Школьные фотографии с 1-го по 10-й класс, 1944—1954, 49-й ленинградской женской средней школы.
Пригласительный билет на выпускной вечер 21 июня 1954 года.
[549x314]
10-й класс
[549x432]
Советское платное образование
Сегодня многие склонны ностальгировать по тем временам, когда в нашей стране можно было получить бесплатное образование. Но факты истории говорят о том, что введение платы за обучение — это совсем не печальное ноу-хау последних лет. Попытки сделать образование платным предпринимались еще в далекие советские годы.
С 1940 года советская власть сознательно добивалась ограничения количества людей со средним, среднеспециальным и высшим образованием. Причем, вопреки обыкновению, использовала не административные меры, а экономические: отныне за учебу устанавливалась плата. Причины “нововведений” были очевидны — для индустриального рывка стране срочно нужны были люди у станка. Уже с конца 1939 года в Советском Союзе шла незаметная для общества и тщательно маскируемая властью “трудовая мобилизация”. В 1939-м были введены важнейшие изменения трудового законодательства (например, уголовная ответственность за прогулы). Тогда же Совет Народных Комиссаров принял несколько знаковых постановлений: “Об образовании школ среднего сельскохозяйственного образования”, “Об образовании Главного управления трудовых резервов при Совнаркоме СССР”, “О призыве городской и колхозной молодежи в ремесленные училища, железнодорожные училища и школы фабрично-заводского обучения”. Согласно этим постановлениям, к ноябрю 1940 года планировалось направить в ремесленные училища и ФЗО 600 тысяч юношей и девушек, имевших только начальное образование. Ремесленные училища в это время открывались в массовом порядке, и будущий рабочий класс находился там на полном обеспечении государства.
Любопытно, что официальные постановления о введении платы за обучение практически нигде не публиковались, хотя находятся в открытых архивах и не спрятаны за грифом “секретно”. Скорее всего, руководство страны с самого начала понимало, что постановления были незаконны, поскольку противоречили Конституции СССР. Прокуроры советских республик даже не пытались требовать отмены антиконституционных документов и оставляли решение проблемы на усмотрение ЦК партии. Советское образование должно было позиционироваться исключительно как бесплатное.

По этой причине моя мама не смогла закончить обычную десятилетку, и "вылетела" из школы после седьмого класса. Бабушка работала служащей. Она получала на руки, после оплаты всех налогов и обязательных государственных займов, около 300 рублей в месяц. Плюс государство платило маме пенсию 140 рублей, за отца, пропавшего без вести на фронте, во время снятия блокады, в начале 1944 года. Из этих денег нужно было платить за жилье, транспорт, еду, и хоть как-то одеваться. 470 рублей в месяц, на двоих, хватало только на житье впроголодь. Выкроить еще 200 рублей в год, на школьную учебу, уже не было никакой возможности... После седьмого класса мама пыталась учиться на курсах чертежников, но ей не удалось их закончить, она постоянно болела и пропускала занятия. Тогда она пошла работать на фабрику, ученицей. Её первой зарплаты хватило лишь на то, чтобы, купить домой четыре обычных стула - всю мелкую мебель мои предки сожгли еще в блокаду. Мама закончила вечернюю школу - "десятилетку", уже во взрослом возрасте. Мама сказала, что постоянно питаться до сыта ей удалось только к середине пятидесятых годов.

Плата за отрыв от производства
Журнал «Власть» № 50 (653) от 19.12.2005 

65 лет назад, в 1940 году, в СССР была введена плата за обучение в старших классах средней школы, техникумах и вузах. Но затем для представителей некоторых наций Кавказа и Средней Азии учеба вновь стала бесплатной. Зачем была попрана основа основ советской Конституции — равноправие наций, выяснял обозреватель «Власти» Евгений Жирнов.
«К пролетарскому студенчеству допущены максимальные льготы»
Среди тех, кто родился в Советском Союзе в 1930-х и первой половине 1940-х годов, на удивление много людей, среднее образование которых, мягко говоря, не отличалось полнотой. Лишь редкие из них оканчивали даже семилетнюю школу, а одолевшие пять-шесть классов считались вполне подготовленными для самостоятельной жизни. Затем они, как правило, учились в школах ФЗО (фабрично-заводского обучения), а в школы рабочей молодежи и на вечерние или заочные отделения техникумов и вузов поступали уже в достаточно зрелом возрасте. Этот массовый уход из школ до получения аттестатов зрелости если и упоминался в советской литературе, то чаще всего объяснялся войной и послевоенными трудностями. И это отчасти было правдой. Но только отчасти.
На самом деле массовый исход учащихся из школ после получения неполного среднего образования и даже до его получения был элементом государственной политики. С 1940 года советская власть сознательно добивалась ограничения количества людей со средним, среднеспециальным и высшим образованием, причем вопреки обыкновению использовала не административные меры, а экономические. Меры были довольно бесхитростные — за учебу просто устанавливалась плата.
По всей видимости, не вполне обычный метод работы с массами был избран потому, что уже вводившаяся в 1920-е плата за обучение в вузах позволила добиться вполне конкретных политических целей. В первые годы своего существования советская власть вела непрерывную борьбу с доставшимися ей в наследство от проклятого царского прошлого профессурой и студенчеством. Они были базой для подпольных организаций, они постоянно проводили акции протеста. И, как оказалось, только арестами и внедрением в университетскую среду чекистов решить проблему было невозможно. Оставался один выход — радикально изменить социальный состав студентов. Поэтому в апреле 1924 года руководство страны приняло решение о проведении чистки в вузах и установлении платы за обучение. В решении Политбюро говорилось:
«а) Считать необходимым сокращение при чистке количества учащихся не менее чем на 30 тысяч.
б) В основном чистка должна проводиться по линии проверки академической успешности учащихся, с тем, однако, чтобы по отношению к пролетарскому студенчеству были допущены максимальные льготы и чтобы по отношению к совслужащим и выходцам из буржуазии проводилась бы особенно жестко…» В части оплаты внешне соблюдался принцип всеобщего равенства — платить должны были все. Но вот суммы варьировались довольно значительно и для разных социальных категорий отличались в разы. Для социально близких строю студентов плата составляла 25 рублей в год, а для выходцев из чуждых слоев могла доходить и до 300. Мелкие служащие, в прошлом принадлежавшие к имущим классам, в массе своей имели тогда зарплату 10—20 рублей в месяц, поэтому путь в вузы их детям был заказан. В считанные годы проблема оппозиционности вузов была решена без репрессий, крайне раздражавших мировую прогрессивную общественность.
«Возложить часть расходов на самих трудящихся»
При введении платного обучения в 1940 году цель у партии и правительства была несколько иной. С одной стороны, государство, готовящееся к войне, решило снять с себя часть обременительных социальных расходов, с другой — многочисленные новые заводы и стройки нуждались в огромном количестве рабочих рук. А подавляющее большинство родителей, на собственной шкуре испытавших, как пролетарское государство заботится о классе-гегемоне, делали все, чтобы их дети получили образование и оказались как можно дальше от физического труда.
Советская власть мобилизовала все силы и средства трудящихся, чтобы дать заводам — рабочих В 1940 году власть приступила к формированию широкой сети школ ФЗО. Однако желающих в них учиться, несмотря на то что учащиеся бесплатно обеспечивались формой и питанием, оказалось не слишком много. Так что в Политбюро решили прибегнуть к старому опыту. 2 октября 1940 года было принято решение «Об установлении платности обучения в старших классах средних школ и в высших учебных заведениях СССР».
«Учитывая возросший уровень материального благосостояния трудящихся и значительные расходы советского государства на строительство, оборудование и содержание непрерывно возрастающей сети средних и высших учебных заведений, СНК СССР признает необходимым возложить часть расходов по обучению в средних школах и высших учебных заведениях СССР на самих трудящихся и в связи с этим постановил:
1. Ввести с 1 сентября 1940 года в 8, 9 Ч 10 классах средних школ и высших учебных заведениях плату за обучение.
2. Установить для учащихся 8—10 классов средних школ следующие размеры платы за обучение:
а) в школах Москвы и Ленинграда, а также столичных городов союзных республик — 200 рублей в год;
б) во всех остальных городах, а также в селах — 150 рублей в год.
Примечание. Указанную плату за учение в 8—10 классах средних школ распространить на учащихся техникумов, педагогических училищ, сельскохозяйственных и медицинских школ и других специальных учебных заведений.
3. Установить следующие размеры платы за обучение в высших учебных заведениях СССР:
а) в высших учебных заведениях, находящихся в городах Москве, Ленинграде и столицах союзных республик,- 400 рублей в год;
б) в высших учебных заведениях, находящихся в других городах,- 300 рублей в год;
в) в высших учебных заведениях художественных, театральных и музыкальных — 500 рублей в год».
…фабрикам — работниц
Формально при средней зарплате 400—500 рублей в месяц (около 5—6 тыс. рублей ежегодно) 150 и даже 500 рублей в год не выглядели катастрофически. На деле все было гораздо хуже. В том же 1940 году саратовский служащий Генин прислал Молотову письмо о своем бедственном материальном положении. Он скрупулезно по записям жены о расходах подсчитал прожиточный минимум своей семьи. Только на оплату жилья и питания, не включая даже расходы на одежду и обувь, семья тратила 600 рублей в месяц, тогда как Генин при окладе 450 рублей после вычетов и добровольно-принудительной подписки на госзаем получал на руки 385 рублей. В том же бедственном положении, как он писал Молотову, находились и многие его знакомые: «В одном со мной доме живет учитель с семьей, у которого такой же маленький заработок в 500 руб. Часто бывая друг у друга, я знаю, как он живет. Откровенно говоря, этот учитель редко бывает вне школы, вот уже 2-й месяц он ходит без белья. Он брюки надевает прямо на голое тело. Одежда у него очень ветхая. Семья не лучше моей — оборванная».
Так что в реальности плата за учебу оказалась неподъемной. В Кремле это понимали, и в первоначальном варианте решения говорилось: «От платы за обучение в 8—10 классах средних школ освобождаются: дети Героев Советского Союза, красноармейцев и краснофлотцев, состоящих на действительной воинской службе, и пенсионеров». Правда, из итогового текста постановления этот пункт был вычеркнут.
…стройкам — строителей
Впрочем, после принятия постановления с мест и из ведомств сразу же пошли письма, и принцип всеобщего равенства пришлось нарушить. В ноябре 1940 года от платы за обучение освободили всех, кто учился в заведениях гражданского воздушного флота, поскольку, по сути, в них готовили военных летчиков и техников. А в декабре право на бесплатное образование получили детдомовцы, а также дети инвалидов и пенсионеров, если пенсия была единственным источником их существования. Но вот последующие изъятия из общих правил выглядели весьма своеобразно.
«Установление преимуществ карается законом» В декабре 1954 года прокуратура СССР направила в ЦК КПСС следующий документ:
«В Прокуратуру СССР поступило заявление граждан Гранкина и Соколовского, в котором они сообщают, что в учебных заведениях Азербайджанской ССР студенты-азербайджанцы и армяне освобождены от платы за обучение. Заявители усматривают в этом нарушение статьи 123 Конституции СССР. Как установлено проверкой, указанное заявление соответствует действительности и заслуживает серьезного внимания.
Действительно, 27 февраля 1943 года СНК СССР было принято постановление за #213, которым освобождаются от платы за обучение азербайджанцы и армяне — учащиеся 8—10 классов средних школ, техникумов и высших учебных заведений. Аналогично этому постановлению в 1943 году Совнаркомом СССР был издан ряд постановлений об освобождении от платы за обучение по национальному признаку учащихся 8—10 классов средних школ, средних специальных и высших учебных заведений.
Так, освобождены от платы за обучение:
— в Казахской ССР — казахи, уйгуры, узбеки, татары (постановление СНК СССР от 5 января 1943 года #5);
— в Узбекской ССР — узбеки, каракалпаки, таджики, киргизы, казахи, местные евреи (постановление СНК СССР от 27 февраля 1943 года #212);
— в Туркменской ССР — туркмены, узбеки, казахи (постановление СНК СССР от 19 марта 1943 года #302);
— в Кабардинской АССР освобождены от платы за обучение кабардинцы и балкарцы, обучающиеся в педагогическом институте (постановление СНК СССР от 15 мая 1943 года #528).
Между тем статья 123 Конституции СССР, гарантируя равноправие граждан СССР независимо от их национальности и расы, устанавливает, что ’какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав или, наоборот, установление прямых или косвенных преимуществ граждан в зависимости от их расовой и национальной принадлежности… караются законом’…
Таким образом, постановления СНК СССР… находятся в противоречии с законом».
Руководство страны с самого начала понимало, что постановления незаконны, и, хотя эти докумены не были секретными, они никогда не публиковались. Так что представление прокуратуры поставило партию и правительство в довольно неловкое положение. Прокуроры, естественно, не смели требовать отменить антиконституционные документы и оставляли вопрос на усмотрение ЦК. И ЦК после консультаций с правительствами союзных республик решил отменить плату за обучение для всех граждан на всей территории СССР.
Впрочем, это не означало, что национальные привилегии в образовании исчезли.
1-й класс
[549x349]
2-й класс
[549x364]
3-й класс
[549x376]
4-й класс
[549x354]
5-й класс
[549x365]
6-й класс
[549x391]
7-й класс
[549x383]
8-й класс
[549x328]
9-й класс
[549x352]