А то закрою!...

[435x326]

-          Я лететь далеко.

-          А. Откуда?

-          От Тагома.

-          Понятно, - солидно кивнув, сказал Льога. Он совершенно не имел понятия о том, что или кто этот «тагом», и почему он выпускает в космос таких вот косноязычных курьеров за тридевять земель на спасательных ботах имперских космолётов, но чувствовал необходимость произвести впечатление компетентности, чтобы добыть хоть немного поясняющей информации.

Девушка нахмурилась, очевидно пытаясь сформулировать следующую фразу. После минутного молчания она изрекла:

-          Я есть письмо для Лю.

-          Гм, это да, это важно, - протянул Льога. Это «лю» значило для него не больше «тагома», но, вполне вероятно, могло пролить свет на появление таинственной посланницы, если только не было написано тем же слогом, которым она изъяснялась.

-          Давай сюда, разберёмся, - рейдер протянул руку, надеясь на лучшее.

-          Ты не Лю! – девушка опасливо отодвинулась от него, разрушая светлые надежды.

Льога опешил:

-          Что это значит? Я...

-          Ты не Лю.

-          А кто «лю»?

-          Я знать. Там. Я видеть и знать.

-          Где это «там»? – грозно осведомился рейдер, наступая на девушку и заставляя её прижиматься к шершавому боку спасательного бота.

-Льога!!

Рейдер вздрогнул и повернул голову на отчаянный крик. Из самых недр ангара, лихо лавируя между техниками и их роботами, на него мчался Люк и на ходу горланил:

- Я..Чувствую.. Льога.. Бот!

Подскочив к спасательному боту, Люк принялся сканировать его беспокойным взглядом, для верности ещё и ощупывая его заметно трясущимися руками:

- Что с ботом? Он исправен? Где содержимое? Оно цело? Я чувствую, оно очень ценно, очень! – возбуждённо тараторил он, так и не дав себе труда взглянуть на друга, из-за широкой спины  которого любопытно выглядывало то самое «ценное содержимое».

- Что ты о нём знаешь? – не мог не задать свой вопрос озадаченный таким поворотом дела рейдер, как только Люк замолк, набирая воздух для очередной тирады. Повстанец только и успел, что отрицательно качнуть головой и открыть рот, как:

- Лю!! – заорало «содержимое» загадочного бота, внезапно выскочив из-за Льоги навстречу Люку.

- А?!

- Я!! есть письмо! для ты!

Молодой Джедай  крупно вздрогнул, порывисто обернулся и, встретившись с незнакомкой глазами,  замер на половине оборота.

Люк  ощутил мягкий толчок в грудь. Его захлестнул вихрь эмоций, одновременно и жарких, и прохладных,  и восторг, и страх, и  невесомость Пространства, и страшно разрывающая тяжесть гравитации нейтронной звезды.

О, эти мерцающие омуты, бесконечно прекрасные, цвета холодного моря, незабываемые глаза! Окружающая действительность, ангар, Льога, друзья -  всё вдруг исчезло, стало бессмысленно.

В нежно струящемся, обволакивающем свете мягких, бездонных глаз он стал выше, шире, больше, вобрал в себя целый мир, нет! – планету! нет, систему, да что там! Галактику!

Мягкая волна пробежала по его телу; действительность, истончаясь и бледнея, заколебалась, сквозь неё проступила - другая, более яркая и объёмная. Так бывало, когда Люк учился видению-знанию. Но то, что сейчас с ним случилось, было гораздо... масштабней. Он не просто видел себя, он стал центром этой новой реальности. Пересечением незримых нитей пространств и времён. Тысячи и тысячи взглядов отражал он, тысячи и тысячи устремлений вбирал он. Он жил ими, он был ими, он был их Силой! Они давали ему жизнь он дарил им надежду. Водоворот ощущений, пониманий, видений захватил его полностью. И глаза, эти удивительные мягкие глаза были его путеводной звездой, погружали его в мир энергии всё дальше и дальше.

Странные, но приятные метаморфозы происходили и с ним самим. Потоки Силы пронизали его существо и наполнили небывалой до того мощью. Он вдруг стал способен своим внутренним зрением объять весь мир, не только здесь и сейчас, но и когда-либо и где-либо бывший или будущий; сердце, переполненное восторгом, удивлением, благоговением и любовью, как будто взорвалось, и слепящие потоки его чистой энергии поглотили пространство и время, а тело потеряло свою форму и растворилось, будто разнесённое на миллиарды пульсирующих частиц, во вселенском водовороте Силы.

Такого полного растворения в потоках Силы Люк не переживал ещё никогда. И причиной тому были эти восхитительные, невозможные  глаза! Переливащиеся нездешним светом, наполненные невообразимым знанием, как будто из другой Вселенной, такие...такие...такие невзрачные, серые, как будто нарисованные, совсем ненастоящие...

А вот вокруг глаз из облака света соткалось ... мужское лицо. После увиденного и почувствованного лицо это показалось Люку, хоть и смутно знакомым, но плоским, серым, отталкивающим, лишним и ненужным, безжизненной маской, преградой на пути чистой энергии. Ощущение...От лица, и особенно глаз, веяло знакомой энергией: смесью напускной самоуверенности и отстраннности,  из-под тонкой, хрупкой корочкой которых искали выхода наружу противоречивые, но сильные чувства и  простые человеческие желания и привязанности.... Как только он почувствовал и распознал знакомое в поле Силы излучение, Люк смог распознать это серое лицо. Льога, его собственный старый и верный друг с непередаваемым выражением всматривался в его глаза. Люка восхитила и одновременно рассмешила эта мина друга. В самом деле, если отвлечься от его совершенно прозаической, даже - неприглядной человеческой внешности, Бент Оольсун Фьоген был на самом деле прекрасным, волшебным существом, ведь и его породила Сила!

- Ну ты даёшь, Бент! Какая у тебя физиономия! – засмеялся Люк.

- ...он не слышит, он даже не слышит, - не меняя выражения лица, сообщил Льога пространству, по-прежнему пристально всматриваясь в Люка.

- Кто тебя не слышит?

- Ты влип, парень, - торжественно объявил рейдер,и  в глубине его сумрачных глаз загорелся недобрый огонёк.

«Восхитительный балбес!» - умилился Люк.

- Во что? – трудно было объять разумом только что увиденное и почувствованное, Люк возвращался к реальности нехотя, с большим трудом, потому мало понимал смысл того, о чём толкует друг, и отвечал ему машинально, почти не отдавая себе отчёта в том, какие слова произносит.

-Ты бы на себя посмотрел, что ли, - сморщился рейдер и только было открыл рот, чтобы пояснить свою мысль, как услышал:

- Да, я видел. Это...это нечто фантастическое!

Рейдер поперхнулся на полуслове и вытаращил глаза. Тщательно продуманная фраза застряла в горле почти физической колючкой. Откашливаясь и смахивая слезу внезапного отчаяния, Льога понял, что мир, его мир, построенный, выстраданный тяжким трудом, рушится со скоростью света, потому что случилось то, чего он в глубине души боялся больше всего. Он терял друга с катастрофической скоростью, как воздух вытесняет из повреждённого корабля космический вакуум. Он, в сущности, уже потерял друга, и это было бы ужасно, если бы остолоп Люк не выглядел так смешно.

- Влип. Втюрился, - с отвращением выплюнул рейдер, усилием воли подавляя приступ не то истерического смеха, не то свирепой ярости.

- Кто... В кого?.. Я?!? Ты что!

- В своё «письмо». Это же написано у тебя на лбу.

Люк почувствовал, что краснеет, и невольно прикрыл лоб рукой.

- О я? – распознав знакомое слово, оживилась и придвинулась к ним незнакомка.

- О ты, о ты, о кто ж ещё! – саркастически фыркнул Льога, закатывая глаза и мечтая о том, чтобы этого треклятый бот вместе со своим трижды растреклятым «содержимым» никогда не появлялся на траверзе его корабля.

- Это он болтает. Шутит. Не слушай. Неинтересно, - затараторил совсем уже красный Люк, загораживая собой не в меру откровенного друга.

Девушка непонимающе мотнула головой и легко дотронулась до рукава Люка:

- Я...ты..

- НЕТ!! – взревел Льога, и прежде чем понял, что делает, снова втиснулся между ними, - Сначала допросить.