Очень хотела на этот раз написать что-то вразумительное, но как-то не сложилось и получилось что-то такое, слишком длинное ( хотя у меня еще 300 знаков в запасе), слишком личное, слишком сумбурное.
Фото нет: сканер у меня отсутствует. В общем, эту работу я запомнить хочу, потому и оставляю здесь:

XX век сломал миллионы жизней. Волна за волной на людей, и в особенности на россиян, накатывались беды, противостоять которым в одиночку было невозможно. Начальным ударом стали революции начала века и Первая Мировая война, затем – Гражданская война, смена политического курса, смена сознания, смена идеалов, репрессии 30-х годов. Решающим ударом стала Великая Отечественная война. После нее – бурное окончание века. В этой суматохе сложно было сохранить характер, а уж тем более цельность семьи. Редкие семьи устаивали под напором неприятностей. Они дробились, разъезжались по разным концам страны, а подчас и по разным государствам.
Мою семью постигла подобная участь. По рассказам бабушек, знаю, что родственников разбросало по разным краям. Часть живет в Израиле, часть – в Китае. Кто-то остался в Украине и Белоруссии. Скорее всего, кто-то осел и в Польше. В России, пожалуй, осталась большая часть семьи. Но и здесь – одни в Петербурге, другие – в Москве, третьи – во Владивостоке и Хабаровске.



Самым поразительным открытием стали воспоминания моей двоюродной прабабушки, в которых она пишет даже о своем деде. У нас до сих пор сохранилась одна из немногих копий, сделанных после ее смерти. Одну из фотографий, которые прилагаются к мемуарам, я нашла среди старых альбомов, которые мне было поручено перебрать. Насколько я знаю, было только две копии этого фото: одна на Дальнем Востоке и одна у нас. К сожалению, фото у меня отобрали быстро, я даже не успела его толком рассмотреть. Зато теперь, прочитав воспоминания и расспросив родных, я знаю всех, кто на ней изображен.
Это семья – семь человек, пережившая все тяготы начала века и, к сожалению, свою целостность сохранить не сумевшая. На стуле справа – мать, Мария Медведева, с дочерью Верой на руках (все, что я знаю об этой семье изложено именно ею).
На одной из детских фотографий Марии мои родственники с удивлением обнаружили мое с ней сходство: те же глаза, те же волосы, похожее выражение лица. Видимо, наследственность сыграла свою роль. Потому я подсознательно ей сочувствую и ее жизнеописание читаю с особым трепетом. Жизнь этой женщины особо трагична и тяжела. Выйдя замуж в 18 лет за русского офицера, она в первый же год брака приняла решение усыновить незаконнорожденного сына мужа. Третий ее ребенок умер в младенчестве, а двух первых мальчиков – Михаила и Игоря – пришлось отдать в кадетские корпуса в Казани и Омске соответственно. Об их жизни мало что известно. Скорее всего, они приняли большевистскую идеологию, а затем, уже при Сталине, были репрессированы. На фото один из них с балалайкой, а другой – в центре. Младшего сына Марии, Георгия, на руках держит ее сестра Елизавета, которая в самые трудные времена находилась рядом с этой семьей и изо всех сил помогала ей. И наконец, стоя за всеми, расположился глава семьи – Виктор Медведев. По воспоминаниям прабабушки, убежденный белый офицер, который защиту Отечества и Царя считал своим долгом и воевал за Россию в двух войнах. Как мог он защищал свою семью и, даже находясь далеко от родных, пытался направлять их в письмах, подсказывать куда лучше уехать. Вся эта большая семья не смогла остаться вместе, не имела постоянного дома, кочевала по всей стране, но воспоминания Веры – теплые, наполненные нежностью и скорбью.

В августе этого года мы почти случайно нашли могилу моего прадеда Георгия Медведева в Партизанске. Неухоженная, заросшая травой выделяется она только надгробием. В отличие от солдатских могилок со столбиками из железных прутьев, на могиле моего прадеда стоит что-то вроде арки с прикрепленной, как положено, красной звездой. И год смерти – 1946. Что стало причиной – неизвестно. Но мы были рады, что хотя бы знаем место, где похоронен этот человек. Ведь могила могла быть разрушена: половина надгробий на почти заброшенном Партизанском кладбище осталась без подписи, а некоторое, и того хуже - совсем покосились или были накрыты упавшими в частые ураганы деревьями.


Каждый в моей семье сейчас знает эту историю, чтит память предков. Приезжая в города, где живут наши хоть самые дальние родственники, мы пытаемся связаться с ними. После смерти деда, сына Георгия, который смог собрать всю семью от мала до велика вокруг себя, нам всем стали особенно важны все те факты, которые мы общими усилиями смогли собрать за несколько лет. Каждый из этих людей – пример благородства, терпения и мужества. Все традиции, которые есть сейчас в семье, - это отголоски их непростой жизни.
Преемственность поколений – это то, чего так не хватает сейчас людям. Мы живем без семейных ужинов, без обычаев, почти без опоры. Возможно, двадцать первый век и изъял необходимость в теплом домашнем очаге, но чем больше помнишь о предках, тем больше вероятность того, что и твое имя не будет предано забвению.