Что ж ты творишь-то, как же ты пишешь, милая, прямо ножом по сердцу и вкривь и вкось… Помнишь, дрожала молча аллея стылая в парке, где как-то встретиться довелось? Строчки срывались каплями, время- восемь, и так неохота- в знобкую темноту…как ты, смешная кроха с глазами осени, держишь на плечиках всю эту маету? Как ты умеешь так, бесшабашно, дергано, - пульсу - сорваться, миру - лететь листвой?
Тучи набухли ливнями, сплошь ведерными, от непогоды ну хоть скули да вой, в ней ли сейчас ты рифмам чернила черпаешь, чтобы заполнить чем-нибудь пустоту?..
«Хватит хвалить, » - смеешься. - «Пока что мелкая ж… Позже, когда – и если – я подрасту…»
Дом твой следит за нами глазами желтыми, город ссыпает под ноги тишину, и запирает души жильцов щеколдами, чтобы случайно болью их не кольнуть, и не изранить их, непривычных, строчками – вряд ли сумеют, горестные, уснуть…
Только деревья реденькими листочками все выметают вымокший млечный путь…
________(с)Алина Марк
...а на Неогранке у этого возникло продолжение:
________
Все это правда, все это правда, милая. Только выходит глупость и ерунда: этого дара странного не просила я и не хотела, знаешь ли, никогда. Все эти нервы, все эти строчки страшные – честное слово, мне они ни к чему. Я ведь девчонка, в сущности, бесшабашная, и удивляю часто себя саму. Я и по крышам ночью готова, на спор-то, или в Москву-реку сигануть с моста... Мне ведь всего лишь двадцать один по паспорту, а изнутри – как будто бы больше ста.
Знаю, тебе не внове все эти жалобы, и повторять их – глупо, да и грешно... Если б могла – ты знаешь, я не писала бы, только оно ведь пишется все равно, только оно ведь крутится страшным жерновом где-то в груди – попробуй, останови. Словно всю жизнь стоишь у столба позорного, словно живешь с мужчиной не по любви, а по неволе… Строчки стучатся в темечко, будто бы бьют всем телом в стальную дверь. Только я не хочу, я ведь просто девочка, мне этот дар не нужен самой, поверь...
Ты не суди за слабость меня, пожалуйста. Все это давит, жжет меня изнутри... На, забери мой дар, отдаю без жалости. Я умоляю, милая. Забери.
___(с)Павел Шульга__________
Вот и опять словами, - почти стилетами… вскользь, по костям, по нервам, куда-то в кровь…Может, кому и было бы фиолетово, только не мне. Оно же не в глаз, не в бровь, как-то вот ровно в солнечное сплетение, чтоб задохнуться этой строкой взахлеб, стать на секунду зверем, слепым растением, киллерской пулей, ввинчивающейся в лоб, рваной страницей выцветшей хрестоматии, перышком птицы, замершим на весу…
Я забрала бы дар твой(твое проклятие?..) только тяжел он слишком, не унесу…Каждые пять минут - от тепла до холода душу бросает мячиком, прыг да скок…Вынесут это, верно, лишь те, кто молоды!
Я, наглотавшись жгучей отравы строк, корчась в углу от боли под перегрузками, (и наплевать, что слишком уж на виду) выплюну душу черными злыми сгустками у подворотни, под ноги, где на льду чьи-то следы застыли седыми складками, на безразличный ветер пущу слова - будут куриться, приторными и сладкими…
От непривычки кружится голова, в небо посмотришь - и облака снижаются, сыплют труху холодную на пальто…
Ты уж прости, но дар не возьму, красавица…
Я не сумею.
…Если не ты, то кто?
(с)Алина Марк
для 
