Написано Фея77 Прочитать цитируемое сообщение

Считается, что на Руси домашних кошек стали разводить в X веке. Поначалу они жили при церквях, в монастырях да в княжеских палатах. Послы византийские в качестве драгоценного дара привозили этих
животных. Но живые презенты, презрев присвоенный им статус редкостного экспоната, проявляли независимый нрав и неукротимую страсть к продолжению рода, заводя брачные знакомства без учета высокородности
партнеров... В науке подобный процесс называется аборигенным формированием породы.

Так что в X-XII веках кошки распространились по всей территории страны, правда, по-прежнему оставаясь обитателями хором. И даже в XIV веке, хоть и стали уже весьма известными животными, мурлыки не добрались до изб простолюдинов, т.к. были им не по карману и не по положению. Кстати, в «Правосудье митрополичьем» – известном судебнике того времени – высокая ценность кошки в качестве домашнего зверя подкреплена штрафной санкцией за хищение, равной аналогичной мере за угон вола. 

Но через пару столетий кошки заявили свои права обретаться там, где сочтут нужным, и выбирать себе хозяина по нраву, а не по увесистости кошелька. Приняв в хозяйский быт прежде «вельможное» животное,
крестьянин и ремесленник возрадовался так, что чувства вылились в пословицах: без собаки не двор, без кошки не дом; псу должна быть конурка, коту – печурка; кто кошку любит – тот и жену свою любить станет.

Да и было отчего радоваться: в доме появился сторож продовольственных запасов. Правда, он и сам мог позариться на сметанку, но этот урон все же был несравним с тем разором, что причиняли мыши.


Кот русского царя Алексея Михайловича


Впрочем, сильные мира не изменили вековой приязни к кошкам. Например, кот царя Алексея Михайловича был удостоен портретного изображения крупным планом, который и ныне хранится в Эрмитаже (работа голландского
художника Фредерика Мушерона, 1661). Высочайшее повеление «иметь при амбарах котов, для охраны таковых и мышей и крыс устрашения» содержится в одном из указов Петра I. Он же поселил у себя кота, привезенного из Голландии.

Дочь его, государыня Елизавета Петровна, в 1745 году выписывала из Казани котов-крысоловов местной породы, как особо искусных охотников, специально для Зимнего дворца. При дворе Екатерины Великой жили
короткошерстные красавицы пепельно-голубого окраса с ярко-зелеными глазами. У императора Николая I тоже был голубой кот по прозванью Васька. Несмотря на расхожую кличку, он был, как считается, самым
избалованным представителем породы.

Русская голубая

Русский престол дарил кошек европейским монархам, в частности, британской королеве. На туманном Альбионе их называли «иностранная голубая», «мальтийская голубая» и «архангельская голубая», до тех пор, пока породе в 1939 году не было присвоено окончательное наименование «русская голубая».

Кстати, с тех пор, как Екатерина II закрепила за кошками официальный статус охранников картинных галерей, они продолжают верно и неустанно нести возложенную на них службу. На сегодняшний день штат четвероногих
сотрудников Эмитажа насчитывает, по разным данным, от пятидесяти до более сотни «бойцов». Несколько лет назад был создан Фонд друзей котов этого музея, который собирает средства на их прокорм и лечение,
проводит акции и даже выставки в их честь.  Об эрмитажных кошках ходят легенды. Когда однажды они напроказничали и были изгнаны, то вслед за этим случилось жуткое нашествие крыс, и пришлось кошек спешно возвращать. А одна шустрая мурка облюбовала в качестве спального места царский трон и регулярно поднимала переполох, т.к. при ее проникновении на желанную «лежанку» срабатывала сигнализация. После этого хвостатым охранникам запретили появляться в музейных залах.

Но популярность их от этого не уменьшилась. Немецкие журналисты даже сняли фильм об этом музейном «подразделении», который был показан по многим европейским телеканалам. И теперь Эрмитажу приходится регулярно отказываться от пополнения его за счет добровольных даров многочисленных желающих, и не только в частном порядке, но и в публичных заявлениях информационным агентствам.

Кошек – некогда диковинных зверьков, а ныне повсеместно распространенных – в России множество. И питомников становится все больше. Развивается фелинология – раздел зоологии, изучающий кошек и их
породы, одним из достижений которой стало признание в мире сибирской породы в конце прошлого века. Впрочем, о сибиряках будет отдельный рассказ.

О кошках можно говорить долго и увлеченно, но сегодняшний рассказ придется начать издалека, обратившись к биографии… одного композитора.

В справочниках о Хартевельде Юлиусе Наполеоне Вильгельме (1859-1927) сообщается, что он родился в Стокгольме, а после окончания Лейпцигской консерватории переехал в Россию и стал Вильгельмом Наполеоновичем Гартевельдом. Изредка к этому добавляется, что он был еще и этнографом.

Будучи натурой увлеченной и любознательной и являясь страстным путешественником, В.Н. Гартевельд объехал практически всю Россию, собирая песни каторжан, ссыльных поселенцев и т.д. Только в Сибири он провел полгода, по возвращении оттуда (1907) в Москве создал ансамбль исполнителей и организовал турне по стране, а потом задумал и подготовил спектакль «Песни каторжан в лицах», который, однако, был запрещен властями за несколько дней до премьеры.

Но нас интересует его путешествие в Среднюю Азию, о котором написана книга «Среди сыпучих песков и отрубленных голов», изданная в Москве в 1913 году. Описывая восточный колорит, в числе прочего автор отмечает и… бухарских кошек: «Знаменитые и действительно очень красивые и грациозные бухарские

кошки

продаются здесь, на месте, тоже не дешево. Пара хороших экземпляров (самец и самка) стоит от 75 до 100 рублей». Цена весьма высокая по тем временам.

У Хивинского хана на ту пору было сто бухарцев, которых холили и лелеяли. Когда в Среднюю Азию наведался С.М. Буденный со своими бойцами, ханские палаты были разграблены, и кошки оказались беспризорницами. Парадокс: они выжили. В начале 1990-х гг., например, по свидетельству очевидцев, являлись предметом гордости одного местного сторожа под Хивой: супружеской паре пришлось переночевать в клубе санатория, и всю ночь по их телам скакали резвые существа, которых удалось опознать только наутро. Но в фелинологических справочниках их уже не сыскать…

Сибирская

кошка

в Сибири оказалась вместе с казаками Ермака – освоителями региона. Свободолюбивое животное в результате скрещивания с лесными жителями приобрело выносливость, мускулистость и выдающиеся размеры. Любопытно, что оно не позаимствовало у диких собратьев агрессивность, и является одним из самых миролюбивых и добродушных среди домашних кошек.

Невская маскарадная - селекционная порода, которую признают пока только европейские ассоциации

Русские классики вспоминали о сибиряках в своих произведениях. у А.И. Куприна героиня одного из рассказов – кошка Ю-ю, о происхождении которой автор сообщает: «Она горда! Она никогда не забывает, что в ее жилах течет голубая кровь от двух ветвей: великой сибирской и державной бухарской». Да и в народном творчестве сибиряк был известен: «Кот сибирский, рост богатырский».

Брэм тоже удостоил этих красавцев своим вниманием. Но, несмотря на это, в качестве породы сибирская кошка зарегистрирована лишь во второй половине 1980-х гг. Причина проста до банальности: именно тогда в нашей стране появились клубы любителей кошек. Но на сегодняшний день сибиряки признаны почти всеми крупными международными ассоциациями. И разводят их во многих странах мира, в том числе в Австралии, Англии, США, Канаде, Германии, Италии, Испании, Финляндии.

В.Пономарева