Я все думаю… годом раньше было Беловежское соглашение. Почти день в день. Отец был русским офицером, от макушки до кончиков пальцев, - произошедшее было для него непоправимой трагедией. Жизнь потеряла смысл. Сорок четыре – это, все-таки, очень рано…
Как мало было ему отпущено, как хочется общения...
Упокой, Господи, душу р.Б. Анатолия и прости ему прегрешения вольные и невольные , и даруй ему Царство Небесное...