Занесло тут вашу покорную слугу чуть меньше месяца назад в пятидесятую клиническую больницу нашего славного городка. С шиком занесло - на мерседесе белого цвета и с эскорт-служащим. Правда, на мерседесе белого цвета зачем-то были нарисованы красные крестики, наверное для того, чтобы снайперу было удобнее ВИП-персону (т.е. меня) выцеливать; да и на эскорте моём форма как-то мешковато сидела, но факт остаётся фактом. Впрочем, сейчас не об этом, а о том, что там происходило.
А вещи там случались и перзабавнейшие, и печальные, и... разные вещи случались. Ну вот, например.
Представьте себе большую комнату с высоким потолком. За окнами ночь, в комнате погашен свет, лишь узенький луч света проникает через приоткрытую дверь. Я лежу, совершенно обнажённая, на кровати, застеленной лишь простынёй. Надо мной склонились две мужские фигуры. Они полностью закутаны в мешковатые одеяния, волосы спрятаны, даже лица закрыты тканью. И только две пары чёрных глаз под одинаково сросшимися бровями горят в полутьме. Мужчины тихо переговариваются на непонятном языке, похожем на какой-то кавказский.
Вам уже страшно? Мне - очень.
Одна из фигур склоняется ниже и говорит с сильным кавказским акцентом: "Здавствуйте, я доктор Омар Магомедович". Я только и смогла пискнуть: "Очень приятно..."
***
Или ещё...
Лежала я в коридоре. Нет, не подумайте, что меня лечили в нечеловеческих условиях. В коридоре было даже хорошо, свежо и прохладно. А если учесть, что 505-я палата, куда я формально относилась, содержала в своём чреве бабку-матершинницу; девицу двадцати лет от роду и ростом 150 сантиметров, развивавшую ежедневно бешеную активность по поводу "сбегать вниз за шоколадкой"; девицу восемнадцати лет от роду, бесконечно разговаривавшую по телефону; и бухгалтера (это не профессия, это половая принадлежность такая), пытающуюся с разрезанным от сиськи до письки животом делать платёжки и ругательски ругающую отдел продаж; то коридор был просто раем на земле.
Лежала я неудачно - прямо возле угла ординаторской. И этот проклятущий угол не давал мне быть в курсе основных событий, можно сказать кипящих и клокочущих на сестринском посту.
Поэтому дальнейшее передаю только со слуха. Голос сестры:
- Мужчина, вы к кому? Посещения с пяти до восьми.
Судя по голосу, мужчине, скажем так, далеко за семьдесят:
- Как это к кому?! Я здесь лечусь! Лежу в 502 палате, моя фамилия Смирнов.
Сестра, терпеливо:
- Вы не можете здесь лежать, это гинекология.
Дедуля, выходя из себя:
- Что значит, не могу???!!!! Я здесь лежу, в 502 палате, моя фамилия Смирнов.
- Это гинекология. Здесь лечатся одни женщины. А вы - мужчина. Наверное, вы заблудились?
- Ничего я не заблудился!!!! Я лежу в 502 палате, моя фамилия Смирнов, - загремел Смирнов таким голосом, каким мог бы кричать что-то вроде: "Я Берлин брал, а вы что в жизни сделали?!"
- Присядьте, пожалуйста, мы сейчас всё выясним...
Выяснилось всё быстро и просто. Смирнов из 502 палаты лечился в соседнем корпусе, его сегодня выписали, а так как никто за дедушкой не приехал, дедушка отправился гулять, забыл куда шёл и по привычке зашел на пятый этаж в поисках привычной 502-й палаты. И попал к нам.
Жалко дедушку.
***
Или вот ещё.
Работала у нас в отделении медсестра. Иначе как Танюшей её никто не звал. Была Танюша гренадёрского роста, ножка у неё была сорок последнего размера, кулаки с мою голову и весу под полтора центнера. Танюша божественно делала уколы и ставила капельницы. И вообще, она хороший человек, дай ей бог здоровья.
Вечер. Очередь на уколы. Из процедурной доносится тоненький голосок пациентки: "Ой-ой-ой!!"
И командирский бас Танюши: "ВОТ! ПОНАДЕЛАЮТ СЕБЕ ТАТУШЕК НА ПОПЕ!! ТЫСЯЧУ ИГОЛОК ЗАГОНЯТ!!! И ДЕНЕГ ЗА ЭТО ПЛАТЯТ!!! И ТЕРПЯТ ВЕДЬ!!!! А КРОШЕЧНЫЙ БЕСПЛАТНЫЙ УКОЛЬЧИК ПОТЕРПЕТЬ НЕ МОГУТ!!!!!!!"