[Мазохизм]

В истоках мазохизма лежит страх перед возможным неприятным событием. Человек боится его, поскольку не знает, когда оно случится и какого масштаба достигнет. Мазохист считает, что одним из способов уменьшить страх является провокация этого неприятного события. Так, по крайней мере, мазохист будет знать, когда оно произойдет и в чем будет заключаться. Проблемой является то, что, провоцируя приближение пугающего его события, мазохист понимает, что контролирует наконец свою жизнь. Он может сам решать, когда, как и почему с ним произойдет несчастье. Его обуревает желание контролировать все. Чем сильнее терзает себя мазохист, тем меньше, как ему кажется, играет им могущественная судьба, в руках которой он всецело находится. И больше больше у него ощущение собственной силы. Поскольку он знает, что другие не вытерпели бы боль, которую он сам себе причиняет. Следовательно, бояться ему в этой жизни нечего. Чем сильнее его страдания, тем полнее ощущение контроля над будущим. Но связывая понятие страдания с понятием контроля над собственной жизнью, мазохист теряет понятие наслаждения. Он постепенно превращается в антигедониста. То есть он не жаждет больше удовлетворения, он находится в постоянном поиске все более серьезных испытаний.

[Пары]
Люди торопятся начать жить парой, не зная еще толком, каковы они сами. Часто к этому их подталкивает страх перед одиночеством. Для создания пары нужны четверо – каждый из двоих, составляющих пару, должен открыть в себе собственное альтер-эго. Мужчина, нашедший уже свою часть женственности, женщина, уже нашедшая свою часть мужественности. Два полноценных индивидуума перестают искать в других то, чего им не хватает в себе. И наконец могут свободно объединиться, не мечтая об идеальной женщине или об идеальном мужчине, поскольку обрели идеал в себе самом.

(Бернард Вербер)