Осенней позднею порою
Люблю я царскосельский сад,
Когда он тихой полумглою
Как бы дремотою объят -
И белокрылые виденья,
На тусклом озера стекле
Безгласны, тихи - без движенья
Белеют в этой полумгле…
И на широкие ступени
Екатерининских дворцов -
Ложатся сумрачные тени
Октябрьских ранних вечеров.
И в тайне сумрака немого
Лишь слабо светит, под звездой -
Как память дальнего былого -
Пустынный купол золотой.
Как будто из последних сил лицей, дубы и неба просинь
октябрь ярко осветил… Благая пушкинская осень.
Всевышний возвернул тепло. Но как надолго? Под вопросом.
Вот-вот, и звонкое стекло поверх прудов наложит осень.
Июнь под радугой далёк, июль скосили сенокосом,
а август, наступивший в срок, - под звездопад дорога в осень.
Сквозь разноцветный листопад и с каждым утром всё смелее
дожди назойливо кропят простор промоченных аллеек,
что летом укрывались в сень роскошных лип и древних елей…
Какой прекрасный светлый день ниспослан нам в конце недели!
Волнует нас так много лет процесс природы увяданья,
который красочно поэт нарёк ’’очей очарованье’’.