..."Мы разговаривали словно на тайном языке, когда все вокруг отправлялись
спать либо исчезали, словно привидения. Моего друга Макгрегора это ставило в
тупик и раздражало; он знал меня гораздо ближе остальных, но тем не менее не
обнаружил во мне ничего, что соответствовало бы тому характеру, который я
теперь проявлял. Он говорил о дурном влиянии Роя Гамильтона, и это
опять-таки было истинной правдой, ибо мое неожиданное знакомство с его
единокровным братом как ничто другое сделало нас чуждыми друг другу.
Гамильтон раскрыл мне глаза и одарил меня новыми ценностями, и хотя позже я
утратил зоркость, которой он меня снабдил, все же я не мог относиться к
миру, к моим друзьям, так, как это делал до нашего знакомства. Гамильтон
глубоко изменил меня, как может изменить только редкая книга, редкая
личность, редкий жизненный опыт. Впервые в жизни я понял, что значит
испытать настоящую дружбу и не стать порабощенным и зависимым."...