Вспоминая ту первую ночь после дождя, когда я насквозь промочил свой рюкзак в последние дни июня 2010 года где-то между Товстим Лисом, Буряковкой и смешным и страшным названием Лубянка, на второй день пребывания в Зоне я, честно говоря, так и не понял весь этот туристический ажиотаж. Да, И.Г.Р.А. повлияла, но не настолько же! Тут ничего особенного. Скорее какая-то дань моде, проверка себя на «слабо», стильное времяпрепровождение – ведь это не попсовая Турция и Египет. Тут что-то новое, экзотическое, и буквально под боком: даже хоть и другая страна, но загранпаспорт не нужен. Тусовка сталкеров полноводной рекой проникала за границу «тридцатки», а затем уже тоненькой струйкой единицы попадали и в «десятку», но мало кто осознавал всю глубину гигантской человеческой трагедии, которая развернулась в этих местах. Да, теперь уже спустя 16 лет после моего визита туда и спустя 40 лет со дня трагедии Чернобыля, разве только до событий последних нескольких лет Зона превратилась в огромный аттракцион. Кто-то приезжал с пивком и подругами, фоткаясь на руинах в смешных позах. Для меня это казалось глумлением над человеческой бедой, вандализмом над памятью. Я был там для другой цели – посетить этот обширный памятник человеческой глупости, горести и забвения для максимального понимания и осознания всей своей и общей человеческой незащищенности как от сил природы, так и от самих себя. Проникнуться атмосферой Зоны, почувствовать это боль. Я был крепок и юн, не искал встречи со смертью, но и не боялся ее, меня никто не ждал, деньги мне были не нужны, а язык подвешен, к тому же прошло буквально пару месяцев от моего увольнения из армии - я взял gap months на путешествие автостопом… Но как раз именно эта поездка и окончательно меня определила в пессимисты.
Я много что повидал за эти 3 ночи и почти 4 дня, но понял, что как и про армию рассказывать про эту поездку совершенно не хочется. Уникальные достопримечательности Зоны, которые я НЕ посетил, гораздо интереснее тех фоток, что я сам там наснимал – реактор и «саркофаг», колесо обозрения и противогазы в пыли - по одной простой причине: Зона вместе со своими последними разумными обитателями, т.н. самоселами, постепенно и сама уходит в небытие. Скоро уже некому будет рассказать о ее уникальных достопримечательностях — Чернобыльских пещерах, Замковой горе, о курганах вблизи Припяти, о большой двуязычной еврейской общине, которая обитала в этих краях, о древних храмах и о многом другом, о котором вряд ли даже сейчас есть хоть какая-то информация в Интернете.
Да, у меня был хороший проводник и рассказчик.

Если же говорить о будущем времени, то в перспективе Зона когда-то, и наверняка даже в самое ближайшее будущее, станет меньше. Скорее всего из нее выведут южные районы, может даже сожмут и вовсе границу периметра до «десятки». Да, грязные пятна останутся, но нельзя исключать, что к какой-то годовщине местные чиновники, которые ничем не отличаются от российских, захотят продемонстрировать «победу над трагедией», рассказав о тотальном вычищении радиационных последствий, уменьшив такую «страшную» и непонятную Зону в полтора-два, а то и больше раза. Хотя с другой стороны Зона огромна, и еще больше зона вокруг нее – эта территория экономически неинтересна никому, и поэтому никому не нужна. Посему быть хоть каким-то источником дохода эта территория может, только сохранив этот особенный статус. Наверняка после событий последних лет это вновь произойдет, и туристы потянутся снова. Это будет гарантировать хотя бы какое-то поступление средств, которые заработаются вновь на руинах цивилизации. Однако я верю в одно точно - никогда самоходство в Зону полностью не прекратится, даже если постепенно эти участки земли, некогда таинственные и притягательные, станут простыми лесными массивами. Именно тогда гости этих мест станут гостями кладбища, где похоронена память о вавилонской башне XX века и руины разрушенных человеческих амбиций.
Сейчас же здесь пока что Зона – место перехода в новое время, где мертвые руины советского прошлого поглощает новая среда, детектируемая только спецприборами.
Это уже не будущая постъядерная эпоха, это эпоха постчеловеческая.

Мне не хотелось уезжать оттуда.
Ночью короткий летний дождь закончился, и в густой траве сверкали слезинки влаги в лучах моего фонарика.
Через пару ночей я вновь уже двигался в Киев, а через пару-тройку недель был уже дома.
Часть моего сердца оторвалась и осталась навечно там, возле того самого покосившегося домика, в этой траве, говоря мне:
«Я останусь тут.
Это мое место.
Это моя боль и моя память того, что ты и сам видел, но ДО самого себя.
Это мой бесконечный пикник на обочине».


Куда бы я ни шел теперь отныне
И как бы ни сводил конец с концом,
Со дня того развернут я лицом
К событиям в любимой Украине.

Присев на жизненную отмель
Иль совершив судьбы кульбит
В моих глазах теперь стоит
Смертельным маревом Чернобыль.

Пойму ли я его уроки?
Пред самой гробовой доской
Смогу ли я понять душой
Ужасный ветер той эпохи?

А ты, читатель, перед светом
Найдешь ли сил в себе и страсть
В обмане грязном не совпасть
С безумством наших президентов?

Огромный мир людей так хрупок,
И на Полесье пала мгла.
Мы на весах добра и зла
Не сможем взвесить наш проступок.

Пророчеств древних знак есть вещий,
И этот знак – Полынь-звезда:
Зажглась в ночи бедой тогда
И до сих пор горит зловеще.

(с)29.01.2026г.

Настроение сейчас - как обычно

[700x393]