Твоя девочка выросла, мама, выросла.
У нее уже сигареты вместо кукол, контрацептивы в первом ящике стола, высокие каблуки и нет чешек, клетчатых юбок и кровати с мягкими игрушками.
Она долго не спит ночами, часто не приезжает вовсе и ее голос в трубке простуженно шепчет тебе – я в порядке, мама, я в порядке.
У нее все те же круглые большие зрачки, но уже очень дорогие тени и тщательно замазанная синева под усталыми глазами.
У нее все те же холодные пальчики, но она так редко вкладывает их в твою ладонь, предпочитая брать под руку.
Твоя девочка выросла, мама, выросла.
И ее телефон звонит чаще твоего и уже она помогает тебе решать твои взрослые проблемы.
И уже ты прислушиваешься к ее советам и суждениям.
Уже никто не вытирает ее редкие злые слезы от боли, она тихо простонет их в подушку, сжимая зубы в скрип, сама.
И уже не стесняется доверительно шептаться с тобой по вечерам о смешных и сложных жизненных мелочах.
Твоя девочка выросла, мама, выросла.
У нее теперь взрослые игрушки и, вместо постеров на стенах комнаты, из посеребренной настольной рамки на тебя спокойно смотрит ее любимый мальчик.
Она дарит тебе дорогие подарки, смеется в ответ на твои увещевания быть экономнее и говорит – я приеду утром.
И никогда не упрекает тебя и не попрекает прошлым и не судит за ошибки.

И больше всего на свете снова хочет стать маленькой, чтобы хвастаться своими успехами перед самыми главными глазами на земле, глазами, которые светятся от радости за нее.
Ты так боялась, мама, а она выросла, она смогла, сама, и ты можешь гордиться ей, мама, она так хочет этого.