Название: Любопытство кошку сгубило.
Жанр : юмор рядом пробегал, но не задержался, так натоптал кое-где. А жаль(((
Пейринг : ГП/ДМ
Статус : закончен
Рейтинг : R
Предупреждения: Не бечено, и не будет
Тион заказал драббл на фразу, а получилось – это.

Рон разместился в своем вместительном шкафчике для квиддичной формы, прикрываясь унылой темной дверцей от любопытных глаз. Пальцы пытались отскрести клейкую массу, растекшуюся по рукоятке метлы. Зелье близнецов, обещающее сделать ее самой чистой на свете, намертво облепило полированную поверхность грязными упругими разводами. Только под яростным напором зубов и ногтей эта зараза, игнорирующая всякое применение магии, медленно сдавалась. Рон изредка переводил дух и настойчиво продолжал отрывать крохотные кусочки, потея и вполголоса матерясь. В голове роились планы страшной мести, позволяющие не замечать гадкий привкус во рту и ноющую челюсть.

Сквозь щель ему было видно вышедшего из душа Гарри. Тот в задумчивости остановился у своего шкафчика, вытер очки и потеребил губу пальцем. Полотенце криво висело на бедрах, грозя вот-вот свалиться. Пустота помещения отдавала слабым эхом бьющих в кафель капель воды. Тишина. Все уже успели разойтись после провальной игры с Райвенкло.

Рон сосредоточился на особо упрямом пятне, а когда снова посмотрел на друга, то на секунду замер от шока. Гарри стоял, упершись лбом в согнутую руку, опираясь на дверцу, и неторопливо дрочил. Рыжий хмыкнул, оправившись от изумления: друг явно решил, что остался один и намеревался хоть чем-то скрасить горечь поражения. Пальцы снова методично принялись отчищать метлу, когда входная дверь всхлипнула, открываясь, и впустила радостно ухмыляющегося слизеринского хорька.

– О, Потти… Записался в кружок юного эксгибициониста? – ехидная улыбочка, и Малфой замер, подперев стену спиной.

– Скорее юного дегенератства, – угрюмо пробурчал из-за дверцы гриффиндорский вратарь. Злость на глупо упустившего снитч друга никуда не делась.

– Вон из нашей раздевалки! – Гарри истошно заорал, забавно подпрыгнув на месте, и мгновенно отвернулся.

«Лучше бы с такой прытью снитч ловил!» – Рыжий попытался удержаться от смеха, ничуть не удивленный такой детской реакцией друга, по его мнению, всегда слишком остро реагирующего на этого мелкого слизеринского пакостника. Красные от напряженной борьбы с липкой мерзостью руки прикрыли рот, и Рон приник к щели плотнее, пытаясь не упустить ни одной детали. Раздраженный внезапной помехой друг не оставит хорька без должного ответа: «Ну-ну, давно пора начистить его холеную мордашку».

– Э, Поттер? Повернись на секунду, – белобрысая змея неожиданно оказалась очень близко к брюнету и заинтересованно задышала ему в ухо, пытаясь заглянуть через плечо.

– Катись к черту, Малфой! Какого Мерлина тебе здесь нужно? – гриффиндорец стыдливо прикрылся руками и резко развернулся к блондину, почти сталкиваясь с ним носами.

– Поздравить пришел. Такой бездарной игры школа не видела со времен ледникового периода! Неандертальцы против Райвенкло! Не хочешь сказать «угр-ух», Поттер? Тебе бы пошла черная шерстка!

– Иди, ликуй в другое место, иначе не досчитаешься своих ровненьких зубов!

– Какой ты грубый сегодня. А я ведь – сама любезность! – слизеринец как-то странно задвигал бровями и улыбнулся таинственно, проворковав: – Э, раздвинь-ка ладошки, Потти.

– Чего?! Ты рехнулся?

– Ф-р-р. Хочу воспользоваться моментом и узнать, все ли в тебе героическое! В будущем победителе Волдеморта все должно быть прекрасно! И тело и душа и член! Насчет тела, – блондин окинул пошедшего пятнами гриффиндорца оценивающим взглядом, – занятия квиддичем не прошли даром, душа по определению образцовая, а вот насчет последнего не уверен… Какая несправедливость: не успел рассмотреть!

– А героический хук справа не хочешь рассмотреть?

– Ну, Потти, ну чего тебе стоит? Не дай погибнуть во цвете лет от любопытства!

– Отвали! – против ожиданий Рона, друг не бьет хорьку морду и только все больше заливается краской.

– Может, там и смотреть не на что? – слизеринец бодро нарезает круги вокруг постоянно отворачивающегося брюнета, пытаясь заглянуть за плотно сомкнутые руки.

– Заткнись, Малфой! По школе, между прочим, ходят слухи, что тебе вообще все самое необходимое гиппогриф отдавил!

– Да брось, Поттер! Это все злые языки отвергнутых воздыхателей! Ну, покажи, а? Иначе буду считать, что у тебя маленький!

– Это у тебя маленький, маньяк, одержимый членами!

– Потти! На данный момент меня интересует только один член – твой! – Малфой с совершенно невинном видом захлопал глазами. – Если хочешь равноправия, давай свой покажу?

– Что за детский сад, Малфой?!! Нафиг мне на твой член смотреть?

– Ну, хотя бы ради того, чтобы у тебя был шикарный образец перед глазами! А то ты такой стыдливый и примерный, что может свой ни разу и не видел? Все глазки отводил? Ну, так как? Договорились?

– Ты достал уже!!! Еще одно слово и получишь проклятье!

– Ой, Потти, Потти, Потти! Как же ты не подумал! Тебе ж чтобы взять палочку руки-то точно придется убрать! Что же делать?! – Малфой состроил трагическую гримасу, но спустя секунду не сдержался и широко ухмыльнулся.

Гриффиндорец замер в нерешительности.

– Видишь, тебе некуда деваться. Раздвинь ладошки, солнышко ты наше криворукое … – промурлыкал Малфой, гладя алчным взором упомянутую часть тела.

– Значит, криворукое… – Гарри разжал пальцы. Секунда, и кулак звучно впечатался в скулу завороженного долгожданным зрелищем Малфоя. Тот, вскрикнув, отшатнулся, стена ударила в спину и чуть не послужила горкой для скатывания аристократичной задницы на пол. Но взгляд блондина почти мгновенно прикипел к паху гриффиндорца:

– Н-да… Поттер…

– Еще одно слово, Малфой… – Гарри схватил слизеринца за мантию и занес кулак для нового удара.

Блондин перевел на взгляд на маячащую перед глазами угрозу, и, сделав большие глаза, хихикнул:

– Ну, хоть пальцы длинные… Не пропадешь…

Брюнет зарычал, и, вцепившись обеими руками в мантию слизеринца, встряхнул его и отрывисто выплюнул в лицо:

– У меня член нормальных размеров! Шесть с половиной дюймов в эрегированном состоянии, к твоему сведению!

Блондин только игриво взмахнул пушистыми ресницами:

– Можешь доказать?

Еще один свирепый рык, и Гарри, отпустив слизеринца, яростно принялся дрочить быстро наливающийся ствол.

– Доказать, значит?! Сейчас ты умрешь от зависти, Малфой!

– И чем же ты собираешься меня удивить? Своими жалкими шестью дюймами? Размечтался! Да даже если у тебя член в узел завяжется, ему с моим семидюймовым не сравниться! Убедись! – и принялся быстро расстегивать мантию.

Гарри явно оторопел и прищурился, наблюдая за быстро раздевающимся слизеринцем. Его брови все больше хмурились с каждой снятой деталью одежды. Наконец, на блондине не осталось ничего, кроме расстегнутой рубашки, наполовину прикрывающей тощие бедра, и белых с зеленой полоской носков. Уже стоящий член явно был близок к озвученному размеру. Гарри последний раз двинул ладонью по стволу и замер, горделиво уперев руки в бока и улыбаясь. Рон в своем убежище неосознанно продолжал поглаживать рукоять метлы и, открыв рот, наблюдать за происходящим. Попытка выявить победителя в этом соревновании с первого раза не удалась. «У Малфоя все-таки длиннее, правда, тоньше. Зато какая у Гарри задница! Мерлин! О чем это я?» – Рыжий тряхнул головой и снова приник к щели.

Блондин и брюнет застыли напротив друг друга. Слизеринец чуть склонил голову набок и приподнял бровь:

– Как будем мерить?

– Ну… меня Гермиона учила одному заклинанию, чтобы высчитать длину зубов соплохвоста. Его я и применил когда-то… – Гарри вдруг как-то сник, взъерошив волосы, и даже его достоинство как-то удрученно уменьшилось. – Но я его не помню.

– Сравнил член с зубом соплохвоста? Это в чем сходство собственно? В твердости или в ядовитости? Или хммм, в убийственной силе? Да, Потти… у тебя мания величия в последней стадии!

– На себя посмотри, бздюх белобрысый!

– Кто?! – слизеринец весь подобрался, сжимая кулаки.

– Маленький, исходящий на пустую вонь зверек! – гриффиндорец уже снова улыбался при виде малфоевского возмущения. Но блондин вдруг весь подобрался и не ответил на провокацию, процедив холодно:

– Ах, так? Ладно, Поттер. Сейчас ты примешь медленную мучительную смерть от моих семи дюймов. Будем мерить пальцами, – и, скользнув несколькими быстрыми движениями по члену, привел его в полную боевую готовность. – Смотри. Четыре пальца, еще четыре и еще три. Итого одиннадцать. Теперь ты.

– Э-э-э… – брюнет вдруг смутился под пристальным стальным взглядом, но, несмотря на то, что щеки снова загорелись красными пятнами, попытался привести свой член в наиболее пригодное для измерения состояние.

Это получилось не сразу, и, заработав снисходительную ухмылку от Малфоя, он еще больше вспыхнул и задвигал рукой сильнее. Наконец, его ладонь остановилась.

– Четыре, еще четыре и …два. Черт, Малфой! Мои пальцы толще, чем твои! Так не получится! – вышеозначенные инструменты измерения вскинулись к растрепанной гриве и нервно провели по влажным прядям.

– Значит, будем мерить моими пальцами! – и слизеринец, сделав шаг к Гарри, обхватил его член у основания.

Рон за своей неприметной дверкой поперхнулся воздухом. А Гарри… Гарри вместо ожидаемого удара в чистокровную челюсть, только изумленно выдохнул и застыл, позволяя пальцам Малфоя крепко обхватывать и дарить неожиданные и совсем не похожие на собственный кулак ощущения.

Зеленые глаза уставились в серые, моргнули пару раз, губы приоткрылись, и с них, кажется, совершенно неожиданно для обоих, слетел тихий стон. Блондин дразняще облизнулся, и другая ладонь обхватила член рядом с первой. Пальцы у основания разжались и переместились к головке, размазав по ней выступившую мутную капельку и скользнув по уздечке. Дрожь, казалось, прошлась по телу гриффиндорца от макушки до пяток.

– Итого десять, Поттер. От своей щедрой души могу накинуть полдюйма. Десять с половиной, – шепот: быстрый, отрывистый.

– Обойдешься, Малфой. Тебе не выиграть. Просто я еще недостаточно возбужден, – такой же тихий, срывающийся ответ.

– Недостаточно? Может, тебе помочь? А, Поттер? – и белые пальцы медленно задвигались на отважном гриффиндорском члене.

– Малфой! – почти стон, отчасти протестующий и переполненный изумленным удовольствием.

– Да-а-а, Поттер?

Брюнет ответил судорожным вздохом. Руки вцепились в бицепсы слизеринца. Но это не помешало тому продолжить начатое, все также пристально всматриваясь в туманящиеся от возбуждения глаза.

– Этого достаточно, Поттер? Или нужно что-то еще?

От низкого хриплого голоса у Рона, замершего за тонкой перегородкой, вспотели даже ладони. Он бы побился головой о что-нибудь твердое, но тонкое дерево дверцы совсем не подходило на роль отрезвляющего из-за своей хлипкости. Так что он только пару раз дал себе по лбу рукояткой метлы. Ну, или пару десятков раз. Кто ж их считать будет…

– М-м-м, – простонал Гриффиндорец. – А есть что-то еще?

– Разумеется, – мурлыканье. – У каждого свои лакомые места. Мне вот очень нравится, когда делают вот так...

Блондин нагнулся к застывшему храброй статуей Поттеру и лизнул ушную раковину. Голова гриффиндорца приглашающе повернулась, и Малфой тут же этим воспользовался, поцеловав подставленную шею.

– Я думаю, мне тоже это нравиться, – выдохнул брюнет. – А где еще?

– Здесь, – Малфой улыбнулся и накрыл губы гриффиндорца своими.

Несдержанный гортанный стон, и Гарри набросился на рот блондина с такой яростной страстью, что тот едва успевал отвечать, невольно отступая назад. Голодный натиск грозил в любой момент обернуться болезненной встречей острых породистых лопаток с холодной каменной стеной. Пальцы на гриффиндорском члене задвигались быстрее и жестче. А Гарри… Гарри обхватил голову Малфоя руками, жадно целуя, не давая отстраниться, и двинул бедрами. Раз, другой, третий и, оторвавшись от припухших, алеющих губ, вскрикнул, выгнувшись, и… кончил Малфою в кулак.

Как в этой ситуации не кончил Рон, для истории до сих пор остается загадкой. Правда на его метле имеются несводимые отпечатки зубов, но он уверяет, что они всегда там были…

– Я не понял, Поттер. И как мы теперь проверим, у кого из нас член длиннее? – раскрасневшийся Малфой поднял с пола полотенце, пальцы потерялись на почти таком же белоснежном, как его кожа, ворсе, и серые глаза нарочито сурово уставились на гриффиндорца. Но получившийся вместо этого взволнованный и жаркий взгляд, которым он смотрел на Поттера, выдавал с головой.

– Будем мерить в спокойном состоянии, Малфой. Я как истинный гриффиндорец – за равноправие, – Гарри ухмыльнулся и обхватил член блондина, притягивая его голову к себе для еще одного поцелуя. И слизеринец сдался, позволив Поттеру взять инициативу в свои руки.

Полотенце полетело прочь и повисло на дверце шкафчика, в котором сидел в прострации Рон. Он поднял на кусок пушистой материи глаза и принялся снова машинально обдирать с метлы клейкие разводы. Громкие стоны, гуляющие по раздевалке, не оставляли сомнений в происходящем. Его лучший друг дрочил Малфою. Целовался с Малфоем. И вполне мог захотеть трахнуться с Малфоем. Извращенцы повсюду…Куда катится мир? Ведь гораздо лучше иметь одну нормальную во всех отношениях, стабильную привязанность. Дарить друг другу нежную ласку и проводить все свободное время рядом. Ведь так замечательно, если знаешь, что тебя всегда поймут и приласкают, не будут оскорблять и не пошлют при намеке на секс. И никто не посмотрит с неодобрением. Вот так и надо. И Рон с улыбкой прижал к себе твердую, гладкую метлу, покрывая ее поцелуями и приговаривая: «Сладкая моя, любимая…»