Статья Нины Завадской об Алле Пугачёвой, опубликованная в журнале «Музыкальная жизнь» (1978, № 5, март).

Когда при мне называют имя Аллы Пугачёвой, неизменно вспоминается Болгария, Солнечный берег, XI фестиваль «Золотой Орфей» и хрупкая, несколько угловатая девушка, которой предстояло тогда защищать честь советского эстрадного искусства на популярном международном конкурсе… Среди оживлённой толпы загорелых, беззаботных людей — был разгар курортного сезона — особенно бросалась в глаза её прозрачная бледность, серьёзная сосредоточенность на чём-то своём, очень для неё важном: Алла приветливо поддерживала наш разговор, но был он как бы вне её существа. Помнится, мелькнула мысль — по силам ли такой худенькой и словно лишённой красок девушке состязаться с экстравагантными красавицами, которые улыбчиво смотрели с рекламных афиш, украшавших Солнечный берег…

И вдруг вечером, на эстраде, Алла совершенно преобразилась, превратилась в прекрасную женщину, уверенную в себе блестящую артистку (как красит всё-таки сцена людей талантливых!). Она пела песню А. Мажукова «Ты снишься мне» с такой экспрессией, в её голосе, красивом, сильном, свободно заполнявшем пространство зала, звучала такая беспредельная, победная радость любви, что слушатели были покорены.

А потом на глазах у всех элегантная женщина превратилась в маленького, грустного циркового клоуна, с руками, словно на шарнирах, и ртом до ушей, и поведала историю артиста, мечтающего играть Гамлета, «безумие страстей», но вынужденного выходить на арену и смешить, смешить, смешить… Когда замер, будто захлебнувшись слезами, резкий и трагический клоунский смех, после паузы, несколько странной для эстрадного действа, зал взорвался аплодисментами и стонал, требуя повторить песню. Так началась слава Аллы Пугачёвой и её «Арлекино».

В тот же день, хотя конкурс продолжался, директор «Золотого Орфея» композитор Георги Ганев сказал мне: «Алла Пугачёва оторвалась от всех участников фестиваля, как космический корабль, устремившийся к звёздам»… Никто не сомневался, что на этот раз главный приз фестиваля — Золотой Орфей — улетит в Советский Союз…

Так ли, впрочем, неожиданна была эта победа? Пожалуй, нет, если вспомнить своего рода эскиз к «Арлекино» — две песни, спетые Аллой незадолго до этого, зимой 1974 года на Пятом Всесоюзном конкурсе артистов эстрады, лауреатом которого она стала. «Ермолова с Чистых прудов» Н. Богословского и «Посидим, поокаем» А. Муромцева — полный драматизма рассказ о молодой артистке, погибшей на фронте, и шуточная зарисовка, словно подсмотренная на деревенской улице, уже тогда раскрыли счастливую способность Пугачёвой к перевоплощению, её умение создать чисто вокальными красками характерный образ, быть убедительной и в трагическом, и в смешном.

Трагическое и смешное победно соединилось в «Арлекино». Старая песня болгарского композитора Эмила Димитрова получила в исполнении Аллы Пугачёвой второе рождение. А мы стали свидетелями стремительного восхождения новой яркой эстрадной звезды…

Алла Пугачёва родилась и выросла в Москве, в семье инженеров. По сути же своей семья была артистической: мать Аллы, Зинаида Архиповна, в прошлом эстрадная певица, потеряла голос, выступая во фронтовых бригадах, а отец, Борис Михайлович, начинал, как цирковой артист, потом воевал, был ранен… Профессии пришлось менять, но в доме по-прежнему звучала музыка, песни. Это у матери, которая всегда волновалась, даже тогда, когда пела всего лишь для друзей, научилась Алла святому отношению к своему делу, полной отдаче сил.

Девочка окончила музыкальную школу по классу фортепиано. В музыкальном же училище имени Ипполитова-Иванова выбрала дирижёрско-хоровой факультет: она мечтала стать певицей. Ещё студенткой начала петь на радио, в передаче «С добрым утром», появилась даже возможность работать на эстраде, но у Аллы хватило воли и разума сначала окончить училище, а потом уж думать о профессиональной сцене (кстати, сейчас Пугачёва получает высшее образование, занимается на заочном режиссёрском отделении ГИТИСа).

Первая её работа — в ансамбле «Новый электрон» Липецкой филармонии, где Алла пела, играла на рояле, участвовала в создании песен, обретала артистическую свободу. Следующая ступень — оркестр под руководством Олега Лундстрема — стала для молодой певицы настоящей школой вкуса, артистизма, музыкальности. Затем — вокально-инструментальный ансамбль «Весёлые ребята», пора, сыгравшая заметную роль в биографии Пугачёвой: здесь был создан «Арлекино», аранжировку которого сделал руководитель коллектива П. Слободкин.

После победы на «Орфее» Алла Пугачёва (некоторое время ещё с «Весёлыми ребятами») продолжала утверждать свой исполнительский стиль, право петь на эстраде в определённом образе. Однажды целое отделение программы она построила на одной актёрской краске — играла не очень складную, смешную, растерявшуюся на сцене девчонку. Между прочим, тогда прозвучала чудесная «Реченька», фольклорная песня, спетая Аллой в народной манере, с какой-то удивительной, щемящей сердце грустью. Однако «Арлекино» всё ещё оставался её творческим пиком.

Но вот на экранах появился фильм «С лёгким паром, или Ирония судьбы» с музыкой М. Таривердиева. И вновь заставил говорить об Алле Пугачёвой. В фильме она озвучила песни на стихи Марины Цветаевой и Беллы Ахмадулиной. Задача, стоявшая перед певицей, была достаточно сложной: она пела за Барбару Брыльску, героиня которой в песнях раскрывает свой интеллектуальный мир, свою душу человеку, которого полюбила.

Мне нравится, что вы больны не мной.
Мне нравится, что я больна не вами.
Что никогда тяжёлый шар земной
Не уплывёт под нашими ногами…
Как горько и просто произносит цветаевские строки Пугачёва. Она раскрывает за поэтической символикой целый мир женской души, мир, далеко уходящий за рамки сюжета фильма.

А потом, будто оттаяв сердцем, говорит о зарождающейся любви, надежде и доносит всю трепетность затаённого признания.

Я вижу: мачта корабля,
И вы — на палубе…
Вы — в дыме поезда… Поля
В вечерней жалобе…
Каким чудом ей, яркой эстрадной певице, удалось стать «анти-эстрадной», как удалось, обладая большим голосом, чуть напевать, как удалось так глубоко, по-актёрски, проникнуться миром другого человека, стать неузнаваемой? Замечательная работа! (Не случайно знакомство с кино на этом не кончилось: только что Алла Пугачёва снялась в главной роли в фильме «Женщина, которая поёт»). Певица доказала, что «Арлекино» — отнюдь не творческий потолок…

В своей новой, теперь уже сольной, программе она продолжает поиски в двух направлениях: создаёт острохарактерные, почти гротесковые образы и стремится к постижению глубоко драматических коллизий. Она заставляет зал улыбаться и скандировать, когда поёт песню Б. Рычкова на стихи Л. Дербенёва «Всё могут короли», её язвительный смех, полная сценическая свобода, контакт с залом — всё это создаёт атмосферу народного балаганного представления. А через минуту Алла Пугачёва бросает вас в мир шекспировских глубин в Сонете № 90 (деликатно положенном на музыку Б. Горбоносом):

Уж если ты разлюбишь, — так теперь,
Теперь, когда весь мир со мной в раздоре.
Будь самой горькой из моих потерь,
Но только не последней каплей горя!
Она поёт этот трагический монолог страстно, безоглядно, как откровение, потрясает искренностью мучительной исповеди.

Потом вновь блещет радостным задором в шуточной детской песенке А. Зацепина на стихи Л. Дербенёва «Волшебник-недоучка» и вновь погружает слушателей в мир сильных эмоций в песне Л. Гарина и Б. Горбоноса на стихи К. Кулиева «Женщина, которая поёт» или в светлую печаль «Монолога Лиды» Б. Горбоноса на стихи О. Мандельштама…

У Аллы Пугачёвой, как у каждого большого художника, есть своя тема — внутренний мир человека, причём не элегические настроения её волнуют, а бури. Есть у неё своя любимая палитра эмоциональных красок — прежде всего, яркие контрасты. Наиболее примечателен в этом смысле «Арлекино», но и в «Женщине, которая поёт», и в, казалось бы, легкомысленной песенке А. Мажукова на слова Д. Усманова «Хорошо», и в «Прощании с летом» А. Зацепина на слова Л. Дербенёва есть необычное сочетание драматических интонаций с жизнерадостными, печали расставания и светлой веры в любовь. Причём вот что интересно: чем глубже, чем сложнее эмоционально песня, чем труднее она вокально, тем лучше поёт её артистка…

Всё ли равноценно в последних её работах? Нет, конечно. Мне, например, жаль (а кому-нибудь, может, и нравится), что для общения со зрителями Алла выбрала прежде всего характерное «амплуа». Да и текст, произносимый ею со сцены, не всегда того высокого уровня, которого ждёшь от столь талантливого человека. Словом, в жизни Алла Пугачёва куда интеллигентнее, умнее, тоньше, чем в своём конферансе… И песни далеко не все достойны быть в её репертуаре (даже имеющая шумный успех «Почему» Л. Гарина на слова Л. Завальнюка). Иногда певица злоупотребляет открытым звуком и вибрацией, вокальными средствами очень выразительными, однако при частом повторении опасными…

Но это, на мой взгляд, потери естественные. Алла Пугачёва не остановилась, не успокоилась; добившись феерической популярности в нашей стране, с огромным успехом гастролируя в социалистических странах, покорив взыскательную французскую публику на фестивале МИДЕМ в Канне, она всё время продолжает искать.

В этих поисках ей нужна помощь умного, талантливого режиссёра, нужны хорошие песни, написанные для неё, с учётом её индивидуальности, её личности.

Алла Пугачёва — в пути. Она постигает истину, ошибается, мучается, творит и при этом безусловно остаётся одним из самых ярких явлений нашей эстрады.

Н. Завадская.

***
Музыкальная жизнь. — Москва, 1978. — № 5 (март). — С. 8—9.

1.
[593x604]