5 июля – знаменательный день для известного николаевского журналиста Виталия Шляпникова. В этот день 36 лет назад появилась его  первая заметка в областной  газете «Ленінське плем’я». С тех пор жизнь автора этой заметки неразрывно связана с прессой. Если в далеком уже 1973 году публикации Виталия Шляпникова можно было увидеть только в упомянутой молодежке и другой николаевской областной газете «Южной правде», то в последующие годы статьи николаевского юноши появлялись в газетах и журналах не только Николаева, но и Москвы, Риги, Киева, Луганска …

- А я не сразу стал заниматься журналистикой профессионально. В школе писал заметки в  «Ленінське плем’я», «Южную правду», «Советский спорт», «64», «Шахматы». И эти издания меня печатали! Представляете, николаевский  школьник был внештатным корреспондентом еженедельника «64», который издавался в Москве! В это трудно поверить, но мои гонорары, которые я получал каждый месяц из николаевских, московских, киевских и рижских изданий, были такими, что я мог тратить на себя и нужды семьи 150-200 рублей в месяц! Для сравнения приведу зарплату моей мамы, которая работала воспитателем в детском саду. Она получала в месяц 100 рублей. А мне почтальон приносила несколько переводов в месяц. Редакция областной молодежки проводила конкурс «Проба пера». Я в нем участвовал,  и мог по результатам этого конкурса получить рекомендацию и поступить на учебу в Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова или  Киевский государственный университет имени Т.Г. Шевченко. Но в 1975 году, окончив школу, поступил на исторический факультет Николаевского государственного педагогического института им. В.Г. Белинского. Будучи студентом, продолжал сотрудничать с прессой. Одна из заметок в областной молодежной газете привела к острому конфликту с ректором института В.К. Майбородой. В итоге бывший отличник учебы Шляпников получает «2» на госэкзаменах по истории КПСС и научному коммунизму и … не получает диплома. Но жизнь продолжалась, я сотрудничал с прессой, работая учителем истории, обществоведения, основ Советского государства и права   в Евгеньевской средней школе Снигиревского района Николаевской области. Кстати, забыл сказать вот о чем. 6 июня 1979 года меня «провалили» на госэкзаемне по истории КПСС, а уже через несколько дней я снова получаю «2» на госэкзамене по научному коммунизму. Заметьте, что курсовые экзамены, например, по истории КПСС я сдал с отметкой «отлично». По логике тех, кто учинил расправу надо мной, я начисто все забыл!?! Но «двойки» по идеологическим дисциплинам привели к тому, что меня исключили из членов КПСС со всеми вытекающими последствиями.

Так вот, работая в школе, я продолжал публиковаться в прессе - в областных газетах, в киевских. Один из моих материалов даже вышел рядом с материалами пленума ЦК партии. За это главный редактор «Молоді України» получил хороший нагоняй на Орджоникидзе, 11 (там находился ЦК партии, а сейчас это Банковая, 11 –  Секретариат президента Виктора Ющенко)…

-           Как же Вы преподавали идеологические дисциплины, если Вас исключили из КПСС?

-          Мало того, я был направлен в школу с преподаванием на украинском языке, хотя его не знал, так как воспитывался в русской семье (у меня и папа, и мама были русские, и говорили мы в семье, естественно, только по-русски), а  в школе и в институте украинский язык я не изучал. Да, были проблемы. Но самой серьезной проблемой был прессинг со стороны партийных структур. Кроме того, из партии меня исключили «за антисоветизм, политическую незрелость» и т.п.  ( в формулировке Постановления Секретариата ЦК Компартии Украины от 17 октября 1979 г.), поэтому и другие структуры не оставляли меня без своего внимания. Правда, делалось это негласно. Замечу. Что мне часто приходилось встречаться с руководящими работниками КГБ, но инициатива этих встреч исходила не от КГБ.  Могу заметить, что о работниках спецслужбы у меня сложилось очень хорошее мнение. Но это тема отдельного разговора. У меня даже благодарности от КГБ есть…

-          Да. Как-то прогуливаясь по городу Николаеву, я нашел документ о наших поставках для ВВС одной  из стран третьего мира . Называть эту страну не буду – еще не время. Тогдашний начальник Управления КГБ Украины Николай Григорьевич Гибадулов (к сожалению, ныне уже покойный) лично выразил мне благодарность, приехав в Снигиревский район, где я тогда работал. Мы с ним беседовали около полутора часов в кабинете начальника Снигиревского МРО УКГБ Украинской ССР в Николаевской области, в том числе и о перспективах развития ситуации в СССР (это уже были 80-е годы прошлого века). В моем личном архиве до сих пор хранится благодарственные письма от чекистов. Между прочим, еще один эпизод связан с тем, что я нашел еще один документ, адресованный николаевским чекистам. Представьте себе, прогуливаюсь по улице и нахоху конверт с адресом: Николаев, ул. Свердлова, 41  (там в то время находилось управление СБУ по Николаевкой области). Конверт просто лежал на улице… Я , естественно, передал находку чекистам...

-          В 1989 году я женился и стал жить в Николаеве, вакансии учителя истории в школах города не было. А производственное объединение «Никонд» начало выпускать свою газету. По рекомендации журналистов «Южной правды», которые меня хорошо знали, 10 июля  1990 года я был принят на должность корреспондента газеты «Электрон». Редактором этой газеты была Лариса Марковна Сарапина – замечательный человек и очень опытный журналист. В 1991 году она переехала в Луганскую область на новое место жительства, а мне было предложено стать редактором газеты «Электрон». Я, естественно, согласился. Буквально через несколько дней у  партийных органов Николаевской области возникла проблема: как это исключенный из КПСС человек назначен редактором газеты? А я был назначен приказом генерального директора В.М. Ряжских. Из отдела пропаганды ЦК КПСС позвонили в Николаев. Меня пригласили в партком «Никонда» на беседу (газета «Электрон» была органом парткома, профкома, комитета комсомола и администрации объединения). Я объяснил, что считаю свое исключение из КПСС необоснованным. С моими доводами в парткоме и Ленинском райкоме КПУ г. Николаева согласились. Начали готовить документы для восстановления меня в КПСС (положительную характеристику, рекомендации парткома и т.п.).  Но в августе 1991 года, как известно, Коммунистическую партию запретили, и вопрос моего восстановления в ней сам собой отпал.   Я продолжал работать редактором многотиражки до апреля 1992 года. В то время Украина обрела независимость, «Никонд» переживал очень сложное время. Газету пришлось закрыть, а меня, естественно, уволили по сокращению.

Еще работая редактором "Электрона", я продолжал сотрудничество с николаевскими газетами - «Южной правдой», «Вечерним Николаевом», «Радянским Прибужьем». Поэтому спустя некоторое время, стал штатным работником в «РП». Сначала был корреспондентом отдела писем, затем работал в отделе рекламы и объявлений (за год моего руководства этим отделом объемы рекламы увеличились в 19 раз!). С 15 марта 1995 года и до момента моего увольнения по сокращению в январе 2003 года я был бессменным редактором отдела писем «РП». Мой отдел был полноценный, а работники (Елена Абрамова и Светлана Стангрит) и в дальнейшем работали в прессе. Абрамова – пресс-секретарем прокурора Николаевской области (недавно вышла замуж и сейчас работает в пресс-службе прокуратуры Одесской области), Стангрит – была зам. главного редактора одной из николаевских газет .

- Да, именно Татьяна Викторовна Одинцова сократила мою должность, как, впрочем, и еще несколько других. Я немножко "повоевал" с Татьяной Викторовной. Даже подал иск в суд. Но вскоре мне сделали неплохое предложение, и я согласился быть заместителем главного редактора областной газеты «СКИФ».  Естественно, продолжать судебные тяжбы я уже не пожелал. В «РП» у меня оклад был 280 грн., в «СКИФе»  - 480 грн. Плюс к этому за мной была закреплена «Волга». К тому же в 2003-2004 гг. газета выросла: ее тираж достиг 27785 экземпляров, превысив тираж «Южной правды». Возвращаться в «РП» не было бы смысла.

Так и работаю я в «СКИФе» уже шесть лет. Кроме этого, публикуюсь в газетах «День», «2000», «Николаевские новости» и других.

- В 2007-2008 гг. Вы были секретарем Николаевского обкома Социалистической партии Украины?

- Да, было и такое. Как Вы знаете, любая газета заинтересована в рекламе. Как-то я зашел в Николаевский обком СПУ с предложением размещать в «СКИФе» политическую рекламу. Второй секретарь обкома Игорь Петрович Чухарев во время нашего разговора о рекламе  в «СКИФе» посетовал на то, что обкому СПУ срочно требуется пресс-секретарь.

- Вы не могли бы нам помочь найти подходящую кандидатуру? – спросил И.П. Чухарев. После этого Игорь Петрович несколько раз звонил мне домой и в редакцию по вопросу пресс-секретаря. Однажды поступило предложение стать пресс-секретарем мне. Я сказал, что не хочу бросать работу заместителя главного редактора областной газеты «СКИФ».

- А это и не потребуется, - сказал Чухарев. - Вы можете совмещать и то, и другое.

Буквально через несколько дней из Киева приехал Сергей Михайлович Чмырь, народный депутат Украины, первый секретарь Николаевского обкома СПУ. Мы с ним встретились, обговорили вопросы моей работы в обкоме СПУ. Так я стал пресс-секретарем Николаевского обкома СПУ. За хорошую работу на этой должности получил несколько блгодарностей и премий, а также компьютер от лидера СПУ А.А. Мороза. Но быть пресс-секретарем обкома СПУ мне довелось недолго: уже в июле 2007 года накануне очередной партконференции С.М. Чмырь предложил мне стать секретарем обкома по вопросам пропаганды и агитации. Я сказал, что не стремлюсь к каким-либо высоким должностям, но если лучшей кандидатуры нет, то придется согласиться. 22 июля 2007 года делегаты партконференции единоглавно избрали меня членом бюро и секретарем Николаевского обкома СПУ…

Интервью взял