Трудно говорить после долгого молчания… и всегдашнее искушение: а надо ли вообще говорить...
Пост был светлым… Все началось в четверг на Страстной… и то, что началось в четверг на Страстной, вряд ли скоро окончится.
Собственно, все началось в понедельник. Наша няня отпросилась с работы пораньше из-за плохого самочувствия.
О, волшебное слово «няня»… Именно благодаря ее помощи у меня была возможность немножко заниматься фильмом и время от времени заглядывать в дневник. Но, что еще более важно, - она замечательный человек и к ней очень привязаны дети.
Так вот, в четверг, когда мы ехали с именинницей Сонечкой в кафедральный на литургию, позвонила няня, всю неделю болевшая, сказала, что лежит в больнице, в Гомеле, с подозрением… на туберкулез. Три очага поражения в верхней доле легких.
Пока после службы обзванивала, консультируясь, как нам теперь быть, знакомых ребят – врачей, поняла, что таки да, это вполне вероятный диагноз… два других – запущенное воспаление легких и… (только не это, Господи!) – метастазы…
Теперь мы на карантине, без няни на неопределенное время, и потому я по-прежнему буду появляться редко, комментировать невпопад и забывать отвечать на комментарии. Прощевайте, кали ласка, мои дорогие, и – прошу молитв о нас, грешных, болящей Татиане, Вячеславе, Любови, отроковице Анне, отроковице Марии, отроковице Софии, отроке Григории, младенце Михаиле.