Глава 2

Весь день прошел, словно в тягучем тумане, постепенно сгустившемся в голове после посещения озера. Каждый раз, когда перед глазами вставал образ полуобнаженного Малфоя, изогнувшегося навстречу солнцу, меня захлестывала смесь отчаянного любопытства и непонятного жара, будоражащего кровь. Мысли с упрямым постоянством возвращались к увиденному. Это явно был какой-то ритуал. Но чего добивался Малфой? Ждал ли он кого-то у озера или нет? Вспоминалось лицо слизеринца, искаженное болезненной гримасой. Отчего ему было так плохо? Что его так расстроило? Я хмурился, наблюдая за постепенно сгущающимися сумерками через окно гриффиндорской гостиной, и не мог выбросить возникающие вопросы из головы. Потребность все выяснить становилась все настойчивее. Нужно было действовать. Но как? Может дать понять Малфою, что кто-то видел его на озере? И посмотреть на реакцию! Вдруг это даст хоть какую-то информацию или спровоцирует его на необдуманные действия? А метод… В голову пришла идея, показавшаяся абсурдной, но зато оригинальной.

Вечером, сославшись на необходимость прогуляться, и провожаемый понимающими улыбками Рона и Гермионы, я направился к теплицам. Было тихо. Все ушли готовиться к праздничному ужину, так что мне никто не встретился. Мантия-невидимка на всякий случай укрывала плечи.

Я прошел между рядами диковинного вида растений, направляясь в восточный угол. Там, немного вдали ото всех, цвели несколько совершенно обыкновенных на вид розовых кустов. Я выбрал цветок того же оттенка, что и лежащий в моем кармане. Срезал заклинанием, показанным еще на первом курсе профессором Стебль и, спрятав за пазуху, направился к совятне. Там тоже никого не было. Все, кто собирался отправить свои поздравления, уже давно справились с этим делом. Вот и хорошо. Короткая довольная улыбка скользнула по моим губам. Никто не будет мне мешать.

Я вытащил розу и старательно срезал все шипы. Привязал к стеблю заранее заготовленный кусочек пергамента и передал неприметной школьной сове. Та устало что-то ухнула и вылетела в окно. А я глубоко вздохнул и впервые за весь день почувствовал себя легко и спокойно. Копившееся напряжение резко схлынуло.
За ужином Рон пытался выспросить меня о том, кто же эта счастливица, из-за которой у меня так блестят глаза. Я в ответ нарочито непонимающе приподнимал бровь и забрасывал его вопросами о личности не подписавшейся поклонницы. Гермиона улыбалась, глядя на нашу перебранку с толикой снисходительности. Ей, похоже, был известен отправитель шоколадных конфет.

Я бросил взгляд на слизеринский стол. Малфой сидел, поджав губы, и не реагировал на попытки Панси вовлечь его в разговор. Пальцы поглаживали маленькое белое яблочко. Я вздохнул, и в этот момент в воздухе появилась одинокая сова с цветком в лапе. Странно, неужели не нашла слизеринца раньше? Роза с прикрепленной к ней запиской упала перед Малфоем. Тот вздрогнул всем телом, уставившись на подношение. Панси что-то зашептала ему на ухо, размахивая руками, но Малфой только отмахнулся. Его взгляд был сосредоточен на ярком бутоне. Вот он протянул руку, отвязал записку и неловко развернул ее. Прочитал. Брови взметнулись в удивлении. Если он и ждал что-то определенное, то явно не то, что нашел на бумаге. Малфой поднял голову и обежал взглядом шумных учеников.

Я тут же повернулся к Рону, не желая быть застигнутым врасплох. Запоздалое опасение, что Малфой мог догадаться о моем авторстве злополучной записки, острыми коготками вцепилось в сердце. Когда же я позволил себе снова посмотреть на слизеринца, того уже не было. Опять? Куда он на этот раз подевался? Беспокойство теребило душу, не давая наслаждаться праздником, а веселые разговоры неожиданно стали тяготить. Я сбежал от друзей, как только смог найти повод.

Коридор за дверью Большого зала был пуст. Я корил себя за то, что оставил карту и мантию в башне, когда переодевался к ужину. Быстрый шаг не смог успокоить вновь накатывающие волны напряжения. Почему я собственно чувствую себя так неуютно? Черт с ним с Малфоем! Он не может настолько меня волновать! Но неистовая потребность найти слизеринца отодвигала любые мысли на второй план. Неожиданно, на повороте к лестницам меня схватили чьи-то руки и толкнули к стене. Чужая палочка уперлась в горло, ладонь сжала мантию в комок на груди. Я поднял голову и натолкнулся на тяжелый взгляд серых глаз. Малфой внимательно посмотрел на меня и прошипел, цедя слова:

– Никогда не смей делать так больше!

Я замер, подбирая слова. Накатывающее на тело напряжение чуть отпустило:

– Не делать чего? С ума сошел, Малфой? – в ответ на мой шепот глаза слизеринца полыхнули неожиданной
болью. Губы скривились и тут же сжались в тонкую упрямую линию:

– Не смей следить за мной, Поттер! Какое тебе до меня дело?

– Ты будущий слуга Волдеморта, Малфой, – я старался говорить спокойно, заметив в глазах слизеринца разгорающееся безумие.

– Не угадал, – с его губ сорвался нервный смешок.

– Будешь утверждать, что у тебя нет намерения принять метку? – я невольно скосил глаза на руку слизеринца. Тот в ответ всхлипнул и, продолжая удерживать меня, уткнулся лицом в мое плечо, истерически хохоча и вздрагивая всем телом. Палочка выпала, больше не упираясь в горло. Малфой вцепился в меня теперь уже двумя руками. Странное поведение слизеринца шокировало. Я стоял неподвижно, не зная, что делать с его истерикой. А он все продолжал смеяться. Тогда мои пальцы осторожно легли на сгорбившуюся спину, успокаивающе ее поглаживая, а он продолжал:

– У меня нет выхода Поттер. Мне придется принять этого кровожадного урода в качестве своего господина, – срывающийся шепот ерошил волосы у моего уха.

– У тебя всегда есть выбор, Малфой, – я говорил тихо, надеясь, что тон моего голоса приведет его в чувство.

– Нет, Поттер. Выбор это то, что меня всегда избегает, – спина Малфоя больше не вздрагивала. Он неподвижно стоял, постепенно разжимая кулаки.

– Тебе только так кажется. Ты будешь свободен от Волдеморта. Мы сможем победить в этой войне, – я отодвинул тонкую серебристую прядку, щекотавшую мой нос. От произнесенного имени слизеринец вздрогнул всем телом. Я стоял, чуть обнимая Малфоя за плечи и с удивлением констатируя отсутствие в душе жалости или неприязни. Скорее главным чувством, которое я испытывал, было удивление его поведением и смутные проблески сочувствия.

– Не сможете. Темный лорд слишком силен. И скоро станет еще сильнее, – Малфой, наконец, оторвался от меня. Отрешенное выражение заледенило черты. Взгляд пугал оглушающей пустотой. Я поднял его палочку и вложил в равнодушную ладонь. Это, казалось, привело слизеринца в чувство. Глаза Малфоя, наконец, обрели осмысленное выражение. Он ухмыльнулся:

– Сегодня день тайных любовных признаний, да, Потти?

Я нахмурился в ответ, не зная, чего еще можно ожидать от неуравновешенного слизеринца.

– Твоя записочка мне понравилась. Так романти-и-и-чно. Запал на меня?

Я попытался что-то ответить на это возмутительное предположение, но Малфой не дал мне вымолвить ни слова. Его рот накрыл мой в жестком поцелуе. Пальцы крепко обхватили лицо. Зубы прикусили нижнюю губу. Я охнул, невольно приоткрывая рот, за что был немедленно наказан вторжением гибкого языка. Ощущения были ошеломляющими. Он вжался в мое тело, ответившее на грубоватое прикосновение волной возбуждения. Я невольно застонал, выдыхая. Малфой на секунду прервал поцелуй и, коротко рассмеявшись, приник к моим губам снова, настойчиво их раздвигая. Короткие, быстрые и глубокие касания ласкали мой язык. Наслаждение вспыхнуло жаркими искрами. Я рванул его бедра к своим, совершенно потеряв контроль над собственным телом. Он охнул и отстранился, шумно дыша мне в ухо:

– Ты видел меня на озере. Да, Поттер?

– Да, – согласие легко соскользнуло с губ еще до того, как я успел подумать. Сладкий туман заволакивал разум. Малфой хмыкнул и легко провел пальцами по моей щеке:

– Понравилось шоу?

– Да, – я все еще отвечал односложно, не торопясь убирать руки с талии слизеринца. Слишком велико было удовольствие от близости его горячего тела.

– Тогда, может быть, хочешь продолжения? – голос Малфоя напоминал ласковое мурлыканье. Но именно этот тон заставил меня немного прийти в себя. Я осознал, что стою, все еще судорожно прижимая его к себе и желая никогда не отпускать. Это заставило меня немедленно отпрянуть.

– Нет, – в ответ на кошачий тон Малфоя я постарался вложить максимум сухой категоричности.

– Нет? А если хорошо подумать?

Я вскинул голову, собираясь ответить что-нибудь язвительное, но, заглянув в его глаза, осекся. Пепел... Его взгляд был переполнен сизо-серой болью потери и обреченности. Страшные глаза. И кривая, натянутая улыбка на губах. Что с тобой будет, если я откажусь, Малфой? Неужели тебе столь необходимо чье–то присутствие рядом, что ты предлагаешь мне себя? Я глубоко вздохнул. Тело покалывало от неутихающего тяжелого возбуждения. Хотелось на все плюнуть и согласиться, только…

– Ты же не думаешь, что я дам тебе такое оружие против себя?

Сквозь темноту в глазах Малфоя, казалось, проглянул ожесточенный огонь. Он, приподняв бровь, пренебрежительно прервав меня:

– Клянусь своим именем не рассказывать никому о том, что произойдет между нами в течение следующих двенадцати часов.

Я глубоко вздохнул и решительно взял его за руку:

– Тогда пойдем. Я знаю одно место, где нам никто не помешает.

– Гриффиндорская безрассудность в действии? – удивление в глазах Малфоя было неподдельным. Похоже, он не верил, что я могу согласиться. – Не боишься остаться со мной один на один, Поттер?

– Тебе этого не понять. Не всем же прятаться по подземельям, пугаясь собственной тени.

Малфой только прищурил глаза, посмотрев на меня сверху вниз. Я потянул его по лестницам на седьмой этаж, в душе надеясь, что Выручай-комната никем не занята и вздохнул облегченно, увидев появившуюся дверь. Небольшое помещение встретило нас уютным огнем камина и полумраком. Толстый черный ковер ловил отблески пламени. В дальнем углу угадывалась широкая кровать со светлой спинкой. Малфой подошел к огню и уселся, указывая мне на место рядом с собой. Я опустился на ковер и замер, не зная, что делать дальше. Он хмыкнул:

– Что, заряд решительности закончился?

Я угрюмо посмотрел на него, не найдя достойного ответа. Малфой ухмыльнулся:

– Ну вот, так и знал, что все придется делать самому, – и потянулся ко мне, легко толкая в грудь и опрокидывая
на пол. Я потрясенно выдохнул, когда он навис надо мной. Распущенные волосы впитывали яркий свет огня. Лицо терялось в тени. Только глаза яростно блестели, внимательно вглядываясь в мое лицо:

– У тебя уже был секс, Поттер, или слухи о твоей кристальной невинности верны?

– А это имеет значение? – он продолжал ожидающе смотреть на меня, иронично приподняв бровь. Я напрягся и выдохнул:

– Верны, – и замер в ожидании насмешки. Но ее почему-то не последовало. Малфой только фыркнул и, нагнувшись, потерся носом о мою щеку.

Я поморщился, не будучи уверенным, что мне это нравится. Малфой коснулся кожи в том же месте сначала легким прикосновением губ, а затем исхитрился провести по ней кончиками пушистых ресниц. Я хихикнул. Щекотно. Он вопросительно посмотрел на меня, а потом провел языком по моим сомкнутым губам. Вот это ощущение мне понравилось. Я замер, надеясь на продолжение, и приоткрыл рот. Но Малфой не соблазнился. Вместо этого, его губы прошлись короткими поцелуями по моему лицу, касаясь щек, лба и чмокнув в кончик носа. Язык очертил контур бровей и только после этого вернулся к губам.

Устав от ожидания, я нетерпеливо прижался к нему в поцелуе, схватив за шею и потянув на себя. Чуть прикусил нижнюю губу, как до этого делал он. Малфой вздрогнул и нырнул языком в мой рот. Как же это было хорошо! Я жадно ответил, пробуя его на вкус, действуя так, как подсказывали инстинкты. Удовольствие пробежало по всему телу, собираясь теплым комком в паху. Малфой опустился ниже, давая нашим телам теснее соприкоснуться. Я обхватил его спину руками, рывком притягивая еще ближе. Слизеринец оторвался от моих губ, пробежался поцелуями и покусываниями по линии подбородка и лизнул ухо, на секунду заполнив языком ушную раковину. Я вздрогнул от своего собственного восторженного стона. Мои руки погладили его спину, спустились до талии, ниже и крепко сжали ягодицы. Малфой удивленно вскинул взгляд:

– Смелый, да?

– Храбрый, – в тон ему ответил я, улыбаясь. Оставшаяся в душе нерешительность быстро таяла.

Глаза Малфоя плавились в огне разгорающегося желания, превращаясь в живую ртуть, и мне это нравилось. Я заворожено потянулся к ним, касаясь век и стараясь запомнить непривычно мягкое выражение лица. Его пальцы быстро расстегивали пуговицы моей мантии. Я попытался помочь, но мы только мешали друг другу. Он оттолкнул мои руки, отвлекая еще одним глубоким поцелуем и пытаясь стянуть мантию с плеч. Расстегнул рубашку и, потянув меня на себя, заставил сесть, устроив на своих коленях. Так раздеваться было значительно легче, и через несколько секунд мы соприкоснулись обнаженными торсами, одновременно вздохнув от этого острого ощущения.

Малфой зарылся руками в мои волосы и потянул голову вбок, вылизывая языком открывшееся горло. Довольный рычащий стон отозвался во мне теплой волной. Я приник губами к его коже, слегка сжав ее зубами, чтобы сильнее почувствовать вкус. Она оказалась совершенной: гладкой, ровной, упругой, с легким, неопределяемым запахом. Я скользил пальцами по его спине, коротко вздыхая от удовольствия, которое дарили мне его губы, продолжающие ласкать плечи и шею.

Вот он снова уложил меня на ковер, уютно устроившись между моими ногами. От давления на пах по телу прокатилась сладкая истома. Малфой мягко двигал бедрами, заставляя меня жалобно стонать от восхитительного ощущения трения. Поцелуем накрыл губы. Я почувствовал, как он улыбнулся, поймав мой судорожный вздох. Горячий рот спустился по моей груди к соску, накрыл его и втянул в себя, погладив языком, приласкал второй. Новизна ощущений кружила голову. Захотелось отплатить Малфою той же монетой.
Я запустил пальцы в его показавшиеся бесконечно мягкими волосы и потянул голову вверх. Кровь шумела в ушах. Я впился в приоткрытый рот, жадно и нетерпеливо покусывая, нажал на его плечо, заставляя лечь на спину. Смотреть на Малфоя сверху показалось еще замечательнее, чем я предполагал. На скулах появился легкий румянец, губы припухли, грудь часто вздымалась от быстрого дыхания. Чудесное зрелище. Я втиснул свои колени между его ногами, раздвигая их, чтобы прижаться сильнее, всем телом, и завел бледные руки за голову, прижимая к ковру. Драко двинул бедрами, прижав свой пах к моему и провокационно улыбаясь. Я задохнулся от наплыва эмоций и окунулся в поцелуй, лаская его язык и ритмично двигая бедрами в ответ.
Теперь пришел черед Малфоя жарко застонать. Я отпустил его руки, проведя пальцами по запястьям, дальше по предплечьям, по плечам, спустился ниже, чтобы пройтись по напряженным бокам. Втянул в рот розовый сосок. Сладкий. Нежный. Упираясь в ковер руками по обе стороны от его обнаженного торса, я медленно спускался ниже, покрывая поцелуями сахарно-вкусную кожу. Обвел языком ямку пупка, прикусил кожу чуть ниже, получив в награду долгий прерывистый стон.

Малфой вцепился в мои волосы и настойчиво подтолкнул голову вниз. Я прикоснулся к пуговицам брюк, нетерпеливо расстегнул их и потянул ткань вниз вместе с бельем. Сердце дрогнуло в восхищении. Обнаженный слизеринец был просто великолепен. Длинные ноги погладили мои бока. Я придвинулся ближе и оперся на руку. Легко, чуть касаясь, погладил кончиками пальцев внутреннюю сторону бедра, и прикоснулся к светлым завиткам волос. Малфой тихо всхлипнул от этого слишком робкого прикосновения. Я накрыл ладонью его член и замер.

– О, только не говори мне, что решил остановиться сейчас! – Малфой прерывисто вздохнул, не в силах сдержать движение бедер, стремясь прижаться к руке сильнее.

– Я не знаю, что мне делать дальше… – Черт! Похоже, что мой голос звучал довольно жалко.

– Поттер! Просто попытайся сделать то, что было бы приятно тебе.

– Я никогда ничего подобного не делал.

– Твою мать! – Малфой яростно сверкнул глазами и, поднявшись, быстро опрокинул меня на спину. Очки улетели куда-то в сторону. Перед глазами все расплылось. – Так и знал, что этим все закончится!

Его руки стремительно сдергивали с меня сопротивляющиеся брюки. С губ сорвалось недовольное рычание. Наконец, остатки моей одежды были отброшены в сторону. А потом он одним плавным движением рта вобрал в себя мой член, обхватив его пальцами у основания. Необычайной силы ощущение вырвалось из горла хриплым криком. Горячо. Замечательно. Одуряюще. Я растворился, исчез в этом потоке. Несколько движений его губ и языка, и развернувшаяся спираль экстаза погасила остатки разума. Тело содрогнулось, с губ непроизвольно слетел низкий гортанный стон. Спину выгнуло дугой. А потом, кажется, сознание на секунду выключилось.
Я понемногу приходил в себя, когда вдруг ощутил неторопливое, поглаживающее движение пальцев вокруг ануса. Мои глаза в шоке открылись, встретившись с туманно-серым взглядом Малфоя. Он лежал рядом, тесно прижавшись, подперев голову рукой, и разглядывал мое лицо. Твердый член упирался в бедро. Я остался лежать неподвижно, пытаясь понять, что чувствую.

– Я чуть не кончил, наблюдая за твоим оргазмом, Поттер. Ты должен делать так почаще. Потрясающее зрелище.

– Все в твоих руках, Малфой, – он хмыкнул, не прекращая движения пальцев. От столь нежно-интимного прикосновения по телу бежали мурашки.

– Ты ведь не боишься? Да, Поттер? – он приблизил свое лицо к моему. Ресницы золотились в свете камина. Глаза, оказавшиеся так близко, были почти черными из-за расширившихся зрачков. Я заворожено всматривался в их зеркальную затягивающую глубину. И не стал ничего отвечать, лишь чуть дальше отодвинул согнутую в колене ногу.

– Вот и умница, – жаркий шепот качнул пряди волос. – Перевернись. Так будет лучше. – Малфой отодвинулся, потянувшись за торчавшей из кучи одежды палочкой. – Может, переберемся на кровать?

– Мне и здесь неплохо, – я лег на живот, уткнувшись лбом в сложенные руки, и постарался унять нервную дрожь. И невольно охнул, когда по позвоночнику заскользил горячий мокрый язык. Вот он добрался до лопаток, прошелся по плечу, а потом зубы неожиданно и сильно прикусили шею. Я дернулся под накрывшим меня телом Малфоя. А может от ощущения однозначного давления между ягодицами. Ухо обожгло прерывистое дыхание:

– Не напрягайся так. Все будет хорошо, – его губы потянули мою мочку, прошлись легкими поцелуями по укушенному месту и пропали. Я услышал тихий шепот. Давление на спину исчезло, и в задницу тут же проник холодный скользкий палец, а затем еще один. На третьем, я едва заставил себя не зашипеть. Вот же черт! Больно! Но неприятные ощущения постепенно затихали. Хорошо, что Малфой не торопится. Даже как-то странно. Не ожидал от него такой заботы.

Я немного успокоился. Потом почувствовал, что он приподнимает меня, чтобы просунуть под живот подушку. И мысленно застонал, представив, как бесстыдно сейчас выгляжу со стороны. Движения пальцев прекратились. Я снова напрягся, почувствовав ощутимое давление на анус.
– Расслабься. Пожалуйста, расслабься. Пожалуйста, пожалуйста, Гарри, – Малфой быстро дышал мне в ухо, медленно проталкиваясь внутрь. – Не могу больше терпеть. Расслабься.

– Стараюсь! – огрызнулся я, пытаясь привыкнуть к вторжению.

– Ох, Поттер! Боже, как хорошо! – звук его голоса опустился до почти неслышного шепота. Я ничего не понимал, но постепенно уловил ритм. Такой же, как на озере. Гипнотизирующий, заставляющий отчаянно вслушиваться. Боль отступила на второй план, хотя движения Малфоя стали ощутимо сильнее. Он содрогнулся от удовольствия, наконец, погрузившись полностью, и продолжил выдыхать в мои уши шорох непонятных слов, соединяя их с ритмичными движениями собственного тела. Волоски на руках зашевелились, приподнимаясь, как от статического электричества. Я открыл глаза и тут же их закрыл, ослепленный холодным голубым сиянием, растекающимся по коже. От резких толчков тело вздрагивало. Неожиданно спину пронзила теплая волна. Потом еще одна. И еще. Я не смог сдержать стон. Голос Малфоя стал выше, пронзительнее. Внутренности скрутило от странного ощущения. Возбуждение вновь стало собираться в тугую спираль. Все напряженнее, все сильнее. Еще немного и она развернется вихрем экстаза. Еще немного. Еще.

– Еще! – я с удивлением узнал собственный задыхающийся голос. Речитатив Малфоя, все больше походя на крик, заполнял воздух. Ритм слов и движений быстро увеличивался. Я просунул руку под живот и обхватил рукой член, стремясь увеличить удовольствие. Вдруг он стремительно оторвался от моей спины, откидываясь назад. Резко двинулся, радостно и облегченно выкрикнул что-то и замер, вздрагивая. Мне хватило пары движений ладони, чтобы последовать за ним. Волна острого блаженства прошила позвоночник. Тяжелое расслабленное тело укрыло мою спину желанным теплом. Хорошо...