«Направо пойдёшь – коня потеряешь, налево пойдёшь – сам помрёшь, прямо пойдёшь – о камень ударишься»
Не будет преувеличением сказать (а может, и будет, но всё равно скажем), что координаты европейского разума/ratio/дискурса/культуры заданы различием – не каким-то конкретным, но самим принципом различия, принципом, лежащим в основе всех «эмпирических» различий между Добром и Злом, Правым и Левым или, что важнее, Текстом и Реальностью, Означающим и Означаемым. С определённого времени Разум европейского Человека работает только в структуре различий, кормясь противоречиями (бинарными оппозициями) и весьма противоречивыми путями их разрешения. Что до последних, то господство того или иного пути решения проблемы противоречия определяло идеологический климат эпохи (хотя основных тенденций было, естественно, две – либо принятия различия за принцип (пока живём, мы умираем, - ляпнул как-то Гераклит, и подхватили диалектики…), либо отбрасывания противоречия как ошибочного (Господь/Аристотель не противоречат)). Любые попытки выхода из структуры различий (особенно интересны те, которые осуществлялись в социально-политической практике) всегда уже оказывались вписанными в эту структуру (и впрямь, трудно было рассчитывать на то, что граждане, до мозга костей пропитанные диалектикой, разрешат оппозицию «угнетаемый-угнетённый»).
Было, однако, время в европейской истории, когда ситуация была немного иной – это эпоха старого доброго мифа: речь опять-таки не о каком-то мифе, но о мифе вообще, мифе как принципе – правда, совершенно беспринципном, ибо небинарном (поэтому-то, кстати, беспринципным миф назвать нельзя – он попросту вне различия «принципиальности и беспринципности»). Нет, это не значит, что в то славное время противоречий не возникало – просто решались они как бог на душу положит (это не фраза, но описание реального механизма работы с различием в мифе). Именно поэтому Ахилл, в отличие от Гамлета, не рефлексивен, ведь рефлексия может возникать лишь при различении субъекта и объекта, в мифе же нет ничего подобного: миф – это кисель, в коем варятся структурные элементы и обломки противоречий, объединяемые сюжетом, но не оппозициональной схемой.
…В своё время все уставшие от долгого пути по дороге ratio сворачивали к оазису мифа, дабы передохнуть, а то и остаться там. К счастью, теперь в этом больше нет нужды – магистраль рациональности утомила уже всех, так что мифический пикник разбили прямо на ней. Кстати, с мифа, точнее, со сказки всё и началось (привет Проппу с его «морфологией сказки»): «всё» - это формалистское/структуралистское движение, окончившееся пост-модерном, провозгласившим окончательный разрыв означающего от означаемого, - эпоха Различия закончилась, оно было уничтожено – путём, что самое забавное, неконтролируемого продуцирования различий и различных дискурсов. Однако эти дискурсы/культуры/группы, лишённые общего языка, уже не слышат и не видят друг друга. Не имея ничего общего, они, в силу логики (которая, правда, уже не действует для них (как вовремя я обесценил своё бумагомарание!)), ничем друг от друга не отличаются – ведь чтобы отличить себя от других, нужно выйти за пределы себя, но выйти некуда, поскольку вместо второго элемента противоречия есть два десятка «различных» линий. Огромный выбор и широкие возможности оборачиваются отсутствием реального выбора и реальных решений. То есть этот выбор – выбор Иванушки между «направо пойдёшь», «налево» и «прямо» - но ни в коем случае не из сказки и из сюжета. Последний уже задал все правила игры – они могут быть примитивными, могут быть сложными и досконально проработанными, но в них не предусмотрено экстазирование. Впрочем, невозможность выхода из сюжета – это уже не проблема, это успокаивает: приятно ведь плыть по волнам, несущим тебя к неминуемым запрограммированным «свершениям». Мы снова в сказке, граждане, вся наша жизнь – сказка.
 

© и снова Дэн

П.С. может вынести отдельной рубрикой записи друзей... задумалсо