[520x400]

[547x700]


Она была средней из сестер Гончаровых. Екатерина родилась в 1809 году, Наталья в 1812 -ом. День ее рождения летом, 27 июня (по ст. стилю). В семье Гончаровых была еще одна сестра, родилась в 1818 году, ее звали Софья, но она умерла маленькой.
Детство всех детей в семействе было суровым: мать, Наталья Ивановна, выделяла разве что старших, Дмитрия и Екатерину, а всех прочих держала в строгости необычайной.
Отношения и между самими родителями, и между родителями и дедом были крайне запутаны и девочки мать боялись, а когда выросли, избегали и сторонились.
Хотя, по-своему, Наталья Ивановна их любила, она позаботилась об их образовании: их учили истории, географии, литературе,мифологии, Закону Божьему, танцам и музыке.Особенно хорошо они владели языками, в семье говорили и писали в основном на французском, но они так же хорошо знали английский и немецкий.

Когда Наталья Николаевна решила перевезти обеих сестер в Петербург, Пушкин высказывал некоторую обеспокоенность этим. но жена поступила по-своему.
http://www.rvb.ru/pushkin/01text/10letters/1831_37/01text/1834/1773_585.htm
Считается, что Александрина еще до замужества сестры знала множество стихов Пушкина и была заочно в него влюблена.
В его рукописях имеются рисунки, которые можно отнести к профилям Александрины (он любил в задумчивости чертить рисунки на полях ).
Так или иначе, она принимала участие в жизни семьи: она например передала Пушкину свое серебро для заклада и его удалось вернуть лишь частично, только в 1839 году, сумма оценки составила тогда 3 460 руб. серебром.
После дуэли, она неотлучно находилась возле сестры, а после его смерти В.Ф. Вяземская передала ей прощальный подарок Пушкина, нательный крестик с цепочкой, отчего после поползли слухи об их тайной связи.
Последний раз они виделись утром 28 января, когда он пожелал проститься со всеми домашними.
Через две недели после отпевания, 16 февраля 1837 года, она выехала вместе с сестрой и его детьми в Полотняный Завод, где и прожила почти два года.

С Екатериной Дантес отношения прервались абсолютно, она пыталась писать в Петербург, сестрам и тетушке но ответа не было.
Новости старшая сестра могла узнавать лишь случайно, от матери и брата Дмитрия, все остальные братья и сестры молчали, словно вычеркнув ее из своей жизни.

В отличие от Натальи Николаевны, во многом унаследовавшей мягкость, доброту и душевное тепло отца, Александрина скорее была похожа характером на мать. Она была трудна в общении, уравновешенностью не отличалась, была решительной, волевой и даже суровой.
Могла быть вспыльчива, остроумна, иронична, а часто язвительна, от бурного веселья и смеха могла тут же перейти к молчанию и мрачности.

О ее внешности судили по- разному: О.С Павлищева считала ее красавицей ( "хотя она уступала сестре"), А.И Кирпичников сообщает о ней как о "бледном ангеле"; А.В Трубецкой считал, что она некрасива; а ее племянница Арапова называет ее " карикатурой на внешность ее сестры".
http://www.proza.ru/2010/07/21/221
Ах, как прав был Пушкин, предупреждавший жену о том, что ее красота может сослужить сестрам плохую услугу!

[400x524]

Наиболее объективное суждение высказал в 1839 году Ксавье де Местр:
"...вдова знаменитого поэта очень красивая женщина; а ее сестра, хоть и не так одарена природой, тоже весьма хороша..."

Ее увлечением в Петербурге была музыка и книги, хотя она не чуждалась светских забав, танцев и верховой езды.

Еще в 20 лет к ней сватался человек серьезный, Александр Юрьевич Поливанов (брат декабриста), но тогда мать и слышать об этом браке не захотела. Даже в дом его не пустила, обвинив в охоте за приданым.


В Петербурге ее настигла роковая страсть, к брату Александры Россет Аркадию.

http://ru.wikipedia.org/wiki/Россет,_Аркадий_Осипович

Чувство было взаимным, но влюбленные так и расстались, после ее отъезда из Петербурга в феврале 1837 года. Аркадий Россет считал себя не вправе обеспечить счастье любимой не имея на это достаточных средств, отчего всю свою жизнь и посвятил только карьере. Он достиг многого, став в конце концов товарищем министра Государственных Имуществ, сенатором.

Отношения Александры со старшей сестрой Екатериной были сложные: с одной стороны, она бывала на обедах в ее доме уже после ее свадьбы с Жоржем; с другой стороны она и к Геккерну, и к Дантесу относилась крайне прохладно. После смерти Пушкина она безоговорочно приняла сторону его вдовы, оставаясь рядом с ней вплоть до своего замужества.

Они обе возвратились в Петербург поздней осенью 1838 года, уступив уговорам тетушки, фрейлины Загряжской.

Наталья Николаевна вняла доводам о том, что дети подрастают и для них в Петербурге больше возможностей, Александрина же просто поехала вслед за сестрой.

В январе 1839 года, благодаря тетке же, Александра тоже стала фрейлиной Двора, хотя постоянной должности при Дворе она не имела.

В июле того же года, сестры познакомились и близко подружились с Фризенгофами.
Наталья Ивановна Фризенгоф была воспитанницей, а по сути единственной приемной дочерью еще одной их тетушки Софьи де Местр, урожденной Загряжской.

Личности Местры крайне интересные, но об этом не здесь.

Тогда Фризенгоф стал сотрудником австрийского посольства в Петербурге и сразу же по приезде Фризегофы поселились на даче, которую снимали Местры на Каменном острове.
Совсем рядом была и дача родной сестры Софьи де Местр фрейлины Загряжской, вместе с которой жили обе сестры.
Конечно же, они сразу познакомились, Фризенгофы и Гончаровы

В письме брату Адольфу Фризенгоф писал:
"... мадам Пушкину и ее незамужнюю сестру видим каждый день. Она (Наталья Николаевна) прекрасна, хотя и менее, чем я предполагал: ее лицо не меняет выражения; но мне кажется, и думаю, что я в этом не ошибаюсь -- она добросердечный человек..."
(25 июня (7 июля) 1839 г)
"...Пушкиных видим каждый день, я привык к ним и полюбил их..."
(1 августа 1839 г)

В это же лето, Александра пишет брату Дмитрию:
"... Фризенгофы очаровательны, муж -- молодой человек очень остроумный..."
(10 июля 1839 г)

19 января 1940 года в семьье Фризенгофов появился малыш, Григорий (Грегор).
Это произошло в Петербурге, но уже летом того года Наталья Фризенгоф, вместе с крошечным сыном, мужем и приемными родителями покидает столицу, проездом навестив в Михайловском Наталью Николаевну с сестрой. Наталья Николаевна писала об этом брату Дмитрию в письме от 3о июля 1841 года.
Они ехали в свое новое имение Бродзяны, дела в котором были крайне запутаны и требовали присутствия владельца.

Затем Наталья Николавена и Наталья Ивановна весьма активно переписывались, вплоть до следующего приезда Фризенгофов в Петербург.

Когда Наталья Николаевна второй раз вступила в брак (16 июля 1844 года), за генерал-майора Ланского, сестра по-прежнему осталась жить с ними. Материальное положение семьи упрочилось, как и положение Натальи Николаевны в свете. Однако Александрина стала ревновать сестру к Ланскому, чем очень усложняла жизнь семьи.
Ланской, к счастью, не так уж часто бывал дома, да и с пониманием относился к ее выходкам.

Осенью 1850 года в Петербург снова приехали Фризенгофы. И тут случилось страшное горе: мать 9-летнего мальчика простудилась и умерла после долгой болезни от пневмонии:


[450x600]


http://www.lavraspb.ru/ru/nekropol/view/item/id/429/catid/3

"Барона Фризенгофа супруга Наталья Ивановна, урожденная Загряжская, волею Божией помре октября 12-го дня 1850 года и погребена того же года и месяца 17-го числа в Александро -Невской Лавре."

И так получилось, что все время болезни Натальи Фризенгоф рядом с ней оставалась Александрина Гончарова.

Это был страшный для Местров год: практически следом, в июне 1851 года, умерла Софья де Местр, а ровно через год, в июне 1852 года, на даче у Натальи Николаевны, и старик Местр...

К тому времени, Фризенгоф снова решил связать свою жизнь с русской: в начале 1853 года он посватался к Александрине. С его стороны, это было пылкое чувство.
http://persona.rin.ru/view/f/0/18549/fogel-fon-fri...eksandra-nikolaevna-goncharova
Александрине уже было под 40 лет и выбирать не приходилось. Она согласилась.
Они получили разрешение на брак от Двора вероятно в мае месяце, причем Наталья Николаевна очень переживала, что брак может не состояться, она писала об этом мужу из Годесберга, где находилась тогда с сестрой и детьми. Но все закончилось благополучно, и после скромной свадьбы в Петербурге Александра выехала из России в Австрию, с мужем и осиротевшим его сыном.
http://www.stihi.ru/2009/02/10/1599

Она увозила с собой ноты, любимые книги, альбомы и дорогие ее сердцу реликвии.
http://www.peoples.ru/family/wife/frizengof-goncharova/


Вполне вероятно, что устав от светской суеты, она была рада оказаться в месте, так напиминавшим ей детство в равнинной России, среди невысоких зеленых гор, вдали от больших городов...


Они иногда выезжали, в Вену или позже к дочери и зятю, но больше всего, из оставшихся ей 40 лет жизни, она провела именно в Бродзянах.
[576x383]

Она даже смогла насладиться счастем материнства, родив в 1854 году дочь Наталью.
Правда, отношения у них не были теплыми: Наталья унаследовала ее же характер, была замкнутой, неуравновешенной и очень своенравной. В то же время, у нее были и свои достоинства, она прекрасно пела, писала стихи, была незаурядной художницей, до старости обожала животных, опекая лошадей и собак.

Неудивительно, что в 1876 году она вышла замуж за владетельную особу: герцога Антуана- Готье- Фредерика- Элимара Ольденбургского (1844- 1895 гг.), в котором текла кровь многих европейских монархов, даже шведских. Он был намного старше своей жены, но безумно любил ее и баловал безмерно.
Она, в свою очередь, стала герцогиней. Правда, морганатической.
http://anglesia.livejournal.com/1002.html

Детей в этом браке было двое: сын Александр ( у него было 4 детей и он умер 54 лет от роду) и дочь Фредерика, которая была талантливой художницей, но умерла в 24 года от туберулеза.
http://persona.rin.ru/view/f/0/18549/fogel-fon-fri...eksandra-nikolaevna-goncharova
Впрочем, мать была далека от их воспитания, передав эту ответственность бабушке Александре Николаевне.

У нее был наглядный пример самой Александрины, которая обещала заменить мать сыну Натальи Ивановны, но относилась как минимум равнодушно. Мальчик рос как трава в поле.

Она вела дом как привыкла. В доме готовились русские блюда, звучала русская речь: часто навещали ее почти все родственники. Особенно часто бывала Наталья Николаевна с детьми Пушкина и дочерьми от брака с Ланским.

[700x464]








Они часто переписывались, Александру волновали любые мелочи в жизни сестры ,особенно она интересовалась замужеством старшей, Марии Александровны.
http://www.liveinternet.ru/users/stephanya/post141615844/

Одно время у нее жила Наталья Александровна, находя здесь защиту от преследований ее первого мужа Дубельта. В письмах Александрины можно найти сообщения о визитах братьев Ивана и Сергея, уцелели письма ее мужа Густава Фризенгофа брату Ивану, принявшему дела семьи после смерти старшего Дмитрия, касающиеся финансовых вопросов.
[426x700]

Сама она тоже писала брату:

"... Густав сейчас очень стеснен в деньгах и в большом затруднении, где их достать.
Ради Бога, дорогой Ваня, приди нам на помощь как можно быстрее, -- и пришли нам то, что ты должен..."
(22 янв- 3 фев. 1860 г.)

У брата действительно были перед ней обязательства, сперва по наследству матери, а позднее и отца, но он выполнял их крайне не регулярно или вообще не выполнял. А положение семьи Александрины в тот момент было сложным: кроме привычных неурожаев, стихийного бедствия, еще и управляющий их дома в Вене бежал, прихватив все их деньги.

Смерть Натальи Николаевны Александрина переживала долго и мучительно.
Последние фотографии Натальи Николаевны Пушкиной - Ланской:

[496x700]
[500x637]

Она тщетно писала брату по вопросу раздела наследства и в конце концов просто разорвала отношения.

Сохранилось ее письмо от 9 (21) июля 1868 года:

"... к горьким сожалениям, которые я не перестаю испытывать в связи с потерей горячо любимой сестры, часто примешивается мысль, что в ней я бы нашла самого ревностного помощника в тех затруднениях, что сыплются на меня в связи с нашим несчастным семейным разделом.
С ее пламенной, преданным своим близким душой, она, я не сомневаюсь, сделала бы все возможное, чтобы вывести меня из этого лабиринта..."

Но в целом, ее письма в Россию позволяют думать, что жизнь ее с Фризенгофом была счастливой, как она сама сообщала "тихо, среди семейного счастья". Опасения Натальи Николаевны о том, что с характером обоих супругов ссоры в семье будут неизбежны, не сбылись.
Судя по всему, умная и волевая Александрина сумела найти подход к мужу и безмятежно прожила с ним 37 лет. В доме была прекрасная библиотека, стояли два рояля.

Временами, в селе рядом, они участвовали в сельских праздниках, появляясь в национальных костюмах...


Чудесный парк в Бродзянах так напоминал ей такой же парк в Подмосковье...
[700x525]

Мужа волновало, что она "часто бывает замкнута,печальна, молчалива"... Трудно сказать, с чем были связаны ее переживания, возможно, она скучала по родине и родным?

Впрочем, ее дочь Наталья Ольденбургская рассказывала своему внуку, который жил у нее в Бродзянах, что она "всегда становилась молчаливой и грустной, когда речь заходила о дуэли Пушкина". По ее же словам, Александрину никогда не видели смеющейся... Вообще.

Первым скончался Густав Фризенгоф. Здесь же, в своем замке Бродзяны. Это случилось в 1889 году, а 9 августа 1891 года умерла и она. Почему-то она просила в завещании положить ее в гроб, полный дубовых листьев, что и было выполнено. По словам ее дочери, перед смертью она велела сжечь все свои личные бумаги, осталась лишь часть архива.

[640x480]

Оба они лежали на местном кладбище, пока в 1904 году, дочь не пожелала перенести их в семейный склеп в нижней части часовни, выстроенной на склоне горы специально для этого. Гору засадили лесом, опять-таки по распоряжению дочери. А на самой вершине горы Наталья выстроила домик для себя (Вавилон), где очень любила ночевать, глядя на звезды через стеклянную крышу, в окружении любимых собак.

После смерти отца, матери,мужа (в 1895 г.) она осталась единственной наследницей всего культурного наследия семьи. И хотя она не всегда понимала ценность реликвий, она добросовестно их хранила, вплоть до своей смерти в середине 1930- х годов...










[700x513]