Это цитата сообщения
Олифант Оригинальное сообщениеДневник Марины Аллендорф (окончание)
Первая часть дневника Марины Аллендорф.
3 января
Вчера у меня был Владимиров, и мы с ним пошли в кино. Он говорил мне, что придёт в этот день, но я пошла к Тане Соколовой и, по своей небрежности, вместо того, что бы скоро уйти, засиделась у неё долго. Бедному Владимирову пришлось таким образом прождать меня целый час.
Разговаривая с ним, я, незаметным образом, старалась перевести разговор на Макарова, Лобанова и на их группу. Узнала, что Макаров поёт, хорошо учится, что он секретарь профкома, но не комсомолец. Когда В. рассказывал о том, как студенты волнуются на концертах и часто забывают вещь, которую они играют, я спросила – бывают ли такие случаи с Макаровым и с Лобановым.
- Ну, нет. Они оба нахальные и страшно бойкие. Такие никогда не собьются, - ответил мне Владимиров.
Я тоже заметила. Что Макаров очень бойкий, вернее, он держится совершенно непринуждённо, и этим он мне очень нравится. Но, что он нахален – это совершенно неверно.
Владимиров раздражает меня тем, что я чувствую, он недолюбливает Макарова. Кроме того, меня ужасно раздражает его манера брать за руку, близко наклоняться, когда он говорит, и, кроме того, когда он говорит, у меня впечатление. Что он совершенно не замечает, что делается вокруг. К тому же, он слишком много говорит. Я постараюсь, что бы он ходил ко мне не очень часто.
[500x633]
11 января
Вот и последний день моих каникул. Дни для меня прошли совершенно бесплодно, зато, вечера я провела неплохо.
Мама упала (числа 2-го) и получила растяжение жил на руке, поэтому мама не могла ничего делать до вчерашнего дня. Вчера сняли лубок. Поэтому я делала домашнюю работу, и весь день приходилось быть дома, а мама всегда во время болезни настолько раздражительна и придирчива, что иногда мне было прямо невмоготу. Я даже рада. Что буду проводить весь день в техникуме, как видно, нет худа без добра.
Последнее время Владимиров приходил ко мне через каждый день, иногда по 2 раза в день. На 6-е он принёс мне билет в Клуб мастеров искусств. Я пробыла там до 3-х часов ночи. Танцевала, но вечер был не очень весёлый.
В последний раз Владимиров заговорил о любви, говорил, что не спал несколько ночей, думая обо мне, что ревнует меня к Макарову. Я ловко меняла разговор, и до конца он так и не высказался.
Зато, сегодня (он зашёл днём и принёс билет в консерваторию) он сказал, что не хочет любить безнадёжно, что это не даст ему возможность серьёзно заниматься, и, что он твёрдо решил больше со мной не встречаться. Разумеется. Я не могла ему дать какие бы то ни было надежды. Это было бы нечестно. И я ответила, что ему лучше не видеть меня до тех пор, пока он не увидит во мне просто товарища. Мы простились. Он сказал: «Прощай!». Мне стало смешно, и я ответила несколько иронически «прощай навек!». Он ответил, что надеется ещё меня увидеть. Уходя, он хотел меня поцеловать, я ответила «Нет!» и захлопнула дверь, под его носом.
Вечером в консерваторию я пошла вместе с Мариной.
[500x626]
14 января
В техникум хожу с удовольствием. Меня снова начинает увлекать работа. Хорошо бы. Если бы такое настроение продержалось долго.
К Владимирову я теперь чувствую нечто вроде презрения. После того трогательного прощания он пришёл ко мне на следующий день. Мы пошли на каток, но не могли попасть. Дорогой он болтал ужасно много и по временам я его почти ненавидела. Нет, нет, он, да и упомянет о Макарове, видно, никак не может забыть вечер в их техникуме, когда он ревновал меня (по его собственному признанию). Я же, нарочно, поддразниваю его. Прощаясь, мы условились, что он возьмёт билет на «Идиот» по Достоевскому с участием Блюменталь-Тамарина. Вряд ли удастся ему достать билет, их раскупают моментально.
А в выходной условились пойти выбирать гавайскую гитару.
20 января
На военном деле у нас скоро будет введена стрельба в тире. Сейчас мы уже проходим подготовку к стрельбе. Я очень довольна, т. к. всегда мечтала стрелять. Кстати, я попросила Морозова (преподавателя по военному делу, который преподаёт также и в музыкальном техникуме) передать привет Макарову и Лобанову, не говоря от кого. Когда я позвала Лобанова, то ни с того, ни с сего, покраснела ужасно, рассердилась сама на себя и от этого смутилась ещё больше. Поэтому Морозов, видимо, решил, что я влюблена в Лобанова и теперь на каждом уроке расхваливает его и говорит, что он прекрасный студент. Привет, однако, он передал одному Макарову, т. к. Лобанов не ходит. (Макаров сейчас же догадался).
Владимиров в выходной не пришёл, но прислал письмо. Пишет, что заболел гриппом и лежит.
На днях Шура, Кира, Сима и я были в планетарии на «Джордано Бруно». Прекрасная вещь.
10 марта
Вчера я с Симой была в театре на «Овечьем источнике» Лопе де Вега. Нам обоим эта вещь очень понравилась. На обратном пути (мы шли пешком) я пригласила его придти к нам, хотя умолчала о том, что это день моих именин. Вероятно, он и сам это вспомнит. Он сказал, что занят, но, что он постарается придти.
Сегодня я была в Ленинской читальне и взяла из фундаментальной библиотеки «Кин» Дюма (сына). Я видела эту драму 2 раза в исполнении Блюменталь-Тамарина и на меня она произвела большое впечатление. Но, в театре драма оканчивается на том, что суфлёр Соль выходит на авансцену (после того, как занавес опустился) и объявляет, - Солнце Англии закатилось! Великий Кин сошёл с ума.
По драме же Дюма, это вовсе не конец. Кин прикидывается безумцем, что бы со сцены оскорбить принца Уэльского. В следующем действии к мнимо больному Кину приходит влюблённая в него молодая девушка Анна, она пренебрегла мнением света и не побоялась могущих возникнуть слухов, что бы помочь любимому человеку. Её радость безгранична, когда она убеждается, что Кин здоров и не потерял рассудок.
Увы! Дальше конец книги был утерян. Я думаю, что всё кончилось благополучно, вероятно, Кин полюбил Анну. Смешно, но мне доставило бы большое удовольствие, если бы это было так. Я теперь мечтаю прочесть эту драму до конца. Но, где достать?
17 марта
Сегодня после уроков я печатала свою первую гравюру. В изо-кабинете находился Быков и ещё 2-е юношей, они помогали мне печатать и нашли, что гравюра моя очень удачна. Мне передавали, что я очень нравлюсь Быкову и, что он хочет со мною познакомиться. Я разговаривала с ним и раньше, и теперь мы с ним немного флиртуем (вернее, этим занимается лишь он, я же только отвечаю).
Однажды я прочла у какого-то французского писателя, что как цветку нужна поливка, так и женщине нужно, что бы ею восхищались, что бы её находили красивой, что бы за ней ухаживали. Мне кажется, что каждой женщине, имеющей хоть каплю женственности, приятны эти знаки внимания, которые мужчина приносит, как должную дань её красоте и молодости.
Про себя я должна сказать, что внимание и восхищение с которым относится человек (который мне даже совершенно безразличен), всё же мне очень приятно, и делает меня более самоуверенной, более гордой и более убеждённой в том, что я уж не так плоха, если находятся люди, которым я нравлюсь. Разумеется, я говорю о тех случаях, когда ухаживание лишено всякой грубости и не идёт дальше лёгкого флирта. В противном случае, я могу прямо таки возненавидеть своего поклонника.
Однако, я отвлеклась. Быков работал над офортом и предложил мне, если я захочу достать пластинку для работы. Я отказалась, т. к. сейчас нет времени. Но, потом займусь этим обязательно, это так интересно! Я мечтала делать офорты ещё в прошлом году (преподаватель даже достал мне цинковую пластину, но она до сих пор лежит у меня нетронутая). Я мечтаю о офортах с тех пор, как в Москве была выставка Рембрандта, на которой было представлено множество его офортов.