Это произошло в самое обычное утро. В самый обычный день. Мне тогда было пять лет. Когда я проснулась, мама была на работе. Я была дома с папой, точнее сказать с новым мужем моей мамы. Своего родного отца я плохо помнила, в силу своего возраста. Но в моей детской памяти останутся навсегда слезы матери, когда он приходил домой пьяный и начинал избивать мою маму, если она не так на него посмотрит, если не так ответит, не тем тоном. Мама моя очень красивая и молодая девушка, женщина. Ей всего 23 года. Не трудно посчитать, во сколько у нее появилась я. А именно в 18 лет, и это лучшее что могло с нею случиться. По крайней мере, это мое мнение и мнение моего дедушки, папы моей мамы.
Папа Леша, (муж моей мамы) был дома на больничном. Вообще-то он очень хороший и добрый. И он работает в машиностроительном заводе не далеко дома. По профессии он механик. Единственный минус в нем, это то, что он старался не пить. Он был закодирован. Но всякая кодировка проходит и он сорвался. Поэтому он взял больничный лист, чтоб его не выгнали с работы, так как с судимостью очень трудно устроиться на работу. Он был, судим до того как они с мамой познакомились и полюбили друг друга. Как и все дети, я баловалась, играла и меня наказывали. Я не послушный ребенок. Что для пяти лет это вполне нормально. И я очень замкнута, хотя стараюсь быть общительной. Но никто не знает и не узнает, что на самом деле со мной происходит и творится. Я редко улыбаюсь, хотя я общаюсь с другими детьми своего возраста. Мы играем и делаем разные глупости. Однажды мы намазали клеем стул воспитательнице. А сколько раз мы подкладывали кнопки детям с своей группы. В садике очень весело может быть. Даже чересчур. Группа у нас была не большая, всего девять человек, из которых три девочки. В комнате, где располагалась наша группа, была большой, уютной и очень светлой. Единственное, что могло смутить, это то, что туалет и душ был один. Один для мальчиков и девочек. Но на это мало кто обращал внимания. Мы же лети, значит, ничего произойти не может.
Но ни один взрослый никогда не задумывался, что дети разные бывают. И каждый взрослеет по своему. А именно, дети взрослеют, так как их воспитывают родители. То есть, что родители им разрешают делать дома. Какие передачи смотреть дома. Какую музыку слушать. Какими игрушками играть. И многое, многое другое, что есть в нашем обиходе. Я не берусь судить о том, что кого-то воспитывают не правильно. У всех родителей свои взгляды на жизнь и на то каким должно быть воспитание детей. Я считаю, что воспитывать своих чад нужно, так, чтоб потом за них не пришлось краснеть. Чтоб они были смелыми, сильными не только физически, но и морально.
Тихий час в садике это было нечто. Причем каждый раз он был разный. То мы кидались подушками, одеялами, даже жвачками, когда воспитатель уходила. Помню как то летом, было очень жарко. И естественно было много комаров. И когда нас все-таки удалось уложить, то один мальчик лег и укрылся одеялом, так, что осталось видно только лицо. И его нам поставили в пример, и сказали, чтоб мы укрылись так же. Типа это единственный способ укрыться от комаров. Многие повторили за этим мальчиком. И осталось, видно только лицо. Я повторять не стала. Так как не особо понимала, зачем вести себя как все?
Что-то я немного отвлекать он произошедших событий. Сейчас я в садик уже не хожу. Наверное, воспитатели устали от меня. Так у меня трудный характер. Помню, когда я пошла туалет, а так как он общий, то один мальчик, Ваня, зашел вместе со мной. Он подошел ко мне. Прижал меня к стене. И сказал, что хочет меня… В тот период своей жизни я не очень хорошо понимала, его. И слава Богу, что зашла еще одна девочка и это его отвлекло. А то я не знаю, чем бы это закончилось. После этого, мы с ним так же общались, и не вспоминали об этом. Но я знала, что что-то не так. Что-то не так в нашем общении. Но не могла понять, а может и не хотела понимать, так как знала, чего он ждет, чего он хочет…


Значит, было, ничем не примечательное утро. Было 22.10.10 года. Я проснулась. Мама была на работе, она работала на том же заводе, что и папа Леша. Именно она его туда и устроила. Я проснулась. Оделась. Пошла на кухню завтракать. Как всегда завтрак был на столе. Мне только оставалось согреть чайник. После плотного завтрака, из двух бутербродов и чая. Я пошла в свою комнату. Застелила кровать. И стала играть в куклы. Время шло как то медленно. И я включила телевизор. Но так как ничего интересного не показывали, я включила диск с мультиками. Было весело и смешно. Я вообще любила мультики, особенно Том и Джери.
Папа Леша утром пошел в поликлинику, чтобы закрыть больничный. Так сидеть дома две недели было неприлично и неудобно перед моей мамой, да и перед его мамой тоже. Мы с мамой жили у него дома. А он жил с своей мамой и ее сожителем. Так мужа давно похоронили. Мне об этом ничего не рассказывали. Может оно и правильно. Зачем мне знать чужие секреты. Но так как я любила подслушивать. То я знала, что мужа бабушки (так я называла маму Леши, да и относилась к ней) убили в какой-то потасовке. Когда тот возвращался домой с работы. Какие пьяные отморозки спросили у него что-то, но им не понравился его ответ. И они его пырнули ножом несколько раз. А потом убежали. До больницы его так и не успели довезти, он умер. Как всегда наша милиция работает оперативно, только тогда, когда им это надо, или когда заплатишь. Короче говоря, по горячим следам они не смогли найти этих отморозков. Естественно Леша очень сильно переживал. Он остался один. Да была еще у него сестра, по-моему, старшая. И была еще мама. Но все-таки он был один. Он был один, без мужской поддержки. А ему тогда чуть исполнилось 18 лет. А в этом возрасте нужен отец, чтоб не наделать глупости. Но, как известно от глупостей никто не застрахован.
Как то я крем ухом слышала разговор мамы и Леши. Они о чем-то спорили. И речь шла о его судимости. Он как то пил пиво с дружками и играл в карты. Обычный так сказать вечер. Но так как у него дружки были из не благоприятных семей. Так сказать мелкие хулиганы. У многих были приводы в милицию. Некоторые привлекались к административной ответственности. У кого-то были аресты, а кто-то и штрафом выкручивался. Леша, до того дня, когда его повязали, никогда не привлекался ни к административной ни к уголовной ответственности.
Дело было так. В очередной раз, когда они сидели с парнями возле дома и пили пиво. То один из парней, который из милиции почти не выходил. Но судимости у него не было, так как его действия тянули только на хулиганские действия. Типа, ругательства матом в общественных местах, распитие спиртных напитков в общественных местах. Его даже брали с наркотиками, но так как масса наркотиков была маленькой, то ему оформили административное дело. Но этому парню, Максиму (так его зовут) было, наверное, скучно жить. И он все время искал приключения на одно место. Он из таких людей, про которых Леонов в Джентльменах удачи говорил: «Украл, выпил в тюрьму – романтика». Вот тока до тюрьмы дело не доходило. Он всегда выкручивался. И все обворачивалось так, что он всегда оставался не приделах. А вместо него сажали невинных ребят. Вот именно так и получилось с Лешей. Хотя это тока с его слов. Но мне, почему то не верилось, что такое может быть. Максим подговорил Лешу и других ребят из их ней компашки, и они впятером пошли на грабеж. Когда приехала милиция и всех повязала, то Максим сказал, что никого из этих не знает, сказал, что это его квартира, и он раньше вернулся домой с работы и застукал этих парней, когда они ее грабили. Милиция точно не поверила, но против заявления не попрешь. Да и сверху их прижали. Так как это был декабрь конец квартала, и нужно было показать, как хорошо работает милиция. Поэтому, они не стали особо капаться в этом грабеже. А состряпали дело и направили его в суд на рассмотрение. Лешу и друзей вообще никто не слушал, ни в милиции, ни в суде. Леше как самому старшему дали 4 года, остальным парням по два года. Через два с половиной года Лешу выпустили за хорошее поведение. И в этот период он познакомился с моей мамой и мной, когда мы гуляли. Маме он сразу же понравился, да мне тоже. Он был веселый, общительный. Через некоторое время, мы с мамой переехали к нему. А потом они расписались.
И все было хорошо. Леша почти не пил. Даже закодировался. Устроился на работу. Как я говорила раньше, на тот же завод где работала мама. И когда мы с ним оставались вдвоем дома, то это было нормально, в порядке вещей. Так сказать. Я ведь считала его своим отцом. И так же к нему относилась. А он относился ко мне как к своей родной дочери.
Мы жили в его двухкомнатной квартире. Его мама жила с своим сожителем, я не знаю, были они расписаны официально или нет. И честно сказать, меня это мало заботило. Он мне не особо нравился. Да и я ему тоже. Лешина сестра жила у своего мужа. У них родился ребенок. И мама Леши ездила к ней каждый день помогать. Так как она не работала, и свободного времени у нее было много.
И вот в этот день бабушка ехала к своей дочери, Ирине. Папа Леша пошел в поликлинику закрывать больничный лист. Мама была на работе. А я была дома. Когда я смотрела мультики, позвонила мама. Я сказала, что все хорошо. Что я поела и смотрю мультики. И в этот момент я услышала, как папа открывал дверь. Я очень обрадовалась и побежала с радостными воплями его встречать. Мама радовалась, что я так хорошо к нему отношусь. И что я его полюбила. Мы еще немножко поговорили с мамой. Потом она поговорила с папой. И так как время было обеда. Мы пошли на кухню обедать. После обеда я ушла в свою комнату. А папа остался мыть посуду и убирать со стола.
Он был немного выпившим. Это я поняла не сразу. Пока я смотрела мультики, он выпил банку коктейль «Алко-лимон». После уборки кухни он пришел в комнату и лег на диван. К тому времени я уже смотрела кино в главной роли Джеки Чан. И я обратила внимание, что папа на меня как то по–другому смотрит. Я спросила его, почему он так смотрит. На что он мне ответил, что все хорошо. Я продолжила смотреть кино и решила не придавать этому значение. Но видимо зря. Он так же на меня смотрел, словно сверлил взглядом еще минут 10. После чего он попробовал уснуть, но у него так и не получилось заснуть. Тогда он встал и спросил где лежит постельное белье. И попросил меня помочь ему поменять постель. Я согласилась, хотя не понимала зачем. Постельное белье мы с мамой поменяли всего пару дней назад. Но я решила не спорить. Я достала из шкафа простыню и перестелила ее. Все это время папа продолжал на меня смотреть. В тот день я была одета в розовые колготки, зеленную юбку и синею футболку. Неожиданно для меня папа вышел из комнаты. И я вздохнула с облегчением. После того как я перестелила постель, я отнесла старое пастельное белье в стиральную машинку. В это время папа сидел на кухне и пил коктейль. Он был в шортах и в футболке. Я ушла в комнату смотреть кино. Спустя некоторое время в комнату пришел папа. Он подошел и выключил телевизор. Сказал мне, что много смотреть телевизор плохо для зрения. Я не успела чем-либо заняться, как папа сказал мне, чтоб я разделась и легла на свою кровать. Но когда я смотрела удивленными и не понимающими глазами на папу, то он начал меня ругать. И я заплакала, он продолжал ругаться и одновременно пытался меня успокоить. И поэтому сам начал меня раздевать и уложил на кровать. Я не успокаивалась и продолжала плакать. Тогда он мне сказал, чтоб я прекратила плакать или мне будет больно. На время я затихла и смотрела на него. Он снял футболку и лег рядом со мной на кровать. Я лежала не подвижно. И была очень испугана. Он начал меня трогать. Сначала он начал трогать мое лицо, шею рукой. Я снова начала плакать. И дрожащим голосом прошептала «Не надо». На мои слова реакции не последовало. Напротив рука начала спускаться все ниже и ниже. Я снова сказала: «Прекрати, хватит». Но меня он не слышал. И тут он меня взял и перенес на мою кровать. И лег на меня сверху. Я почувствовала все его тело. Мне было тяжело дышать и очень страшно. Я опять сделала попытку, чтоб его остановить. На что он мне сказал, чтоб я не волновалась, все хорошо. Я не знала, что он имел в виду.
Я попыталась вырваться из его объятий. Но у меня ничего не получилось. Он очень сильный. И держал меня, так что я не могла и пошевелиться. Сказал, мне если я не успокоюсь, то всем будет только хуже. Мне было страшно. Но слез, почему не было. Тогда он продолжал меня гладить руками, по всему телу. Сверху вниз. Все было медленно. Рука почти еле касалась моего детского тельца. Поэтому я испытывала легкую дрожь. По всему телу побежали мурашки. А его рука спускалась все ниже и ниже. Вот она уже дошла до груди, до пупка… боже нет … не надо…. рука пошла еще ниже….. «Нет не надо» как в бреду повторяла я. Но меня он не слышал. И он начал меня целовать… сначала в лобик, потом в глаза, носи, чмокнул меня в губы. Потом осыпал поцелуями все тело, каждый сантиметр моего крохотного тельца. И вот опять, грудь, живот, пупок… К этому времени он уже снял с себя не только футболку, но и шорты. Я снова сделала отчаянные попытки вырваться, но безрезультатна. Он растянул меня на всей кровати так, что я не смогла пошевелиться.
Я опять начала лакать, кричать, умолять. Сказала, что он не больше не папа. Но его это не трогало. Даже, наверное, наоборот еще больше заводило. И он начал лизать меня в интимном месте. А его рука при этом гладила мое тело. Я дрожала от страха. Он мне начал говорить: «Что если я кому-нибудь это расскажу, то плохо будет всем. Не только мне, но и маме». Говорил, что «Свернет шею, мне и маме». Мне было страшно, что я не могла говорить. От страха голос пропал. Все это еще продолжалось минут тридцать, наверное. Он опять осыпал все мое тело поцелуями, и начал ласкать меня в интимном месте. Сначала поцелуем, потом языком, после это и пальчиками…
Мне было очень неприятно и больно. Я вся дрожала, но боялась, что-то сказать. Когда все закончилось, я быстро оделась и убежала на кухню. А Леша лег на свою кровать и уснул. До прихода мамы я просидела на кухне, вся заплаканная.
Когда мама открыла дверь, я бросилась к ней. Своим видом и заплаканными глазами я напугала маму. Она спрашивала, что со мной произошло. Почему я плакала. Но я вся дрожала и ничего не могла сказать. Я была напугана. Мы с нем пошли на кухню. Я попросила маму приготовить мне чай. Мама налила мне чай с лимоном. И стала расспрашивать, что произошло. Я не знала, можно ли все рассказать или нет. Я боялась, что папа нас поубивает всех. Тогда мама сказала, чтобы я ничего не боялась и все рассказала. Не знаю почему, но я ей поверила, и мне стало немного легче. И я ей все рассказала… С каждым словом мама не верила своим ушам. Не верила, что это все реальность, а не ужастик из фильма. Когда я закончила рассказывать, то домой приехала бабушка, Лешина мамы. И спросила, что у нас произошло. Где Леша. Он в то время спал в комнате.
Выслушав все, что произошло, его мама сказала: «Вам нужно уезжать и сделать вид, что ничего не произошло, или позвонить в милицию».
Мама была в шоке от ее слов. Она позвонила в милицию. Через минут 15 приехал наряд милиции. Они забрали Лешу. И нас с мамой. Что было дальше, я помню как в тумане. Помню много разных людей, которые меня расспрашивали о случившимся. Когда нас с мамой отпустили. Мы с ней уехали к моему дедушке, к ее папе. После того как он узнал, что произошло. Он очень удивился и расстроился. Расстроился за меня и за маму. Опять ей не повезло в личной жизни. Первый муж, мой отец, постоянно пил и бил ее и меня. А в конце загремел в тюрьму по краже. Теперь и Леша повел себя не с лучшей стороны. Мы остались жить в дедушки. Мне стало немного спокойнее и легче. Я была уверена, что здесь ни мне, ни маме ничего не угрожает. Здесь мы в безопасности. Но по ночам меня мучили кошмары. И я с криками просыпалась.
Через некоторое время дело Леши передали в суд.
На заседания ходила мама. Его мама тоже была на них. Она привела с собой в качестве свидетелей друзей сына. Когда стал вопрос о моем допросе в зале суда, то мама была против. Но специально приглашенный врачи-психологи, сказали, что ничего страшного не произойдет, если я приду на судебное заседание. На судебном заседании я была один раз. Я очень сильно боялась. Особенно задрожала, когда вновь увидела Лешу. Он опять смотрел на меня так же, как в последний раз, когда все произошло. Я отвечала на вопросы, которые мне задавали, разные люди. С разных сторон. Мне было очень тяжело и больно, опять возвращаться в тот проклятый день. Я заплакала. и был объявлен перерыв.
На следующий день был вынесен приговор. Леше дали 5 лет.
Я не знаю, была ли я рада или нет. Но я помню, что мама очень расстроилась, что ему дали так много. Она его по-прежнему продолжала любить…