была она. Не какая-то "мадам" из сотни других. Я знал ее, я знал о ней все и хотел узнать еще больше, потому что это была она. Все так же улыбается. "А помнишь, как мы ездили на море? Ты скопил денег и сделал мне огромный сюрприз? Я ведь никогда этого не забуду! Эти волны, наш щенячий восторг, соседствующий с безумством? Как мы бесконечно купались, строили замки, бежали по обжигающему песку. Это ведь никогда не сотрется, это навсегда." Она поцеловала меня в лоб чуть заметно, но ощутимо. После небольшой паузы она продолжила: "Но я знаю, что все должно получиться. Ничего не бойся, я всегда буду с тобой. Всегда." Капельки пота скатывались с моего лба. А она сильно сжимала мою мокрую руку. Мы знали что уже пора. "Поехали?" сказала она, наверное, в сотый раз. Я качнул головой в знак согласия. Она взялась за ручки моей инвалидной коляски и, с большим усилием, мы двинулись. Поехали, поехали. И я открыл глаза.