Самоубийство рассматривалось мной как акт проявления решимости быть собой и обозначить собственную жизнь чертой, где власть тебя над собой наиболее отчетлива. Конечно, это не относится к самоубийству в состоянии аффекта. Однако, эта категория моих суждений обрушилась под натиском осознания того, что все это часть великой игры. Умирая, я кормлю Бога. Нисхождение духа в Малкут-что это, как не самоубийство духа? Мы стремимся к совершенству и к смерти, побеждает все равно смерть. Мы части бога, значит в боге тоже сильнее смерть. И почему мы решили, что Бог творит? Он не создает, он деградирует, он опускается, а мы как пузырьки в водопаде божественной энергии пытаемся взлететь вверх. Однако, для того, чтобы появилось это томление по высоте и бесконечности, чтобы мы оторвали свое внимание от мужей, жен, детей, работы, нужно стать чем-то отличным. Социум заинтересован в получении идеального продукта, функциональной единицы с определенными показателями, без индивидуальности.Никакой индивидуальности! Для того, чтобы появилось стремление и жажда,душа должна сгуститься , стать концентрированной.У людей душа разряжена , как туман над болотом, нет четких очертаний. Сконцентрированное эго рождает неудовлетворенность, которая в глазах человеческого стада является деградацией.