Виталий Гладышев «Сказка про белого бычка»
[300x203]18 декабря 2003 года президент РФ В.В. Путин во время телевизионного общения с народом привел такие цифры: в 1999 году по ст. 282 УК РФ о «разжигании национальной розни» было осуждено четыре человека, в 2000 году – десять, а в 2003 году “возбуждено более 60, дел двадцать доведено до суда. И примерно 17-20 вынесено обвинительных приговоров” (В. Путин: разговор с Россией 18 декабря 2003 года. М., 2003. С. 53).
После событий на Манежной в декабре 2010 года один из разжигателей межнационального конфликта, «конгрессмен» РКНК Шамиль Османов заявил представителям прессы: «Как сказал Владимир Владимирович Путин, «нужны посадки!» Вместе с тем, Османов признал, что у него нет никаких данных об «этнических убийствах», ложными сообщениями о которых он подогревал кавказскую молодежь к публичным бесчинствам. Некий Магомед, якобы убитый в электричке «бандой скинхедов», – умер от передозировки наркотиков.
…Нынешняя сказка про белого бычка начинается, как и другие сказки с «жили-были». Лишь нескончаемое хождение по кругу, использование одних и тех же шаблонов, тупое следование одним и тем же сценариям – с головой выдает «рассказчика». В 2000 году Путин избирается президентом России на волне всеобщего возмущения от разнузданного, ничем не объяснимого разгула терроризма против мирного населения. В Чечню идут непомерные бюджетные транши «на восстановление», республика снабжается энергоносителями за счет всей России, – но на выходе лишь поголовное вооружение, озлобленные заявления и угрозы. Когда Путин произносит известную фразу «будем мочить в сортире» – страна ликует! При этом никто не имеет в виду, что Путин собирается покончить с представителями чеченской национальности, все полагают, что он собирается раз и навсегда покончить с распоясавшимися уголовниками, ведь именно их жаргон он использует в своей предвыборной кампании.
Однако затем с одной стороны начинаются пресловутые «дела военных», когда населению республики, доведенному до отчаяния геноцидом, – «скармливают» по ложным обвинениям отдельных офицеров, без привлечения к ответственности высшего офицерского состава, отдававшего им приказы.
С другой стороны – начинаются «отстрелы», явно заказные политические убийства людей, занимавших ключевые должности в руководстве Чечни накануне «путинской избирательной кампании». О раскрытии подоплеки этих убийств никто и не заикается, даже Рамзан Кадыров, такой смелый, когда ему приходится расправляться с 14-летней ростовской девчонкой или публично унижать женщин России упреками в «нескромности», – становится кротким и необычайно скромным пай-мальчиком, как только речь заходит об «отстреле» его родного отца.
Но и нам, «сторонним наблюдателям», от которых «ничего не зависит в этой жизни», несложно заметить, что уничтожаются все люди, знавшие, каким оброазом отмывались немыслимые и огромадные бюджетные потоки в Чечне после первой кампании. Полагаю, что и сами чеченцы понимали, что вторая кампания будет необходима, чтобы скрыть полнейшее отсутствие результатов «целевого бюджетного финансирования». Поэтому вовсю готовились к новой войне.
Самое необычайное в том, что «вторая чеченская война» должна была бы сопровождаться уголовными делами по ст. 282 УК РФ о «разжигании национальной розни» – с чеченской стороны. Ведь именно отсюда в Россию направлялись «щахидки чеченской войны», террористы, взрывавшие дома, бравшие в заложники даже детей. Но все дела с 1999 года, о которых с гордостью сообщил Владимир Путин, были направлены против подавления его политики внутри России. Ни одного дела не было возбуждено против чеченских сепаратистов!
Возникает впечатление, будто все эти сепаратисты и националисты, в результате действий которых Россия аполучила вопиющие террористические акты и кровавую военную кампанию, которая сегодня полностью легла на плечи многонационального ОМОНа, – немые и глухие доходяги, биороботы или зомби, беспрекословно выполняющие приказы сверху. Они тупо «делают свое дело», ответственность за которое после возьмет услужливый Доку Умаров.
Не только гражданские, но, прежде всего, военные наблюдатели заметили, что сразу после избрания в должность президента Путин начинает «осаживать» армейские части, хотя до установления полного порядка на Кавказе оставалось менее трех недель. «Дела военных» начинаются с 2001 года, будто в ответ на упреки компаньонов, Путин начинает сдавать »пешки», «скармливать человечину» по меткому выражению И.А. Дедюховой.
Но в этот период как раз она молчит, зато наемные журналистки Политковская, Альбац, Латынина пишут оскорбительные заметки про действия армейских частей на Кавказе. В 2001 году я прочел книгу связиста Вячеслава Миронова «Я был на этой войне». Вся эта ситуация мне была интересна, прежде всего, как советскому кадровому офицеру, присяга которого совершенно не понадобилась Отечеству. В книге Миронова сразу выделил «сопли гражданских» – в виде наездов на гражданское население, «сидящее в тапочках у телевизора», когда армия переносит тяготы «кавказских кампаний».
Это не соответствует ни одной военной доктрине. Вообще-то так и должно быть в действительности: мирное население живет своей жизнью, а армия защищает ее на средства общества. Вторая мировая война стерла эту грань, но лишь в Европе. В США никто бы и не посмел упрекать население, хорошо «приподнявшееся» в войну после Великой Депрессии.
Меня остро интересовала «идеологическая начинка» , с которой армия оказалась во второй чеченской войне. Человек, отдающий себе отчет, что может погибнуть, должен был знать, за что ему придется расстаться с жизнью. Большинство офицерского состава избрало армейскую службу своей профессией, но вовсе не являлось наемниками или, как говорят сегодня, «контрактниками». Все-таки в традициях русской армии – превалирует не жалование, спекуляция обмундированием и воровство ГСМ, а защита Родины. К тому же в военных действиях принимали участие служащие-срочники. Им ведь тоже надо объяснить, по какой причине на свою собственную территорию в очередной раз вступают Вооруженные Силы с расчехленным оружием.
С 2003 года на сайте у Мошкова организуется сайт военных писателей. Там все круто и «без баб», без фентази и детективов, без стишков про любовь-морковь. Но, просматривая выложенное творчество, не мог не заметить, что написавшие их люди тщательно обходят идеологические установки, на редкость аполитичны, не имеют никаких взглядов, кроме убогоньких псевдо-патриотических «я – русский офицер!». Будто все написанное о чеченских войнах принадлежало перу белогвардейских эмигрантов, хотя большинство «писателей» стало офицерами в советской армии.
Сами военные условия, военные действия, мысли и чувства – производили впечатление школьной экскурсии и вызывали тошноту приземленно-бытовым уровнем. Ведь на чем-то эти люди воспитывались в детстве, раз оказались в армии? Откуда столько «мимолетности», ощущения собственной ненужности и даже заведомой «преступности» в лживом пацифистском духе «убивать нихарашо!»? Неужели самим не хотелось кинуться в атаку после первых взрывов жилых домов в Москве? Неужели не хотелось мстить и мстить врагам Отечества?..
* * *
Все это видели, все это знают, я лишь собираю факты один к одному. Сказочка про белого бычка потому и получается бесконечной ходилкой по кругу, что ее сказители незаметно выбрасывают наиболее существенные фрагменты. Буду рад, если подскажете мне свои версии.
В начале «нулевых» годов, на фоне последовательной травли военных, участвовавших в последней чеченской кампании, начинаются и знаковые «убийства» с чеченской стороны. Причем, как уже говорил, в первую очередь уничтожались знаковые фигуры, основные «держатели компромата» на все российское руководство, имевшее отношение к бюджетным потокам «на восстановление», ушедших в Чечню между двумя кровавыми войнами.
[показать]Показать цитату
Зелимхан Абдулмуслимович Яндарбиев родился 12 сентября 1952, село Выдрика, Шемонаихинский район, Казахская ССР — 13 февраля 2004, Доха) — активный участник сепаратистского движения в Чечне. В 1996—1997 годах исполнял обязанности президента самопровозглашённой Чеченской Республики Ичкерия. Участвовал в боевых действиях против российских войск. Обвинялся в террористической деятельности на территории России, с 2001 года находился в международном розыске по линии Интерпола. Был внесён в список террористов ООН.
Убит в феврале 2004 года в Дохе, предположительно, в результате операции российских спецслужб.
В 1985—1986 годах занимал должность председателя Комитета пропаганды художественной литературы Союза писателей СССР. В период перестройки занялся общественно-политической деятельностью. С 1989 года работал литературным консультантом в Союзе писателей ЧИАССР, с этого же времени являлся председателем политической организации чеченского общества «Барт» («Согласие»).
28 мая 1996 года возглавлял чеченскую делегацию на переговорах в Москве (российскую сторону возглавлял Борис Ельцин). В результате переговоров было подписано соглашение «О прекращении боевых действий в Чечне с 1 июня» (вскоре соглашение было нарушено обеими сторонами).
В начале августа 1996 года под политическим руководством Яндарбиева боевики осуществили штурм Грозного. 16 августа 1996 года Яндарбиев и секретарь Совета безопасности РФ генерал Александр Лебедь объявили о создании наблюдательной комиссии для контроля за выполнением условий прекращения огня.
3 октября 1996 года возглавлял чеченскую делегацию на очередных переговорах в Москве (российскую делегацию возглавлялВиктор Черномырдин).
После избрания в 1997 году президентом ЧРИ Аслана Масхадова примкнул к национал-радикальному крылу оппозиции, которое возглавлял Салман Радуев. Позже поддерживал оппозиционный Совет командующих, созданный Шамилем Басаевым и его сторонниками. Критиковал Масхадова за мягкость в отношениях с Россией и нежелание в полной мере вводить в Чечне шариат.
Считался одним из идеологов вторжения исламских боевиков в Дагестан в августе 1999 года. В октябре того же года был назначен Масхадовым его личным посланником и полномочным представителем Ичкерии в мусульманских странах.
[показать]Показать цитату
7 августа 1999 года с территории Чечни было совершено массированное вторжение боевиков в Дагестан под общим командованием Шамиля Басаева и арабского наёмника Хаттаба. Ядро группировки боевиков составляли иностранные наёмники и бойцы «Исламской международной миротворческой бригады», связанной с «Аль-Каидой». Российские власти предложили ичкерийскому руководству провести совместную с федеральными силами операцию против исламистов в Дагестане. Было также предложено «решить вопрос о ликвидации баз, мест складирования и отдыха незаконных вооруженных формирований, от которых чеченское руководство всячески открещивается». Масхадов на словах осудил нападения на Дагестан и их организаторов и вдохновителей, однако реальных мер для противодействия им не предпринял.
Более месяца шли бои федеральных сил с вторгшимися боевиками, закончившиеся тем, что боевики были вынуждены отступить с территории Дагестана обратно в Чечню. В эти же дни — 4—16 сентября — в нескольких городах России (Москве, Волгодонске и Буйнакске) была осуществлена серия террористических актов — взрывы жилых домов.
Понимая, что последние события привели Чечню на грань новой войны, Масхадов всеми силами пытался, с одной стороны, дистанцироваться от наиболее радикальных сепаратистских лидеров — вывел Мовлади Удугова из состава Совета безопасности ЧРИ, осудил участие чеченских полевых командиров в дагестанском конфликте, обвинив их в предательстве собственного народа, заявил, что «Чечня стала разменной картой в руках мировых держав, стремящихся стать хозяевами Кавказа и выдавить отсюда Россию»[29], — а с другой стороны, то обвинял российское руководство в провокациях и нагнетании напряжённости, то заявлял о намерении предложить России сделать Чечню «важнейшим стратегическим партнёром на Северном Кавказе» и просит лидеров Ингушетии и Северной Осетии Руслана Аушева и Александра Дзасохова о помощи в предотвращении новой войны и в организации личной встречи с российским премьером Владимиром Путиным
Учитывая, однако, неспособность Масхадова контролировать ситуацию в Чечне,[30] российским руководством было принято решение о проведении военной операции по уничтожению боевиков на территории Чечни. Предложения Масхадова о встрече с президентом России были отклонены. «Никаких встреч ради того, чтобы дать боевикам зализать раны, не будет», заявил премьер-министр России Владимир Путин.[31] 30 сентября российские войска вошли на территорию Чечни.
8 марта 2005 года Масхадов был убит в ходе спецоперации ФСБ в селе Толстой-Юрт (Грозненский сельский район), где он скрывался в подземном бункере под домом одного из дальних родственников. В ходе штурма Масхадов оказал сопротивление, и спецназовцы взорвали устройство, от ударной волны которого дом оказался полуразрушен. Задержанные во время спецоперации личный помощник Масхадова Вахид Мурдашев, племянник Масхадова Висхан Хаджимуратов, а также Скандарбек Юсупов и Ильяс Ирисханов были осуждены на различные сроки лишения свободы за участие в незаконных вооруженных формированиях и незаконное ношение оружия.
Вроде бы всем известные факты. Но что за ними стоит? В то же время страну покидает «крестный отец» Владимира Путина – Борис Березовский, во всеуслышание заявляющий, что взрывы домов организованы в ходе пиар-кампании никому неизвестного Путина, «господина гексогена». Некий полковник ФСБ, отравленный полонием, признается, что у него была задача – организовать убийство Березовского.
События в Буденновске выявляют тесную связь Черномырдина и Басаева, подрядившего сжечь Пенсионный банк. Захвату Бесланской школы, где наши военные остаются без командования, без сводок и даже без руководства страной (Путин трое суток прячется от общественности), – предшествует синхронный взрыв двух самолетов. вылетивших из ненавистного Домодедово.
Чем дальше, тем больше чеченская кампания напоминает печальную «повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифорофичем» Николая Васильевича Гоголя. Небольшие сроки чеченским боевикам, явное нежелание ФСБ РФ в корне покончить с терроризмом на Кавказе, начинает раздражать и гражданских. Довелось побывать в Москве на митингах, организованных Лужковым в связи с захватом школы в Беслане. Тогда понял, что люди несколько иначе воспринимают бодрые бессмысленные крики «Терроризм не пройдет! Мы вместе!» Общество явно начинало задумываться, кто и против кого воюет на Кавказе.
На многие вещи взглянул иначе, благодаря анализу Ирины Анатольевны Дедюховой. С ее творчество познакомился после ссылок, присланных по почте с приписками «посмотри, как подло эта баба пиарится на судах военных!»
Многие технически продвинутые дамы, имевшие доступ в Интернет, тусовались при сайтах, организуемых различными военными союзами. Поэтому посмотрел далеко не сразу, заранее предполагая, что можно ожидать от очередной дамочки, решившей написать стишки или рассказик с модным тогда любовным сюжетом. Любовник главной героини должен был героически погибнуть в очередной «горячей точке», оставив безутешную возлюбленную вечно грустить о нем в очередном виртуальном офицерском клубе вроде «Курилки» на сайте Мошкова.
Поэтому не успел прочесть часть развернутых комментариев Ирины Анатольевны, где она матом и грубой лестью пыталась «выстроить» наше офицерство на защиту Ульмана. Подключился, когда все было вытерто, а на сайте повисло Решение Международной Конференции ветеранов Афганистана и участников военных конфликтов в Чечне о «вечном бане» Дедюховой, продолжавшей защищать Ульмана и Аракчеева.
С этого времени начинаю читать Дедюхову без предвзятости, стараясь разобраться, почему против нее выступили «политруки» и наши славные героические контрразведчики – высший офицерский состав ФСБ. Разработкой «Дедюхи» уже тогда занимались люди, имевшие звания не ниже полковника ФСБ.
Следовало выявить основные аспекты ее «защиты» военных, против которой эта с виду беззащитная женщина вызвала гнев самой могущественной организации в России:
- Сергей Аракчеев имеет жесткое алиби; он никого не убивал, проскольку инкриминируемые ему преступления невозможно совершить вдвоем физически, вдобавок, будучи в стельку пьяными; бригада чеченских строителей расстреляна в ходе разборок по поводу дележа бюджетных средств «на восстановление»;
- Ульман с бригадой разведчиков ГРУ находился в засаде, задержанные чеченцев расстрелял по приказу из штаба, поэтому надо разбираться и с руководителями операции.
Дедюхова, конечно, человек не военный, но ее высказывания очень многое поясняли военным. Она рассматривала все дела с точки зрения Уголовного Кодекса и нормального хода расследования уголовных правонарушений. Ее фамилия мало что могла сказать, была не из тех, что «на слуху». По «цыганской почте» про нее писали, что она влюбилась в Ульмана, потому и «старается». Но возникала масса вопросов и к его «защитникам», подчеркивающим, что при совершении «уголовного преступления» Ульман был абсолютно трезвым, в отличие от Аракчеева. Хотелось поинтересоваться, а за что такие «защитники» не взлюбили Ульмана, что отказывались включить в Обращение к президенту страны установленный в суде факт о том, чт о Ульман находился на боевом задании?
Со свойственным ей ехидством, Дедюхова разбирала категорическое нежелание чеченской стороны приглашать в суд высшее военное руководство, которое несло полную ответственность за действия своих подчиненных. Все же судились кадровые офицеры, а не безнадежные солдатики срочной службы, которыми сразу же после второй военной кампании были забиты все военные тюрьмы России.
Даже Рамзан Кадыров, не выдержав ее напора несколько раз заявлял, что чеченцы – не людоеды, которым надо постоянно скармливать человечину. Но время показало, в какой роли довелось выступить чеченцам на этом отрезке нашей общей истории.
Еще раз заметим, что ни один кавказец в ходе зашкаливающих человеческий разум террористических актов – не привлекался по статьям об экстремизме и разжигании межнациональной ненависти. Ни один!
Российские спецслужбы забывают, сколько работников политотделов армии, войсковых разведок – «остались ненужными» в ходе расчленения СССР и последующих «демократических преобразований всего общества». За деятельностью «ненормальной бабы» в Интернете внимательно следили не только «настоящие полковники» ФСБ РФ.
«И разведка должила точно!» – дружно пели мы все в детстве. Поэтому лишь ухмылялись про себя тому, с какой легкостью обходит все ловушки Дедюхова, пожелавшая «военного пиара». Не составило труда выяснить, что это – «та самая баба», которая выступила на аква-парке «Трансвааль», получив в ответ необъяснимую реакцию с еврейской стороны Луны в виде уголовного мата и оскорблений. Накануне «дел военных» она уже побывала на НТВ в передаче Соловьева, после которой все спрашивали, что «это за баба» завившая всему бывшему СССР – «Не надо было приватизировать бюджетообразующие отрасли страны!».
Войсковая разведка может с точностью должить, что «вечный бан» на Дедюхову был наложен задолго до Международной конференции в Одессе в мае 2006 года, пусть не обижается на бесправных «военных писателетей». Любой ее роман, от которого вначале сносит крышу от того, что кто-то еще может знать твои мысли и чувства, а после мозги становятся на мето – был изначально смертельно опасен вовсе не ее «литературным» критикам или конкурентам. Ее творчество, относящееся к настоящей русской литературе без вихляний задницей и соплей, но утонченной, остроумной и философской – «стоит двух танковых армий». В Интернете возникали отголоски чисто военных споров о «военном эквиваленте» ее слова.
Сейчас и я связываю события в Кондопоге и немыслимый пиар ДПНИ, по явно данной ФСБ РФ отмашке, – с тем, что Дедюховой начали отвечать… чеченцы. Она пыталась организовать что-то вроде откровенного диалога, не пытаясь полностью выгородить Ульмана от уголовной ответственности. Прикол был здесь в том, что Дедюхова – женщина, поэтому многие доказывали, что на самом деле это «мужик, работающий под бабу». К тому же она разбирала эти дела именно в уголовном аспекте, что возмущало всех военных, которые не собирались поголовно становиться уголовниками, оказавшись в Чечне на «защите конституционного строя».
А Дедюхова рассматривала это в русле строгой уголовной мотивации, показывапя, что дела организованы уголовниками, имеющими нетипичную мотивацию. Стоит перечитать главу «Боец» ее романа «Армагеддон №3″, чтобы понять, для чего понадобилось повсюду в Интернете размещать журнальный вариант этого романа, широко известный с 2001 года, через семь лет – под именем писателя Николая Сластникова, ушедшего из жизни в 1968 году. Журнальный вариант, в отличие от окончательного варианта, вышедшего в печати летом 2006 года, этой главы не имеет. Здесь подводится итог ее участию в делах военных. И, как русский писатель, Дедюхова и здесь – стороне наиболее беззащитных.
Интересно. что очередной удар по ее имиджу путем присывания ее романа перу покойного Сластникова – нанесен после событий в Южной Осетии, где одна Ирина Анатольевна в течение трех часов не только правильно ориентировала все общество, но и армию. Она неоднократно с сарказмом подчеркивала, что в момент общей паники президент Медведев «находился где-то в Черном море», а премьер Путин что-то лопотал о каких-т о «повстанцах» президенту США Бушу в Пекине. А в этот момент все потенциальные «повстанцы» уже писали в Кремль требования немедленно присоедить Южную Осетию к России.
«И разведка доложила точно», что еврейские юзеры в этот период сеяли панику и призывали всех заниматься самосудами на грузинами, «организовывать партизанские отряды», т.е. вступать на путь экстремизма. А после этой провокации последовали другие. Дедюхова очень зло разбирала хамские заявления, будто осетинские женщины-беженки требуют себе купальники. Русские такое наруют, что ли? Дедюхова не учла и менталитета осетинских женщин, которые не устраивают «стриптиза» в бикини, тем более, в чужом нижнем белье. Но эту неувязочку я учел, обратив внимание на израильских военных, тренировавших грузин перед конфликтом, поставлявших им вооружение.
В ходе дедюховских выходок «в сапогах с нагайкой» сорвались планы устройства американских военных аэродромов, явно предназначенных для бомбежек Ирана. Поэтому уже на автопилоте оставалось поинтересоваться всей этой «Аль-Каидой» в Чечне и огромным количеством неизвестно откуда взявшихся там «арабских наемников» в тот момент, когда чеченские сепаратисты отстаивали «права нации вайнахов», доказывая свою особую склонность вовсе не к исламу, а к иудаизму. Куда э подевались с Кавказа все «арабские наемники», сдав свой «пост»… израильским «военным инструкторам»? Разгадка лежит на поверхности – в нынешних жестких наездах всех «кавказских борцов с ксенофобией» на российское общество, костяк которых составляет «борьба с антисемитизмом».
Кроме огромных выгод, которые несет в себе противостояние общества на «межэтнической почве», усиленно подогреваемое с самого верха с целью отвлечь внимани е от происходящего в «приватизированных бюджетообразующих отраслях», - здесь явно просматриваются интересы Израиля на Ближнем Востоке. Не зря учить русских русском у языку вышел именно «востоковед» Ахмед Азимов.
В события в Киргизии просматривалось прямое участие клана Невзлина, находящегося сейчас в Израиле, с целью сохранить в этом регионе американскую базу «Манас». Все кровавые «кампании», которые Россия имеет на Кавказе – направлены против арабского мира, против всего Ближнего Востока, прежде всего, против Ирана. Неудивительно, что чеченский «востоковед» помалкивал в тряпочку на событиях в Египте, ставших для него полной неожиданностью, как и для израильских «востоковедов». Но он молчал и при оскорбительных наездах на ислам, которые тут же раздались от еврейских идеологов Кремля. А «палиться» таким образом все же не стоило.
Продолжение следует….
©2011 Виталий Гладышев. Все права защищены.