Но прежде, чем рассуждать о том, кто будет гегемоном в XXI веке, будет ли вообще новый гегемон, надо разобраться в вопросе, что такое гегемония в мировой капиталистической системе. Потому что в докапитализме, который был мировой системой, мировых гегемонов не было. Были макрорегиональные гегемоны.
Мировая гегемония возникает вместе с мировой системой. Собственно, мировые войны – это войны за мировую гегемонию. И теоретически мировой гегемон осуществляет эти свои качества в экономической, военно-политической и культурной сферах. Причём, в военно-политической его мощь должна превосходить таковую государств, занимающих 2-5 места вместе взятых. Если брать теоретическую модель гегемоний, то в истории капиталистической системы полноценная гегемония – это краткий миг, это пик гегемонии. Давайте посмотрим на историю.
Первым гегемоном капсистемы считается Голландия, пик – 1625-1672 гг. Но дело в том, что Голландия была гегемоном только в одном измерении – экономическом. Это был одномерный гегемон. Военно-политическим гегемоном в начале XVII века была Испания, а во второй половине – Франция. Морские войны голландцев с англичанами не были успешными для голландцев. Гегемоном в плане культуры Голландия в XVII веке во время пика своей экономической гегемонии уже перестала быть. И к тому же в XVII веке национальные культуры как таковые ещё только формировались, вылуплялись из общеевропейской. XVII век, вообще, был особым. Как писал Эрнст Юнгер, «XVII век был равно удалён и от Средневековья, и от национального государства с его национальной культурой». То есть, вот гегемония Голландии одномерная.
Великобритания. Пик гегемонии приходился на 1815-1873 гг. Великобритания была, безусловно, экономическим гегемоном. В области культуры гегемония оставалась за Францией в общей культуре, и во второй половине XIX века научная гегемония – Германия. В море, военно-морском деле британцы не имели конкурентов. А вот в сухопутных войнах они не могли взять верх над своими конкурентами – ни над Наполеоном в начале XIX века, ни над Вильгельмом II в начале ХХ века – без помощи России. Как заметил наш замечательный геополитик Едрихин-Вандам, в войнах с Наполеоном, с Вильгельмом II Россия тащила на себе до 3-х четвертей военных усилий. Мировые войны выигрываются не на море. На суше. И где же тут полная военная гегемония? Кстати, и в мировую войну XVIII века, Семилетнюю, 1756-1763 гг., британцы на суше воевали чужими руками Фридриха, которого, кстати, разгромили русские. То есть Великобритания – это двумерный гегемон.
Гегемония США наступила после Второй Мировой войны, и пик пришёлся на конец ХХ века. США, безусловно, захватили гегемонию в культуре тоже, прежде всего, в массовой. Бжезинский назвал это tittytainment (успокаивающий эффект от просмотра ТВ, схожий с тем что ощущает младенец у груди - прим ред.). Однако, американизация мировой массовой культуры началась во второй половине 60-х годов, не раньше. Что же касается военно-политической сферы, то здесь вплоть до конца 80-х годов США контролировали только свою часть мира. В мире было две ядерные сверхдержавы, два гегемона, две мировые системы. Таким образом, у США была полная, трёхмерная гегемония. Но последние 30 лет эта гегемония переживает не лучшие времена.