источник  Дневник Наринэ  greenarine.livejournal.com/57896.html

Был у меня такой период в жизни, когда я работала в гостинице «Интурист».
Хотя ехала я в Москву, если честно, не за этим, а за вторым высшим образованием. Поступить я в итоге поступила, но через какое-то время жить стало решительно не на что, пришлось бросать учёбу и устраиваться на работу.

Так я попала в банк, который, как впоследствии оказалось, принадлежал небезызвестному бизнесмену Анзору Кикилашвили. Банк в 95-м усиленно раскручивал по городу пункты обмена валюты, и меня посадили кассиром в новый обменник, который открылся в «Интуристе».
Пользуясь служебным положением, хочу вам рассказать о некоторых замечательных людях, с которыми я столкнулась, работая в гостинице.
Итак:

Аня.

Однажды у нас работала девушка Аня. Такая вся из себя блондиночка с растопыренными ресничками, пухлыми розовыми губками и пергидролевым каре. И как-то в общем разговоре Аня, культурно запивая бутерброд с колбасой коньяком(!), призналась:
-Муж сильно ревнует меня к бывшему (вздох). Совершенно, между прочим, зря (вздох). Мы, конечно, встречаемся и поё.ываемся по старой памяти (смешок), но это ведь не повод для ревности! Он, в конце концов, мне не первый встречный, а бывший муж! Практически родной человек!

-Кто тебе родной человек?- поперхнулась наивная девушка.
-Как кто? Бывший муж, конечно!
-А как же нынешний?
-Нынешнего я люблю. А с бывшим по старой памяти поё.бываюсь. Чтоб не терять сноровки.

Мораль: разводясь, на всякий случай сохраняй тёплые отношения с бывшими мужьями. Береги сноровку.

Наташа.

Однажды у нас работала девушка Наташа и мы очень хорошо в этот период кушали.

Если кто помнит, напротив "Интуриста", прямо через Тверскую, в 95-м открыли фирменный магазин «Данон». Москвичи ходили туда целыми семьями, но ничего не покупали, потому что йогурты стоили чуть ли не по десять долларов за штуку, при том что средняя зарплата по Москве едва дотягивала до ста долларов.

А слева от нас, в Газетном переулке, открыли «Макдоналдс». И если раньше мы обедали в Интуристовской столовой, то с Наташиным приходом мы каждый день стали есть много-много йогуртов и много-много гамбургеров. Хотите знать, как это мы умудрялись так хорошо питаться при окладе пятьдесят долларов минус недостачи?
Объясняю.

В те смутные годы в «Интуристе» верховодила так называемая чеченская мафия. Периодически в гостиницу приезжали целые тейпы, пятьдесят-семьдесят грозных мужчин в папахах и других душевынимающих головных уборах. Они заселялись на какой-нибудь один этаж и потом ходили стаями по гостинице, распугивая иностранных туристов своим диковинным видом.
А у Наташи был шестой размер груди, и она всячески подчёркивала её пышность разными кружевными вырезами. И грозные чеченские мужчины водили к окошку обменника своих желторотых сыновей – полюбоваться на Наташино декольте, потому что «ты мужчина, и всё в этой жизни должен увидеть»! И в знак благодарности оставляли в окошке щедрые подношения в виде упаковок йогуртов Данон, гамбургеров и картошки фри.

Наташа с хохотом принимала дары и подкладывала декольте на лоточек, который выдвигался туда-сюда, чтобы передавать деньги. А однажды она позволила одному мальчику подержаться за свою грудь. Мальчик потом уходил от неё боком и даже вприсядку, и Наташа задумчиво произнесла, глядя ему вслед: "небось кончил".

Это был самый сытый период нашей Интуристовской эпопеи, но он, к сожалению, быстро закончился. В какой-то момент Наташиному мужу надоело такое всеобщее обожание его жены, и он настоял на том, чтобы она уволилась.
И питаться мы обратно стали в столовой. Гороховым супчиком и винегретом. По талончикам.

Мораль: Наташа, если вдруг ты меня сейчас читаешь! Откликнись, милая, я до сих пор тебя нежно люблю. И не потому, что мне есть нечего. Просто за жизнь поговорить охота.

О.Ф.

Однажды наша любимая начальница О. Ф. напилась до такого состояния, что прорвалась через охрану известного певца Кобзона, и ущипнула его за бок. В другой раз она снова прорвала кольцо его охраны, но рядом с Кобзоном гарцевал молодой и ещё не шибко раскрученный модельер Юдашкин, и он самоотверженно подставил свой бок под ногти О.Ф.
Если кому удивительно, откуда так много богемы в нашей трудовой жизни – объясняю. У Кобзона на последнем этаже «Интуриста» находился офис. И к нему часто приходили разные люди – просить денег.

А однажды О.Ф., будучи обратно сильно подшофе, нацелилась вырвать ребро какому-то важному чеченскому авторитету. Но охрана авторитета мигом скрутила нашу начальницу и доставила её в обменник. По дороге О.Ф. всяко вырывалась и исцарапала вдоль и поперёк всех охранников. Но они были истинными джентльменами, и не стали в ответ царапать О.Ф.

Наивной девушке, понаехавшей в Москву из маленькой горной республики, было в диковину наблюдать пьяную женщину. Она сильно переживала за свою начальницу, и сопровождала её по всему «Интуристу». Дело в том, что в гостиницу зачастил новоиспечённый мэр Лужков, и девушка не хотела, чтобы О.Ф. и его ущипнула за какое-нибудь место. О.Ф. пьяно отбрыкивалась и называла девушку «от.бись, у.бище». Охрана Лужкова мрачно наблюдала эту душераздирающую картину, но ни на секунду не расслаблялась – слава о выходках О.Ф. дошла до высших эшелонов власти.

А вообще, когда О.Ф. напивалась, она оставалась в обменнике на сутки и всю ночь на автопилоте меняла валюту. Туда и обратно. И что удивительно – ни разу не просчиталась!

Мораль: женский алкоголизм, хоть и неизлечим, но на операции по обмену валюты не влияет.


Жрица любви.

Однажды к обменнику подошла жрица любви в изрядно потрёпанном макияже, просунула в окошко купюру в сто долларов, и попросила разменять по пятьдесят.
-А то минет стоит пятьдесят долларов, а у меня сдачи нет,- доверчиво объяснила она.
У наивной девушки, понаехавшей в Москву из маленькой горной республики, чуть удар не случился.
-Эвона как,- лихорадочно соображала она, разменивая сто по пятьдесят,- она этими руками делала минет, а теперь этими же руками передала мне купюру. Я не заболею сифилисом?

Мораль: нет слов, одно мычание.


Ограбление.

Однажды в обменном пункте случилось ограбление. Грабили, как вы понимаете, наивную девушку, понаехавшую в Москву из маленькой горной республики. И так удачно всё сложилась, что к тому моменту девушка была на втором месяце беременности и жутко мучилась токсикозом.
-Здрасьти, это ограбление,- сказал грабитель и для пущей убедительности просунул в окно пистолет.
-Проходити гости дарахие,- сказала девушка и убрала ногу от двери. Дело в том, что обменник был весь из себя стеклянный, нарядный, но совершенно шаткий. Некоторые стеклянные витрины подпирались сейфом и счётной машинкой, чтобы не вваливаться внутрь, а дверь держалась исключительно благодаря длинной ноге наивной девушки, понаехавшей в Москву из маленькой горной республики.

Грабитель тут же ворвался в обменник и принялся шуровать в сейфах.
-Ну я пошла?- спросила девушка.
-Идите,- смилостивился грабитель.

И наивная девушка, понаехавшая в Москву из маленькой горной республики, взяла свою куртку и пошла шагом от бедра в сторону лифтов, где незамедлительно была положена попрятавшейся охраной сначала мордой об пол, а потом, когда охрана разобралась, что это вовсе не грабитель, а работник «Интуриста», затолкнута в лифт и отправлена восвояси на семнадцатый этаж.
С семнадцатого этажа наивная девушка телефонировала в банк и радостно отрапортовала, что вместе с курткой вынесла инкассаторскую сумку, пусть, мол, банк не волнуется, грабителям достанется самая малость. За что была премирована благодарственным письмом и увольнением на четвёртом месяце беременности без выплаты пособия по беременности.

Мораль: хочешь, чтобы у тебя навсегда прошёл токсикоз – дай себя ограбить.

Наталья.


Однажды у нас работала девушка Наталья, нежный такой бутончик, юная и незамутнённая активной мозговой деятельностью особа. В анамнезе Наталья имела неудавшийся брак и отчаянную попытку увода из семьи владельца ярко-красного Ауди бизнесмена Вазгена. Попытка закончилась плачевно – к Натальиной квартире явилась широкозадая Вазгенова жена и истово покрошила обивку двери в мелкую лапшу.

Наша героиня наблюдала эту леденящую душу картину из соседней квартиры – зашла к соседке попить кофейку, хорошо, что перед выходом глянула в дверной глазок. И минут десять трепетная Наталья унд соседка Валя по очереди наблюдали, как эта сумасшедшая Ашхен кромсает дверь длинным кухонным ножом. Потом Валя не выдержала и громко чихнула. Ашхен словно этого и ждала – она резво подскочила к Валиной двери и с вызовом крикнула в глазок: "Передайте этой суке, что если она не отстанет от моего мужа, то я и её порежу! Ясно?"

-Пришлось обивать дверь дерматином, разве это дело?- кручинилась Наталья и с претензией глядела на наивную девушку, понаехавшую в Москву из маленькой горной республики.
Понаехавшей было очень стыдно за безответственное поведение соотечественника Вазгена и горячность его жены, она мелко трясла головой и делала успокаивающие пассы руками.

За время работы в обменном пункте наивной девушке пришлось краснеть также за бригаду дяди Рубика, которая так удачно положила линолеум в коридоре её начальницы О.Ф., что высота потолков резко сократилась с 270 см до 245, и всё благодаря пузырям, которыми пошёл линолеум.

Также наивной девушке пришлось краснеть за жрицу любви Зою, которая пыталась сбагрить в обменник 200 фунтов-стерлингов какой-то неопознанной державы, настаивая на том, что это английские деньги, а столкнувшись с яростным сопротивлением девушки, обматерила её на чистом армянском. Чем ввела свою землячку в непродолжительный, но сокрушительный ступор.
-На каком это языке она ругалась?- оживились коллеги по обменному делу.
-Не знаю, на каком-то восточном,- густо покраснела девушка.

Мораль: накосячит горстка идиотов – а доказывать, что она не верблюд, целой диаспоре!

Люда.

Однажды у нас работала девушка Люда. За время работы в обменнике она заработала себе стойкую кличку Беда. Потому что где Люда – там и беда. Если в Интуристе переклинивали входные двери, то никто не сомневался, чья голова застряла между створками.
Если по какой-то причине в обменнике отключалось электричество, то не надо уточнять, кому приходилось вслепую пересчитывать пачки денег, чтобы как-то запечатать инкассаторскую сумку.

Если Люда шла в туалет, то одна из нас обязательно сопровождала её – вероятность заработать Людой какой-нибудь гемор на маршруте обменник-туалет-обменник была несказанно велика. Вспомним хотя бы историю, когда заклинило дверь её кабины, и Люда проревела в туалете полтора часа, пока не явилась уборщица и по душераздирающим звукам, доносящимся с третьего унитаза, не вычислила поломку. На вопрос почему она не стала звать на помощь Люда ответила, что как назло в туалет заходили одни иностранки, а по-иностранному объяснить, что заклинило дверь, она не умеет.

Только однажды Люде удалось без сопровождения и без видимых телесных повреждений сходить в туалет, но и здесь она сумела отличиться – на обратном пути попала в толпу понаехавших из Америки активных лесбиянок, и вернулась к нам в плотном кольце ухажёрок.

-Тут мне по-английски что-то говорят, а я ни бельмеса не понимаю, переведёшь?- вызвала она наивную понаехавшую девушку из обменника.
-I wanna fuck her!- страстно обратилась к девушке жилистая женщина-гренадёр в ковбойской шляпе и галстуке-шнурке на закалённой техасскими штормами вые.
-Чего это она?- счастливо улыбнулась Люда.
-Just a moment!- каркнула девушка и сделала круглые глаза Люде,- уходим!!!

А далее случилось вот что: Люда мигом сгруппировалась, в один прыжок преодолела расстояние до обменника и надёжно забаррикадировалась дверью, оставив на растерзание боевым американским лесбиянкам наивную девушку, понаехавшую в Москву из маленькой горной республики.


Мораль: устроившись на работу в «Интурист», первым делом выучи на семи иностранных языках фразу «очень сожалею, но я не лесбиянка». Или на худой конец – «все люди - сёстры».

И снова О.Ф.

История с боевыми лесбиянками просто какая-то ерунда по сравнению с тем, что однажды пришлось пережить нашей любимой начальнице О.Ф.

В тот злосчастный день совершенно опрометчиво случилось восьмое марта, и доведённая до нужной кондиции О.Ф. рыскала по «Интуристу» в поисках очередного высокопоставленного ребра.
-Пшла вон!- ругала она бродившую следом понаехавшую подчинённую.- Кому сказано от.ись? Уволю на хер!
Понаехавшая пугалась, но не уходила, потому что чувствовала ответственность за своё бедовое начальство.

О.Ф. поняла, что так просто ей не отделаться от позорного эскорта и сделал попытку оторваться. Она рванула за угол, и совершенно неожиданно для себя влетела вперёд головой в группу высоких грудастых тётенек, впоследствии оказавшихся делегацией голландских транссексуалов, приехавших в Москву на какой-то международный транссесксуальный слёт.

-Я пошарила рукой, чтобы за что-то зацепиться, ну и нашарила чьи-то яйца,- рассказывала потом О.Ф., запивая пережитый шок водкой,- не ну ваще о.уели, бл.ди, сверху – сиськи, а внизу – елда!

Мораль: и заодно выучи на нидерландском фразу «извините, пожалуйста, она просто хотела поздороваться с вами за руку!»



Инкассатор Лёша.

Не знаю, как сейчас обстоят дела с инкассаторами, но в смутные девяностые самой большой головной болью охранных агентств был набор непьющих отслуживших парней. Ключевое словно – непьющих. Выбирать почему-то приходилось из двух категорий граждан: закладывающих за воротник и закодированных. Другие категории граждан в охранники идти не желали.
Инкассатор Лёша принадлежал к пьющей категории граждан. Инкассатор Лёша был широкоплеч, сероглаз, чертовски красив и вечно пьян.

Наивной девушке, понаехавшей в Москву из маленькой горной республики, повезло работать в одну смену именно с инкассатором Лёшей. Поэтому раз в три дня иностранные туристы наблюдали следующую душевынимающую картину: ранним утром к гостинице подъезжала ржавая насквозь шестёрка (читай – бронированный инкассаторский автомобиль) и, распугивая пешеходов и прочую городскую живность, чудом притормаживала у тротуара. Далее из машины выбиралась тощая девушка, выволакивала оттуда огромного пьяного детину, напяливала на него бронежилет и прислоняла к ближайшему интуристовскому охраннику со словами «подержи, чтобы не упал». Следом она вытаскивала из машины автомат, вешала его себе на шею, прижимала к груди запечатанную сумку, и, подставив плечо могучему Лёше, доволакивала его до обменника.

Оставив деньги в обменнике, она обратно вела Лёшу к машине, сажала его на заднее сиденье и со словами «Шурик, объект сдан», вручала водителю автомат.
-Объект принят,- рапортовал Шурик, и, распугивая интуристов страстным кряхтением жигулёнка, отчаливал восвояси.

У читателей может возникнуть закономерный вопрос – а почему Шурик не помогал наивной девушке с транспортировкой инкассатора Лёши?
Объясняю. По внутренней инструкции банка "ВОДИТЕЛЬ ДОЛЖЕН БЫЛ НЕОТЛУЧНО НАХОДИТЬСЯ В АВТОМОБИЛЕ ВО ИЗБЕЖАНИЕ". Точка. Во избежание чего – не знал никто. Во избежание и точка. И Шурик неукоснительно выполнял инструкцию.

Инкассатор Лёша уволился через три месяца. Нашёл себе место престижнее. Теперь он работал в службе охраны большой нефтяной компании на букву Эл. А на его место взяли закодированного и поехавшего от этого крышей инкассатора Игоря, который совсем не пил, но непрерывно рассказывал. О том, что лично устроил Березовского в Кремль, что у него двадцать восемь счетов в швейцарских банках, и что недавно ему звонил Ельцин и предлагал место в своей охране.
-Но я не пофёл,- говорил Игорь,- да ну его, этого фебутного Ельцина. Он много пьёт, а я таких людей на дух не перенофу.

Наивной девушке, понаехавшей в Москву из маленькой горной республики, ничего не оставалось, как горько вздыхать и смотреть в окно. Она скучала по Лёше – он был добрый, смешливый, красивый, и в редкие минуты трезвости говорил: «Ты такая классная! Будь я подлецом, я бы на тебе женился. А так просто тихо люблю».
И в знак своей любви сгибал подковой очередную кованую пику на решётчатом заборе банка.

Мораль: без морали.

Йаичныца.



Знакомство с будущими коллегами понаехавшая наивная запомнила на всю жизнь.
-Не выпить ли нам чего? А то я непривычная всухомятку с незнакомыми людьми разговаривать,- предложила О.Ф.

Коллектив сбегал в продуктовый, взял батон хлеба, варёной колбасы грамм триста, плавленого сыра «Виола» и баночку маринованных огурчиков. А потом с озабоченным видом завис в винном отделе.
-На девять человек трёх бутылок будет вполне достаточно,- посчитала в уме трепетная Наталья.
-Не мало?- засомневалась девушка Галя.

-А почему на девять?- наивно спросила понаехавшая.- Я ж не пью.
-То есть как это не пьёшь?- встрепенулся коллектив.- Ты что, совсем на голову больная?
-Ага,- радостно отозвалась понаехавшая,- у меня аллергия на спиртное. Если выпью – моментально вырубаюсь. Да и кушать не хочу, с утра поела. Йаичныцы.
-Ахахаааа!!! Чего ты поела?
-Йаичныцы!- на чистейшем армянском русском отозвалась понаехавшая.
-Возьмём четыре бутылки,- решил коренной до мозга костей коллектив.- Заодно этому чуду вылечим аллергию. И акцент.

Фуршет организовали в обменнике. За считанные секунды нарезали бутербродов и разлили по пластиковым стаканчикам водку. Вывесили в окошке «BREAK 15 min». Через 15 min заменили на «CLOSED».

-За знакомство, фух!- скомандовала О.Ф.
-Фух!- откликнулся коллектив, дружно закусил перехватившее дыхание хрустким маринованным огурчиком и нехорошо уставился на понаехавшую.-Нууууу?
-Фух!- крякнула понаехавшая, залпом проглотила водку, потянулась за огурчиком и свалилась под стол.
-Пи.дец!- прокомментировала ситуацию О.Ф., аккуратно подняла подчинённую, прислонила к счётной машинке и, удостоверившись, что она дышит, велела продолжать фуршет.

За те три часа, что понаехавшая находилась в анабиозе, девочки успели дважды сбегать в магазин, а О.Ф., воспользовавшись их отсутствием, прошлась победным маршем по фойе и напустила страху, ущипнув за мягкое место неприступного начальника охраны Сергея Владимировича по кличке Дровосек.

Наивная понаехавшая пришла в себя как раз в тот момент, когда добытчица Наташа показывала «безотказный фокус с сисями». Знаете что такое «безотказный фокус с сисями»? Это когда на левую грудь шестого размера ставишь тарелку с бутербродами, на правую – пластиковый стаканчик с водкой, пепельницу и пачку сигарет, подходишь в таком виде к своему мужчине и говоришь ему ласковым голосом: "Мне нужно сто долларов на новую кофту".
-Действует безотказно,- уверяла Наташа.


А потом О.Ф. оставила двух самых трезвых девочек работать в ночь, а остальных загрузила в машину и повезла в Бутово, показывать свою новую квартиру. Попытки дезертирства пресекла на корню:
-Кто не поедет – уволю на х.й! Ясно? А ты, Йаичныца, садись вперёд, будешь предупреждать о светофорах, а то я выпивши ни хера не вижу. И не слышу, ггг!

Это была воистину поездка века. Если кто из москвичей в январе 95-го видел бежевую, набитую визжащими от ужаса девицами запотевшую пятёрку, которая, игнорируя все светофоры, непринуждённым зигзагом промчалась по Люсиновской и Варшавке, и в районе улицы академика Янгеля на полной скорости протаранила огромный сугроб, то знайте – это были мы!

-Ё. вашу мать!- обратилась с приветственной речью к обступившим машину аборигенам О.Ф.- Ё. вашу мать! Понатыкали кругом сугробов, нормальным людям проехать не дают!

Мораль: в общем, если хотите в короткий срок избавиться от акцента – знаете что делать.

Тревожная кнопка.

Однажды в обменнике решили провести сигнализацию. Буквально сразу после памятного ограбления. Буквально по горячим следам. Спустя каких-то полтора года.

Так вот. После полуторагодовалых размышлений банковское начальство таки сделало ход конём и выделило энную сумму на безопасность своих кассиров. И в торжественной обстановке, чуть ли не под фанфары, вручило О.Ф. конверт с деньгами.

Закалённая в битвах с начальством О.Ф. тут же распечатала конверт, пересчитала деньги, и подняла невероятный хай.

Либретто:

а) за такие гроши можно дать только бесплатное объявление в рекламной газете, и то на последней странице и неразборчивым шрифтом;

б) если начальство настолько уверено в своей калькуляции, то пусть само и подыскивает охранное агентство;

в) а она (О.Ф.) умывает руки!

Банковское начальство какое-то время наблюдало, "как выплакивалась скрипка, без слов, без такта", а потом выставило О.Ф. за дверь, не позабыв пульнуть вслед распечатанным конвертом.

Расстояние от Петровки до Тверской разъярённая О.Ф. покрыла за рекордные пять минут. Ворвавшись в обменник, первым делом наорала на подчинённых.

-Урою всех на х.й, ясно? А не ясно, так можете быть свободны! Пи.дуйте на все четыре стороны, тут вас никто не держит!- изрыгала она дым и пламя, всячески показывая, как сильно расстроена за своих девочек.

Девочки (понаехавшая наивная унд добытчица Наташа) часто моргали и тревожно улыбались, но не прекращали обслуживать клиентов. Предупреждённые о диких московских нравах интуристы зигзагом подбегали к обменнику, и, наспех разменяв деньги, тем же боевым зигзагом удалялись в нумера. Вопли О.Ф. стойко игнорировали, а на кассиров глядели, как на страдающих стокгольмским синдромом заложников.

Спустя какое-то время О.Ф. таки угомонилась, неистово поела хлеба и колбасы, и, придя от этого в благостное расположение духа, зачитала вслух статью об урюпинской бабке, которая отваром зверобоя и заговорами вылечила мэру города стригущий лишай и косоглазие. Далее, со словами "тогда и нам всё по плечу", окрылённая О.Ф. принялась обзванивать охранные агентства.

Через три дня в обменник явились два молодых человека, приладили кругом какой-то подозрительно скворчащий провод, увенчали его странной конструкцией из деревянной панели с прибитым к нему обычным дверным звонком и поставили эту панель под ноги кассирам.

-Вы аккуратнее, а то заденете – тут же приедет группа быстрого реагирования. Ясно?

-Это что такое?- вылупилась добытчица Наташа.- Это как понимать? Это и есть тревожная кнопка?

-Скажите спасибо, что за те гроши, которые вы нам платите, мы вообще согласились с вами работать!- оскорбились молодые люди.

В тот злосчастный день группа быстрого реагирования выезжала в «Интурист» аж четыре раза. В первый раз она скрутила гостиничную уборщицу, которая пылесосила ковролин и нечаянно задела щёткой тревожную кнопку. Далее она нагрянула через две секунды после того, как понаехавшая уронила на кнопку степлер. А потом Наташа смахнула на тревожную конструкцию бутылку с питьевой водой, полезла её поднимать, а когда вынырнула из-под стола, то в окошке её уже поджидали три пары побелевших от бешенства глаз.

-В следующий раз уроем вас на х.й, ясно?- ласково предупредила группа быстрого реагирования.

-Ясно,- пискнули кассирши.

Четвёртый выезд группы быстрого реагирования случился аккурат в пересменку, когда добытчица Наташа рассказывала бедовой Люде о тревожной кнопке.

На словах «вы только осторожнее с этой кнопкой, а то она грозились урыть нас всех на х.й», бедовая Люда уронила на кнопку инкассаторскую сумку.

-Бежим!- крикнула добытчица Наташа понаехавшей, и рванула в сторону станции метро «Охотный ряд». И уже оттуда наши героини с ужасом наблюдали, как в гостиницу врываются совершенно обезумевшие от ложных вызовов боевые коммандос.

Мораль: взбешённая от ложных вызовов группа быстрого реагирования по опасности ничем не уступает залётному грабителю.

Жрица любви-2.

Однажды к обменнику подошла жрица любви, и, пока понаехавшая меняла ей немецкие марки на рубли, решила завести светский разговор.

-Ты кто у нас? Грузинка-армянка?

-Армянка.

-Был у меня один клиент армян. Х.й маленький – зато понтов! Понтоооов!

Понаехавшая отсчитала рубли и положила в лоточек для денег.

-Расстроилась?- спросила жрица.

-Да нет.

-Не расстраивайся, сейчас чего хорошего скажу. Зато волосат был – жуть. Прям когда моется – ни одно полотенце его не берёт. Хоть феном суши.

-Кхм.

-Расстроилась?

-Нет!

-Не расстраивайся, сейчас чего хорошего скажу.

-Может не надо?

-Не, реально хорошее скажу. Зато яйца у него были – во!

Жрица любви сжала руку в кулак, накрыла его второй ладонью и гордо продемонстрировала оторопелой понаехавшей эту конструкцию.

-Правда,- задумчиво продолжила она,- какой смысл в таких яйцах, если х.й всё равно с фигулину, я так и не поняла.

И, активно недоумевая лицом, с претензией уставилась на понаехавшую.

Мораль: если вы эмигрировали в другую страну – будьте готовы держать ответ за конструктивный диссонанс в штанах любого своего соотечественника.

 Карьерный рост.

-Пойдём завтра покупать тебе одежду, заодно в парикмахерскую сходим,- огорошила понаехавшую О.Ф.

Понаехавшая испугалась. Во-первых, О.Ф. была женщиной несколько рискованного вкуса – предпочитала люрекс, опять же боа, или, на худой конец, бешено вьющийся по фасаду волан. А во-вторых, моментально воспламенялась, если ей перечили.
Поэтому отказывать О.Ф. нужно было с большой осторожностью.

-У меня на новый гардероб денег нет,- нашлась понаехавшая и убедительно закручинилась лицом.
-Не бзди. Я дам тебе денег. Вернёшь, когда сможешь. А то ходишь в этой бурке, как неприкаянная.
-Чего сразу в бурке?- обиделась понаехавшая.- Это, между прочим, мамино перелицованное пальто!
-Хорошо, что не дедушкины перекроенные кальсоны,- фыркнула О.Ф.
Крыть было нечем, пришлось сдаваться.

Через два дня понаехавшая явилась на работу в огненно-рыжем облаке волос, розовом платье с волнительным запАхом (насуёшь в лифчик ваты!) и белых сапогах на высоком каблуке. Пахла она актуальным по тем временам амариджем от живанши, куталась в короткое малиновое пальто смелого кроя. Вид имела всполошенный и немного несчастный.

Успех не заставил себя долго ждать. Сначала понаехавшую отказался пускать в фойе начальник охраны Сергей Владимирович (кличка Дровосек) с мотивировкой "своих бл.дей выше крыши", а следом нарисовалась хромоногая и толстозадая сутенёрша Вера и предложила непыльную, высокооплачиваемую работу.
-Я мененжер по девочкам,- протянула она визитку.- Переходи ко мне работать. Думаю, тебе вполне по зубам «классика» с элементами извращений.

Убегала понаехавшая он Веры убедительным спринтом, далеко выпучимшись вперёд глазами. Ворвавшись в обменник, первым делом сунула О.Ф. визитку.
-Это что?
-Да вот, повышение предлагают!- съязвила понаехавшая.- «Классику» с элементами извращений!
-Сукабл.дь урою на х.й,- закатала рукава под мышками О.Ф. и побежала рвать на куски Веру.

Это была воистину битва титанов.
-Ещё раз подойдёшь к моим девочкам, я тебе зоб вырву и на жопу натяну, ясно?- водила О.Ф. перед носом Веры ощерившейся длинными ногтями пятернёй.
-Да я тебя первую по кругу пущу!- метко брызгала слюной Вера, и колченогим приставным шагом трусила по периметру вытаращенного бюста О.Ф.

Разнимать женщин опрометчиво полез начальник охраны Сергей Владимирович (кличка Дровосек). И пока в медпункте на третьем этаже ему делали противостолбнячный укол и обрабатывали ссадины на руках йодом, спустившие пары оппонентки под рюмочку-другую пришли к паритетному соглашению: отныне Вера обязуется не делать непристойных предложений обменнику, а обменник меняет ей валюту по оптовому курсу.

-И чтобы я больше не слышала этого пренебрежительного «классика с элементами извращений», ясно?- стучала кулаком по столу О.Ф.- Моим девочкам подачек не надо. Уж если извращения - то по полной программе!
-Гавновапрос,- важно ходила бровями Вера.


Мораль: не придумываецца.
Настя.

Однажды у нас работала девочка Настя, и была она такой необыкновенной красоты девочкой, что даже уличные фонари оборачивались ей вслед.
Поэтому на работу Настя не красилась. Совсем. И одевалась чёртикак. Потому что если такую красоту ещё и накрасить да приодеть, то это вообще мировой катаклизм и амок на подступах к одному отдельно взятому обменнику.

Но однажды у Насти случился день рождения, и она, совершенно не подумавши, накрутила волосы в пышную причёску и надела платье с глубоким декольте. И в таком необдуманном виде явилась на работу.

Сначала Настю чуть не побили гостиничные жрицы любви. Потому что ни одна уважающая себя жрица не станет терпеть столь возмутительную красоту в ареале своего обитания.
Потом Настя в таком вызывающем виде – сверху ресницы, ниже – вырез до пупа, а далее ноги, ноги, ноги, нырнула в очередной пожаловавший в гостиницу высокогорный тейп и вынырнула оттуда в сопровождении кавалера Джамбулата.

-Женюсь!- выдохнул Джамбулат и галантно щёлкнул желваками.
-Только этого не хватало,- покрылась мурашками Настя и припустила галопом к обменнику.
Кавалер неотступно следовал за ней.
-Никуда ты от меня не денешься!- периодически подбадривал он свою жертву.
-Мама!- прибавляла газу Настя.

-Скажи ему, чтобы отстал от меня,- ворвавшись в обменник, взяла понаехавшую за грудки именинница.
-Кому ему?
-Ему!- Настя поддела ногтем полоску жалюзи и показала на гарцующего в нетерпении абрека.

Понаехавшую чуть кондратий не хватил. В голове молнией пронеслись скудные знания о быте и обычаях народов Северного Кавказа. «Имам Шамиль и кровная месть»,- вспомнила она и попыталась упасть в обморок.
-Ну чего ты боишься?- возмутилась Настя.- Он ведь тоже с гор.
-Да, но он как бы немного с других гор! И потом он же не обычный человек! Он "крыша"!!!!
-Какая разница! Умоляю, скажи ему! Ну хоть что-нибудь скажи!- и Настя, вытолкнув понаехавшую из обменника, захлопнула за ней дверь.

-Ассалам алейкум,- сказала понаехавшая и предательски забегала глазами. На этом весь её запас северокавказских слов иссяк.
-Алейкум ассалам,- оживился Джамбулат.
-Как там? В горах? Кхе-кхе (идиотский смех).
-Нормально, не жалуемся.
-Как мама? (боже мой, что я несу).
-Спасибо, хорошо.

-Вам наша девушка понравилась,- понаехавшая с напускной небрежностью повернулась к обменнику и оцепенела – из-под полоски жалюзи на неё глядели три пары выпученных глаз – добытчицы Наташи, Гали и собственно виновницы торжества Насти.
Понаехавшая громко сглотнула.
-Она просила передать, что встречаться с вами не может. У неё муж. И любовник. Третьего мужика она не потянет.- И, собрав губы в куриную жопку, понаехавшая скорбно затрясла головой.

Джамбулат какое-то время молча изучал её с ног до головы.
-Я смотрю вы там все на голову е.анутые,- кивнул он в сторону обменника.
-Ага!- обрадовалась понаехавшая.
-Ну так бы и сказала,- обиделся Джамбулат, повернулся на каблуках и ушёл прочь, что-то невнятное бубня себе под нос.

-Как ты его отшила?- спросила Настя, когда понаехавшая, уняв тремор в чреслах, вползла в обменник.
-Сказала, что у тебя муж и любовник. А третьего мужика ты не потянешь.
-Ты что? Совсем на голову е.анутая?
-А что мне оставалось делать?- рассердилась понаехавшая.

С того дня понаехавшую в обменнике ласково называли Дипломат Е.анько. Намекая на её "выдающиеся" дипломатические способности загасить любое межнациональное недопонимание на корню.

Мораль: делай добро - бросай в воду. Точно не потонет (исковерканная понаехавшей арм. поговорка).


Киоск «Интим»

Однажды в гостинице открылся киоск с волнительным названием «Интим».
И бедовая Люда прибежала оттуда с вытаращенными глазами и радостной вестью, что приглядела себе презерватив в форме слона.
-Как это в форме слона?- всполошился обменник.
-А вот так, обычная резиновая трубочка, а на конце – голова слона. С ушами и хоботом. Представляете, какой эффект?

Люда тут же кинулась набирать мужу.
-Жорик! Готовься! Сегодня вечером нас ждут непередаваемые ощущения!
-Вы что, снова напились?- напрягся на том конце провода Жорик.
-Клянусь, нет! Я присмотрела нам презерватив в форме слона. Не задерживайся на работе, целуууу-ю!

И, заняв у коллег денег, Люда обратно побежала в киоск.
К слову, презерватив стоил немалых по тем временам денег – целых десять долларов. Что составляло пятую часть зарплаты кассира. Но Люде хотелось простого женского счастья и непередаваемых ощущений, и если кто осудит её за это, пусть кинет в себя камень.

В час ночи в обменнике раздался телефонный звонок.
-Хуета,- трагическим голосом оповестила трубка.
-Вы, наверное, не туда попали,- поперхнулась понаехавшая.
-Да туда! Грю – зря я деньги потратила. Та же хуета, только с хоботом. Как не было оргазма, так и нет!- вздохнула трубка и отсоединилась.

Обменник Люде долг за презерватив простил. Обменник не зверь дополнительно травмировать человека при таком трагическом раскладе интимных дел.

Мораль: а ещё говорят, что женской дружбы не существует. Таки нагло врут.


Крем для эпиляции.

Всё началось с того, что бедовой Люде какая-то интуристка подарила крем. Положила на лоточек для передачи денег тюбик и улыбнулась: «Present for you».
-Тейк ит изи,- отозвалась Люда удачно всплывшей в памяти строчкой из какой-то песенки.
-Ты сама-то хоть поняла, что сказала?- фыркнула понаехавшая.
-Не нагнетай,- отмахнулась Люда.- Лучше переведи, что это такое.

Понаехавшая какое-то время внимательно изучала инструкцию.
-Это крем для эпиляции. Для интимных мест.
-Для каких мест?
-Подмышки, зона бикини,- понаехавшая осторожно открутила крышечку и понюхала крем.- Смотри-ка, пахнет малиной!
-Вау!- по-иностранному обрадовалась Люда.- Приду домой – первым делом обработаю зону бикини!

Крема в тюбике было всего ничего – практически на одну процедуру. Но Люду это не остановило. Тем же вечером она протестировала его и осталась невероятно довольна результатом.
А далее наша Люда поступила, как истинная, побывавшая двумя ногами в совке леди - собрала использованный крем в баночку и убрала в холодильник. До повторного, так сказать, востребования.

Только до повторного востребования дело так и не дошло. Потому что следующим утром на крем напоролось Людина подслеповатая свекровь Серафима Петровна.
-Вот бл.дина!- сделала боевую стойку она.- Сама жрёть, а мне не даёть. Что это может быть? Пахнет-то как вкусно. Ажно малиной! Как пить дать ёхурт!
И, пока Люда чистила зубы и наводила марафет, Серафима Петровна мстительно поела несколько ложечек "ёхурта".
-Итить твою мать! Чегой-то туда добавили непонятного. Не разжевать, да и горчить!- давилась Серфима Петровна, но от поставленной задачи – во всех смыслах "уесть" сноху – не отступала.

Люда дико обрадовалась, когда застала свекровь с остатками крема на усах. "Вон оно, спасение",- подумала она. Но следом закопошилась совесть, и, попутно крикнув мужу: "Жорик, неси воды, твоя мать наелась яду!", она поволокла свекровь в ванную.

Серафима Петровна бойко отбивалась и брызгала матом, но благоразумно дала себя скрутить и напоить двумя литрами воды. Потом она поохала, несколько раз натужно рыгнула, и с горя легла спать.

-Который день покакать не может,- рассказывала коллегам Люда, на автомате меняя валюту.- И главное пилит и пилит. Мол – это всё ты, это твои волосы мне "сток забили".
-Так купи ей вантуз!- давились от хохота коллеги и утирали выступившие слёзы справками строгой отчётности формы Ф. № 377.

Мораль: не всё то ёхурт, что в холодильнике стоить.