Как я горю от пряток в чёрном цвете, в приличной одежде, в словах - промокашках, в жестах невидимки, ребяческом голоске, да даже в килограммах воска на глазах. Горю под рёбрами, горю жгуче, а дышу спёрто, и ножки трясутся как при первых встречах. Несообразная я, а по-простому несобранная. Из каких кусков меня выпилить, из каких из них уже слеплена? Кем приглажена, приголублена, к кому прилеплена? И так, чтоб по делу, чтоб разорваться рядом было не страшно? Почему же я выбрана, где, кем, когда это скреплено, как это слажено?

Я ненавижу цинизм. Читайте Тургенева.