[показать]

Эта болевая точка больше связана со старшим братом, чем со мной, но от этого она не становится менее болезненной. Он старше меня на пять лет и как две капли похож на нашего папу, я же копия мамы, поэтому и характеры у нас такие разные, что не только чужие люди, но и родственники и друзья часто шутили, что между днем и ночью больше сходства, чем между нами, братьями.
Его иногда не смог бы рассмешить и Юрий Никулин со своими анекдотами, но были такие моменты, когда стоило ему только показать мизинчик, и он мог с полчаса ржать, катаясь по полу. Блин, что за человек? Как ребенок, ей-богу. Хотя Коля и сейчас такой же, время на него как-то не так действует, как на меня.

Вообще наша "четверка мушкетеров" как-то странно выглядела со стороны, ведь дружили два брата со своими младшими братьями, и ввели их в свою компанию, а разница в пять лет ведь в таком возрасте очень много значила. Ну прикиньте, десятиклассники не возражают, и даже приветствуют наличие в их "братстве" пятиклассников. Круто? Причем не в качестве "принеси-подай", а почти равноправных партнеров. Ну странно не странно, а так было, и вскоре этому уже никто не удивлялся.
Ромыч с Колей занимались самбо в "Химике", мы с Рафой боксом в клубе "Прикамье", они рассекали на "Чезетах", тогда еще многие считали, что "Ява" красивее, но "CZ" круче, а мы по малости лет на мопедах "Верховина" пиликали. Ну, тогда это тоже для нас было "вишневое круто".
Вот с "Чезетом" брата, моей "Верховиной" и деревенькой Болянка (или Полянка?), что на реке Сылва стояла, дворов тридцать-сорок в ней было, ее еще перед самыми перестроечными годами снесли и на ее месте какую-то турбазу выстроили. Места там живописные, конечно, и речка класс, но речь сейчас не об этом, а о том, что в этой самой Болянке мой Коля втюрился сдуру в местную "суперкрасавицу", ну видел я ее разок, так, ничего особенного, девка как девка, разве что коса была знатная, толщиной в руку и ниже задницы заканчивалась. Эка невидаль в те времена.
Дело в том, что у этой девчонки парень служил в армии, в "красначах", вот он и приехал в отпуск, а ему деревенские сплетницы и донесли, что у его красавы ухажер объявился, на неделе по два-три раза наезжает.
Не знаю, что там в башке у этого придурка перемкнуло, но только он не стал брата моего на честный бой вызывать, а просто и подло ткнул его ножом в спину. Чего он там умел, я не знаю, но рана оказалась "совместимой с жизнью", хотя брат пока добрался до ближайшей избы и пока не приехала "скорая", кровищи много потерял.

Еще один какой-то придурок по просьбе брата позвонил к нам домой и сказал по-наивняку, что Колю зарезали.
Трубку-то поднял я, родители на работе еще были. Я никому ничего говорить не стал, зачем? Резона в болтовне не было, просто вытащил из тайника в подвале обрез, сооруженный из мосинской винтовки, этого добра у нас после Колчака полно было, прыг на мопед, и запылил в эту самую Болянку. Помню, что не плакал, не до этого было, одним сердце горело - убить того, кто убил моего брата.
И хоть мне тогда всего 12 лет было, а уже понимал, что все эмоции после, сперва - дело. Я до этого был в этой деревне с братом пару раз, поэтому тыкаться как щенку и чего-то там вызнавать, нужды не было. Изба "краснача" этого рядом с избой девки стояла, соседи они были, поэтому ничего сложного не было в том, чтобы найти. Ведь он как? Как выяснилось, он сперва нажрался до одури, навалял девке по личику, подкараулил моего брата и пырнул, а затем дрыхнуть в свою избу завалился.

Спрятал я мопед в кустах, обрез мешковиной был обернут, думал так и завалю суку, пальцем спусковой крючок нащупал и вперед в калитку.
Да только опоздал всего на секунду, подлетел ментовский уазик, и три мента пошли вязать эту суку, а четвертый, что в машине сидел, стал меня о чем-то расспрашивать. В общем, профукал я, до сих пор жалею об этом.
Когда они увезли эту тварь, пошел я в кусты за мопедом, вот тут-то меня и прорвало, ревел как девчонка. Как жить без брата буду, в голове это у меня никак не укладывалось, и как родителям эту черную весть принести, просто не представлял.
Тут на мое счастье две какие-то женщины остановились недалеко от меня, и из их разговора я и понял, что брат жив, лежит в кунгурской больничке. Вот откуда они что узнавали? Но спасибо им вечное...
Вот после этого я и не люблю деревни вообще. За то, что она меня чуть брата не лишила, за то, что одиночество в деревнях всегда понятие относительное. Да и нет его там вообще, разве что в тайгу забуришься.
А песня эта, что, не к месту?



http://rambook.ya.ru/replies.xml?item_no=37173