Свят, свят, свят...
В моем прошлом сжигали за истину на кострах.
Рисовали позорные линии на запястьях, плевали в лоб,
Разбивали и до предела ломали пальцы, простит их Бог!
Даже черти не выдержат этих пыток в кромешной тьме.
Признавались во всем - в поклонении сатане,
В предсказаниях жизни, беспочвенном колдовстве.
Приговор оглашался и пепельно-серый снег
От горящего пламени с треском летел за ним,
Трепыхалось дыхание, воздух вскипал как дым,
Бесконечно крепчали прожженные языки.
Обезумевший город кричал, но на миг притих.
Жажда мести пылала, теснее прижав к врагу.
Раскаленное олово нежно касалось губ.
Я сиял, моя плоть неподвластна была огням.
Разве знает народ, что останется колдунам,
Тем, что в каждой стихии особый найдут уют,
Управляют ветрами, в свинец превращают ртуть,
Им подвластны капели и стужи, февраль и май?
Их ни сжечь, ни убить, их под пытками не сломать -
Тех, кто истину носит в себе, и выносит в свет,
За нее умирают сгоревшие на костре,
Но их жизнь не закончится, смерть не приходит в срок.
Я из тех, кто остался. Значит, так хочет Бог.
Вечность истины миру несем сквозь неравный бой:
Было слово вначале - Бог, что и есть - любовь.

(с) Natalie_S