Безжизненные пустоши вокруг, одиноко стоящий котлован, языки пламени то и дело выбрасывают наружу
облака черного сладковатого дыма. Откуда появилась музыка? Кто ответит… но жесткие гитарные рифы,
кажется, рвут пейзаж, заполняют все пустоты. Когда-то здесь был город - эхо, порожденное руинами домов,
безраздельно царящее в изгибах колючей проволоки, и словно некий незримый хор дополняющее музыку сводит
с ума шагающих к обрыву. Огромная шеренга людей, обреченных, полные ужаса глаза, безжизненные лица,
кажется губы сами повторяют текст песни фоер фрай, фоер фрай... Никто не в силах остановить это движение.
Сильные или слабые, богатые или бедные здесь и сейчас это все не важно…
Шаг... и еще одно тело падает в огонь.
Шаг и еще один бесцельный жизненный путь прервался.
Огонь... кто-то сказал рукописи не горят...что ж вот вам опровержение
Шаг...
Сколько тонн леса ежегодно изводили эти графоманы, служащие, уверенные в собственной гениальности писаки,
сколько талантов сгубили критики – нашедшие отмщение собственной несостоятельности как творца в унижении
других. Прощения нет, просто нет как такового… Человеческий суд может оправдать, но даже этот фарс не может
простить. Оставь надежду всяк сюда входящий – Данте правильно угадал, именно так.
Шаг…
Шаг, раздается глухое урчание, большое облако гари выходит из ямы, миг, и перед глазами на месте котлована
огромный печатный пресс. Музыка нарастает, переходя в обычно неслышимые человеческим ухом диапазоны, сводя
с ума расшвыривая, разрушая последние надежды…
Удар…
Удар и пепел тысяч человек выбивает букву, одну единственную букву в Книге.
Эта Книга еще только начата, хотя пишется уже миллионы лет. Сколько жизней сейчас поглотил пресс, сколько
людей, ежедневно выдающих горы документов, протоколов, жалоб, справок и прочего мусора сгорели в этом
чудовищном тигле? И всех этих “гениев пера” хватило на одну только букву, на одну настоящую букву…
Прожить тот отрезок вечности, что вымерен каждому можно по разному, можно исписать тысячи листов-дней
суетой и плагиатом не вписав ни единой буквы а можно не разу не взявшись за ручку главами писать в книге жизни.