Интервью Аллы Пугачёвой газете «Крымский комсомолец» за 31.07.1979.

Новая песня — как новая роль
Около 100 тысяч крымчан побывали в прошлые субботу и воскресенье на концертах, которые проходили на стадионе «Локомотив» в Симферополе. Они увидели выступления ансамбля «Русская удаль» из Петрозаводска и ВИА «Море» из Севастополя. С большой программой перед зрителями выступила Алла Пугачёва.

Наш корреспондент по просьбе читателей взял интервью у Аллы Борисовны для клуба «Семь нот».

— Если можно, то расскажите, пожалуйста, о себе. Когда начали петь, когда стали профессиональной певицей?

Новая песня — как новая роль, изображение №1
— Выступать я начала в 16 лет и совершенно неожиданно для себя. Мы пришли с подругами посмотреть кино в Дом учителя, а там проходил конкурс. Нам было смешно, что все певицы пели «под Пьеху» одну и ту же песню про робота. Все они были в красных лакированных сапожках. И это обстоятельство нас особенно веселило. «Если это вас так забавляет, — сказал кто-то из членов жюри, — попробуйте сами спеть». Не знаю, какая сила меня подняла с места, но я встала и пошла. На сцене взглянула на свои ноги и увидела на них всё те же красные лакированные сапожки. Тут весёлое присутствие духа оставило меня, и я запела… про робота. Однако никто не смеялся, наоборот, меня попросили спеть ещё несколько песен. Так, к огорчению моей мамы, я оказалась в эстрадной группе. Пела песни из чужого репертуара, шла по тропе, которая не одного певца уводила в сторону от самобытности, от самого себя. Довольна, что мне удалось остаться самой собой.

— Алла Борисовна, у каждого певца своё отношение к песне, своё прочтение её и своё открытие в ней себя, своего отношения к жизни, новых чувств, эмоций… А каково Ваше песенное кредо?

— Думаю, что я прежде всего ищу в песне то, что чувствую сама, что меня волнует, о чём бы я хотела сказать людям. По-моему, даже важно, чтобы она соответствовала моему настроению. Я люблю шутку, юмор, и они присутствуют во многих песнях, которые я пою. В некоторых живёт скрытая ирония. И я радуюсь, когда слушатели её улавливают. Но жизнь не может быть сплошным весельем, сплошным праздником. Рядом со смехом всегда стоит грусть, из-за иронии нередко выглядывает трагедия. Таков человек, такова я сама. И всю эту сложность, всю гамму человеческих чувств, переходы из одного состояния в другое я и стараюсь выразить в своих песнях. Некоторые подозревают, что я пою о себе. На этом утверждении я не настаиваю, но и не хочу его опровергать. Иначе бы я довольствовалась тем, что сочиняют другие. Но в моём репертуаре много песен, написанных мною для меня и обо мне или о том, что меня занимает, что волнует. В прошлом году моя дочь пошла в первый класс. И это немаловажное событие нашло отражение в «Песне первоклассника». До недавних пор свою композиторскую деятельность я скрывала под псевдонимом «Борис Горбонос». Но вот песня «Женщина, которая поёт», написанная в соавторстве с Л. Гариным и давшая название фильму, стала победительницей телеконкурса «Песня-78», и всё тайное стало явным. Но «Борис Горбонос» продолжает работать и своими песнями помогает мне обновлять репертуар.

— Каждая песня в Вашем исполнении — это маленький спектакль. Их постановка — это импровизация или режиссёрская работа?

— Однозначного ответа на этот вопрос быть не может. Скорее необходимо и то, и другое. Я ведь всегда хотела быть киноактрисой. А каждая новая песня — это, как новая роль, в которую нужно вживаться, находить в ней типичное и индивидуальное, «вводить» в неё своё собственное «я» и, наконец, жить ею. Разве так бы воспринимался «Арлекино», если бы я однажды не ощутила, до боли в сердце, трагическую суть этой маски, его смех сквозь слёзы, его одиночество и тоску среди карнавала, его мужество, с которым он мечет колючие реплики в толпу, ждущую только развлечений, только грубого юмора. Мой «Арлекино» — это смех и слёзы одновременно.

Что касается второй части вопроса, то в какой-то степени ответом может служить тот факт, что я учусь на режиссёрском факультете ГИТИСа. Сейчас театр и эстрада далеко отстоят друг от друга, и я занимаюсь тем, чтобы сблизить их.

— Вы лауреат многих конкурсов. Какой из них для Вас наиболее дорог?

— В прошлом году я завоевала Гран-при на конкурсе Интервидения в Сопоте. Горжусь этим — ведь это мой второй Большой приз на международных фестивалях. Денежную часть своей премии — 20 тысяч злотых — передала на строительство Международного центра здоровья детей в Польше.

— Вы одна из самых популярнейших певиц не только у взрослых, но и у детей. Но самая большая Ваша аудитория — молодёжная. Как Вы к ней относитесь?

— Ну что же, это требовательная и в то же время доброжелательная публика, популярностью у которой очень дорожу. Мы понимаем друг друга, и это — главное. Другое дело, что некоторая часть молодёжи ищет в певцах каких-то кумиров, но мы — люди со своими достоинствами и слабостями, смысл жизни которых— приносить своей работой радость своим слушателям.

— На днях начнётся конкурс и фестиваль «Крымские зори». Что бы Вы пожелали молодым исполнителям, оспаривающим звание лауреатов?

— Чтобы состоялось открытие. Не только для слушателей, но и для самих будущих лауреатов. Пусть они найдут свои песни, свою манеру их исполнения, свою аудиторию.

— Когда крымские слушатели снова встретятся с Вами на Ваших концертах?

— Надеюсь, что такие встречи состоятся. Мне понравился зал Украинского музыкально-драматического театра, и я бы хотела в нём выступить.

Новая песня — как новая роль, изображение №2
Вела беседу Т. Рябчикова.

***
Крымский комсомолец. — Симферополь, 1979. — № 89 (31 июля). — С. 4.



1.
[441x604]

2.
[700x492]