"Ревизор" по Н.В. Гоголю это второй спектакль Валерия Фокина на котором мне посчастливилось побывать. В первый вечер он удивил меня своей смелостью, "Женитьба" в которой актеры весь спектакль катаются на коньках, размытость пространственной привязанности, словно действия происходят в Нигде, и в то же время линия, связывающая с днём сегодняшним, это то, чего не было у Гоголя и не могло быть, то, что заставляет возмущаться людей консервативных взглядов.
"Ревизор" же меня просто потряс. Это разоблачение, зрители смеются над собой. Всё построено на страхе и угодничестве тех, у кого есть хоть немного власти перед их "начальством". Контраст, мгновенная утраты своего я и отречения от сказанного пять минут назад, готовность продать себя, свои идеалы, самых близких ради возможности встать на одну ступеньку выше. Все обманывают друг друга, но больше всего самих себя.
Мне понравились сцены с явным сексуальным характером - физическое и душевное проституирование всего и всех.
Хлестаков, как вочеловечившейся бес, мгновенно проходит грань от нерешительности и скромности к грубым нападкам, дерзости и беспредельности. На его фоне Городничий – сущее дитя, несмотря на то, что как, он говорит, способен обхитрит не только губернатора, но и самого чёрта.
"Хлестаков, который мне был нужен, сочетающий в такой хрупкости и такой совершенно субтильности невероятную энергию и темперамент не вообще, а переходящий в агрессию, не разумную, а иррациональную. То есть ту агрессию, которая возникает помимо воли, помимо логики. То есть, когда человек незаметно может перейти в некий фантом. Такая природа - не просто хама, который придет, как писал Мережковский, а хама, который уже уселся, сидит и просто является частью жизни". В. Фокин.
Хлестаков уезжают и на сцене появляются чиновники и их жёны все как один лысые в точности приняв вид лжеревизора. Безликая масса, их голоса звучат неразличимо. А Городничий с женой и дочерью изо всех сил пытаются удержать колонны в залах Эрмитажа уплывающие вверх из их рук, вместе с растаявшей мечтой о Петербурге.
Прекрасное музыкальное сопровождение живого оркестра голосов, передающих напряжение, душевные переживания героев, это одновременно и звуки наблюдающих зрителей. Они словно являются частью спектакля и одновременно находятся вне его.

«Что важно было Валерию Фокину в мейерхольдовском "Ревизоре", по существу?

Валерий Фокин: У него же спектакль был про ту жуть и ту страшную трагедию, которая придет. Все тогда это читали, как трагедию, которая прошла, была в XIX веке, что неправильно. Он абсолютно пророчески ощущал приход этого хама. Мой спектакль я делал про то, что он пришел. Для меня было важно, что Городничий, и как это не парадоксально, вся эта компания - они лучше, чем Хлестаков. Вот это явление оно гораздо страшнее, тоталитарнее, преступнее даже, чем вот эти люди, которые брали взятки и будут брать взятки, но они наивнее, что ли, более порядочны, при том что берут взятки борзыми щенками и не только, но они более открыты. В них есть предсказуемость, которая идет от чувствительности, от какой-то естественности. А этот выбивается. Это преступник, это террорист, это экстремист, это непредсказуемая усредненность, которая в любую секунду может сделать все, что угодно. И поэтому для меня был очень важен Паршин, который должен был играть и сыграл Городничего человеком мягким и даже вполне милым. Они все нестрашные, они совсем нестрашные. У Мейерхольда так не было, у него по-другому. Если он говорил, что оно придет буквально через 5-10 лет, и оно пришло в виде террора сталинского и прочее. Для меня было важно, что это не просто пришло, а стало нормой. Мы не замечаем, а оно рядом с нами. Оно стало частью нашей жизни.»