[494x698]
Душная ночь под утро расплакалась, быстро смочив асфальт. Спасающиеся от жары горожане распахнули окна своих квартир, словно приглашая кровососущих насекомых. Но вместо незваных гостей они заполучили липкую сырость, пробравшуюся в их квартиры вместе с мелкими брызгами теряющего силу ливня. Первые лучи по-летнему теплого солнца затерялись где-то в серых свинцовых клочьях туч, которые лениво поливали город мелкой противной моросью.
Сергей с трудом разлепил глаза и глянул на будильник. Дешевенький механический хронометр бесстрастно показывал половину седьмого. Еле слышно ругнувшись, он отбросил неприятное сырое одеяло и, слегка прихрамывая на левую ногу, заковылял в ванную.
Справив нужду и умывшись, Сергей слегка приободрился и с энтузиазмом взялся за приготовление еды. Сварив кофе и приготовив бутерброды, он быстро смел этот нехитрый завтрак и засобирался на работу. Преследовавший его белый с коричневыми пятнами кот так и не дождался от хозяина миски с кормом. Разочарованный, он повел усами и поспешил на быстро остывающую кровать.
Нацепив дежурный рабочий костюм, Сергей тихонько собрал необходимые для работы документы, взял с телевизора кошелек, ключи от машины и права. Рассовав все свое добро по карманам, он медленно прошел в коридор и вслепую обулся. Проверив, все ли на месте, Сергей отворил дверь и вышел в подъезд. Промозглый, сырой и холодный воздух сразу же пробрал его до костей. Надеясь не запустить лишней сырости в дом, он поскорее закрыл дверь и тихо, чтобы не разбудить жену, щелкнул замком.

Моя смена начинается в 8:30. Я живу на Московке и обычно добираюсь до конторы минут за 30-40, но сегодня я проспал и пришлось поторопиться, чтобы успеть вовремя. Дорога мокрая, ехать приходилось аккуратно, я ж не на «Оке» все-таки… Но минут за двадцать я все-таки долетел до конторы и получил свой обычный дневной заказ. Как и вчера, и позавчера, и неделю назад, он составлял шесть рейсов, от песчаного берега до стройплощадки у «Арены Омск», там, где скоро должен вырасти оранжевый ангар под садовые принадлежности.
Честно говоря, я не совсем понимаю надобность еще одного гипермаркета, подобного «Бауцентрам» и «Кастараме». Продают-то одно и то же! У нас в конторе «пиджаки» говорят, что для потребителей это даже лучше. Что еще один такой магазин – это еще больший выбор, экономия, удобство и все такое. А я их все равно не понимаю! По мне, так лучше бы для детей сделали что-нибудь путное! А то все только говорят, красивыми фразами кидаются перед выборами… Но как только их выбирают, сразу же берутся строить магазины… И «пиджаки» наши сами это прекрасно понимают. Но им хочется верить, что они делают нужную работу, а не строят очередной механизм по выкачиванию из нас денег…
Ох… Извините, товарищ майор, я, кажется отвлекся. Сейчас сейчас… Уже перехожу к делу…
Случилось это часов в девять. Я как раз ехал на четвертый рейс. Загрузился песком под самое горлышко, еле на насыпь вскарабкался, задние мосты постоянно в грязище этой проскальзывал. Ну, ребята подсобили, с горем пополам на дорогу выскочил. Смотрю, там пробка на светофоре, ну думаю, махну по Крупской, в объезд. Минут семь потеряю на этот крюк, зато доеду до стройки, а не в пробке простою. Вот и поехал.
Знаете, у нас в городе очень любят делать маленькие асфальтовые островки. Такие небольшие кусочки асфальта, обнесенные бордюром и приподнятые над полотном дороги. Такие есть на перекрестке Лукашевича с Ватутина, такие же на проспекте Комарова приделали, когда дорогу разветвляли, у Детского Мира тоже для пешеходов островок соорудили, напротив «Кристалла» в Нефтяниках. Такой же островок есть и на въезде на Крупскую. Как раз на выходе из поворота. Понаделали, будь они неладны…
Из поворота я вышел неудачно. Груженый самосвал обычно довольно послушный, но на мокрой дороге порой выкидывает финты. Этот дурацкий дождь все утро лил, я еще подумал, вот мужикам сегодня будет в радость асфальт укатывать… Такой асфальт же не пролежит и двух месяцев! Вы сами представьте, как же можно класть горячий асфальт, если его дождем остужает?
Но я опять сбился… Вы извините, я нервничаю… Так вот. Из-за дождя дорога была мокрой, машина, обычно послушная, в этот раз не послушалась. Задние колеса пошли наружу поворота, полный кузов песка потянуло следом. Я руль в противоход вывернул, да только не сильно это помогло. Машину только не развернуло, так боком и потащило. Прямиком на этот проклятый островок…
Я на него налетел на скорости километров в пятьдесят… Ну может больше… Сильно так налетел. Дернуло со страшной силой, мосты заскрипели, кабину всю перекосило… Мне даже почудилось, что машину мою от земли оторвало на пару секунд. А внизу я успел разглядеть этот джип. Оранжевое пятнышко… Потом был удар. И темнота.
Закурить не найдется, товарищ майор? Спасибо…
Оклемался я только в скорой. Глаза раскрыл, смотрю надо мной докторша, да помощник ваш, молодой этот, Пархоменко, или как там его? Рассказал мне, что потом-то было… Ну а я… Выслушал и разрыдался… Как будто все вокруг померкло. Темнота непроглядная, какие-то крики отдаленные… Медсестра меня трясла, думала со мной случилось чего, а я просто… Я просто не мог ничего с собой сделать… Меня всего трясло, слезы не останавливались, крик не хотел заглохнуть… Я же человека убил!

Пархоменко стоял у обочины, облокотившись на капот машины, и курил третью сигарету, упорно смотря в землю перед собой. Его мутило, руки тряслись, голова кружилась и завтрак, съеденный им впопыхах, настойчиво просился наружу. Он старательно пытался держать фокус на чахлом растении у пешеходной дорожки. Делать все, что угодно, лишь бы только не смотреть туда, куда ушел Дмитрий Андреевич, его старший напарник.
Место происшествия было оцеплено. Между двумя машинами-участницами ДТП сновали криминалисты и мелкие сошки с фотоаппаратами и блокнотами. Дмитрий Андреевич Ворнавский, напарник Леши Пархоменко, молча наблюдал за их действиями и аккуратно пробегал глазами по раскуроченным машинам, по приехавшим «каретам» скорой помощи, в одной из которых лежал без сознания водитель самосвала. По МЧСникам, которые резали изувеченный Range Rover ядовито оранжевого цвета. Через несколько минут напряженной филигранной работы спасатели извлекли из покореженной машины тело молодого человека лет 22-25.
Дмитрия Андреевича передернуло. За свою карьеру он многое повидал, но такое зрелище каждый раз заставляло его тянуться за сигаретой. Безвольное тело парня аккуратно уложили на носилки и покатили к «скорой». Лицо юноши, раньше наверное симпатичное, сейчас было лишь кровавым месивом со стеклянными осколками триплекса лобового стекла. Трикотажный свитер на его груди, которая еще слегка приподнималась, был покрыт темными бурыми пятнами. В нескольких местах из-под свитера выпирали неверно расположенные сломанные ребра. Правая нога, которую извлекали из автомобиля с особой тщательностью и трудом, была вывернута под неестественным углом. Прокатив парня мимо Дмитрия Андреевича, спасатели бережно передали его в руки врачей.
Майор отвел глаза и зашагал к молодому напарнику. Тот до сих пор курил. А ведь он обычно совсем не курит. Вредная это работа…
- Леха… - Дмитрий Андреевич опустил руку на плечо юноше. Паренек обернулся и испуганно, как застуканный школьник, бросил сигарету и поперхнулся дымом – Ты как? В порядке?
- Да, все нормально, Дмитрий Андреевич – слегка неуверенно, но все же внятно ответил Пархоменко и забегал глазами за спиной напарника. Уловив его взгляд, Дмитрий Андреевич предупредил его вопросы.
- Парня погрузили. Дышит еще – он смачно сплюнул на мокрый асфальт и тихо добавил – Но недолго ему осталось, похоже…
- Что нам делать, Дмитрий Андреевич? – парень спросил так, словно надеялся услышать в ответ план спасения мира от страшной угрозы. Но услышал лишь сухое наставление своего коллеги.
- Протокол составим и поедем. Все по инструкции. Водителя из грузовика я опросил. А второй участник ДТП нам наверное уже ничего не скажет. Дождемся вердикт врачей, да поедем.
- Понятно. Ну, будем ждать… - тихо вымолвил Алексей и открыл пассажирскую дверь их «десятки» - А если он… Если, то тогда и его опрашивать?
- Не будет если, Леха…

«Мы так торопимся,
Что 60 уже не скорость…
И значит чья-то смерть
Теперь всего лишь новость…»

Ноги, не укрытые одеялом, мерзли, но спрятать их в тепло не получалось. Укрывшись с головой, Энджи лишила свои маленькие пятки крова. Уже давно отпел ее будильник. Уже давно проснулся и уехал на рабату Сережа, оставив ей завтрак и теплый аккуратный поцелуй.
Откинув одеяло, Аня громко зевнула и размяла затекшие руки и ноги. Из-за опущенной клетчатой шторы лился тусклый серый свет, окрашивая фисташковую комнату в грязно-зеленый цвет. Девушка спустила с кровати ноги и нашарив больше мужские тапки быстро спрятала в них оледеневшие ноги. Снова зевая, она поднялась на ноги и зашаркала в ванную.
Медленно попивая горячий кофе, Энджи грела об чашку ладони и прохаживалась по квартире. В кухне что-то бормотал телевизор, но девушка не прислушивалась. Она с огромным интересом разглядывала фотки, которые были пришпилены к стене над ноутбуком или прислонены к маленьким белым колонкам на столе. На фотках был Сережа, его брат Дима, родители, одногрупники из ПолиТеха и она.
Скудный свет, который принесло пасмурное утро не давал как следует разглядеть фотографии и Энджи потянулась к клетчатой шторе. Несколько легких движений и материя поползла вверх, пуская в комнату тусклый рассеянный свет и освобождая дверной проем, ведущий на балкон.
Соблазнившись перспективой вдохнуть свежий, слегка смоченный дождем воздух, Аня повернула ручку двери и вышла на балкон. По сути эта была небольшая застекленная лоджия, а не балкон, но все же… Энджи распахнула створки из ПВХ и высунула наружу голову, подставив лицо мелким дождевым каплям.
Окинув взглядом микрорайон, расстилающийся перед ее взором, Энджи вернула голову внутрь квартиры и сделала еще один глоток кофе. Поставив чашку на подоконник, она снова высунулась на улицу и теперь созерцала большую пробку, которая тянулась на несколько сотен метров. А в голове пробки стояли несколько «скорых», милиция, разбитый самосвал с песком в кузове и развороченный оранжевый джип, в котором с трудом узнавался Range Rover.
Аня сделала шаг назад и смахнула с подоконника свою кружку. Грянувшись о бетонный пол лоджии, она моментально разбилась и залила остатками кофе все вокруг. Вернувшись в комнату, девушка схватилась за телефон и нервно тыкая в кнопки, набрала номер Сергея.
- Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети…
Английскую версию этой фразы Энджи уже не услышала. В ушах у нее забила, зашумела горным потоком кровь, в легких резко уменьшилось количество воздуха, перед глазами замерцали звезды, а затем все померкло.