Вскарабкался, цепляясь за древесную кору пальцами, вгрызаясь ногтями в податливую древесину, истекая потом, в обессиленном состоянии, и понял, руки заняты. Что держат руки тело на стволе, и нет возможности сорвать его. Так и висит этот «кокон» не сорванный никем до сих пор, а лишь облизанный миллиардами языков. Жадных, полных слюней языков. Силы из рук уходят и неизбежное падение в быт. Твердая земля быта, из которой рождено людьми и придумано нами дерево с «коконом» любви. Падение. Боль в руках, боль в спине, ломает кости и переламывает ребра это падение. Но вы еще ничего не замечаете.. лежите.. неподвижно.. прикасаясь быстрыми движениями языком к небу. Привкус «кокона».. И так прекрасен вкус, что только он занимает ваш рассудок и более ничего не беспокоит и не кружит белым прахом в голове. И так он опьяняюще действует на вас, что нет боли, нет усталости, нет реальности. Послевкусие.. и чувствуете вы, как вкус «кокона» уже изрядно смешался со слюной, и вам приходится компенсировать это смешение «воспоминаниями» о вкусе.. и так лежите вы под деревом, рожденным из быта, пока мозг окончательно «потеряет» вкус, а во рту останется лишь слюна. И придет боль от падения. Мозг переключится на боль, и она будет неожиданно огромной.. Точно после наркоза вы поймете, что удалили часть ваших внутренностей. И прочувствуете каждое сломанное ребро, и увидите свои переломанные руки, и почувствуйте занозы под ногтями, на ладонях, на теле. Эти заносы будут долго сидеть в вас. Заносы с дерева, по которому вы хотели достигнуть любви; и иметь любовь. Лежите в полусознательном от боли состоянии и ненавидите любовь. Она покалечила вас. Занозы ноют во всем теле. Но не подойдет утешить вас человек, стоящий перед деревом и соизмеряя свои силы. Он также желает испытать любовь, приобщиться к вкусу «кокона» и нет у него более цели. И кричите ему в след, поднимающему свое тело на первый десяток метров, что «боль» поселится в его теле. Обезумивши, вгрызаясь в кору, не слышит он вас. Занят рассудок его одним лишь желанием – узнать, что такое любовь. А искалеченных людей он видел и ранее. И упадет он рядом с вами, и будет улыбаться в счастии своем. И не будет для него боли, той, которая овладела вами, пока есть вкус любви. И понимаете вы, что уйти от боли можно; еще раз «облизав» любовь, иль отлежаться на холодной земле быта и забыть об этом пути к «кокону». Отлежаться под деревом, наблюдая, как падают рядом с вами люди, встают, немного отлежавшись, и снова, претерпевая боль, устремляются к дереву. Покинуть это место раз и навсегда – вот есть путь, который ведет нас к «бабочке».
И будете идти вы в одну сторону, оставляя дерево за спиной, а люди будут идти вам навстречу. И не будет у вас попутчиков. Удивляться будут вам люди, и нарекать поступок ваш безумством, а вас безумцем. И вставать будет солнце, проходить над вами и закатываться за горизонт, краснея от стыда увиденных безумств под деревом, несущим «кокон». И будет ходить солнце над вами, и будете уходить вы от дерева, пока тень его, от заходящего солнца, не перестанет накладывать на вас, свои темные отголоски. И когда тень не будет доставать ваших ступней, остановитесь вы. Скажет солнце о вас: вот человек познавший, что «кокон» не может принадлежать человеку, ибо не висел бы он так высоко, и не был «кокон» любовью, ибо внутри любовь. И шепнет истину ему: не сосуд создал воду для жизни, а вода востребовала создание сосуда для жизни. И услышав сие, путь ваш будет к воде.
И будут в пути глаза искать безумцев равных вам, и не будут находить. И придет чувство одиночества. Станет одиночество тенью, которая не подвластна солнцу и не стоит пред ним лицом. И скажет солнце: ни Создателем рождено было одиночество, а человеком. И не пойдет солнце за вами. Солнце создано светилом для дерева. Солнце создано светилом для человека, чтобы видел человек дерево и видел «кокон». И желал чтобы человек только «кокон». Такое предназначение было у солнца, и придумал Создатель освещать ему так. Что во мраке для человека, не будет желаемо им. И не будет у человека знания, что есть мрак. А лишь темнота будет для него знанием, ибо солнце ходило так. И привыкнет он к смене темноты на свет и занят будет другим делом. И оставил Создатель во мраке то, что не хотел давать человеку. А что взял человек сам, сделал тенью в нем. И не было солнца для них.
И усилилось одиночество, и стали вы лишь тенью себя. И ставили цель себе идти к воде, и стала цель ваша солнцем вашим. И собрав сею мысль вложили ее в себя. И окутала в вас сразу тень ее, сделав частью себя. И не было места больше дереву в вас, ибо много было для вас два солнца. Дерево освещалось солнцем людей. И так отреклись вы от людей. Одиночество утратило силу и так ушло, ибо оно тянуло к людям. И так оставило вас одиночество. И это путь, по которому ищется бабочка.
И дошли вы до воды большой. Море накатывало на берега. И увидели волны, что пеною до ступней катятся и ласкают их. И ласкали руки свои и лицо свое вы, Морем умываясь. И смыли пыль дорог, которые увели вас от «кокона». И стало легко телу. И более ничто не могло вам напомнить о людях, дереве и одиночестве. И спросило Море: Солнце было твоим провожатым, и путь указало ко мне. Где оставил ты солнце? И видело Море, как стоял человек перед ним покорно и говорить не смея. И чувствовало Море, что пришел человек не за вопросам, да за ответами пришел. И сказало Море человеку: стань предо мной на колени человек, и омою я тебя всего, своими волнами, ибо высок ты. И не достанут волны мои до тебя. И отвечал человек: омоюсь я, Море, руками своими. Зачем мне более вставать на колени, ибо уже я омыл себя? И вторило Море: Встань человек на колени предо мною и дам я тебе воды с пути напиться. И вторил человек: Жажду утолил я руками своими, поднося твою воду к губам. Зачем же более мне вставать на колени? И промолчало Море. И откатило воду от берегов своих, произнеся: пусть руки твои поят тебя и омывают тебя теперь. И увидело Море, как встал человек пред ним на колени и плакал. И плакало Море вместе с ним, ибо осознал человек, что поклоняются не тому чего нет, а тому, что есть пред ним. И вернуло Море, воды свои к человеку и шепнуло: осознал ты человек это, ибо проделал путь до меня длинный и видел много. И не пришла бы истина к тебе, не будь у тебя солнца, дерева и кокона. И слушало Море, как спрашивал человек: что же делать мне, Море? Нет во мне более солнца человеческого. Нет во мне людей, Море. И желания нет идти к «кокону». И ответило Море: уведу я воды свои от тебя, человек, чтобы истинна пришедшая к тебе, не вернула тебя к прошлому. Чтобы понял ты, человек, что получив одну истину, тебе придется осознать остальные. Отрекаюсь я от тебя, человек, во благо тебе. Так сказало море. И увидели вы, как вышел из моря ребенок.. С маленькой, детской лейкой, воды полной. И был этот ребенок красоты небесной. Шел он от моря и не смотрел на вас. И шепнуло море, откатывая воды свои от берегов: Не вода дала жизнь сосуду, а человек его заполнивший водой. И пошли вы за ребенком, не смея окрикнуть его, чтобы подождал он вас. И не видел вас ребенок, ибо боялся разлить воду, обернувшись. И страх добавился в вас. Что нет более воды, и жажда погубит в вас. И поглотил страх тень в вас. Стал страх солнцем вашим. И таким вы шли за ребенком прекрасным с детской лейкой в руках.
И смотрели глаза ваши на ребенка, и страшились вы, что прольет ребенок воду. Последней эта вода была. И вся вера ваша была в ребенке этом и надежда на жизнь дальнейшую. Привел вас на поляну ребенок. Привел на поляну полную цветов. И кудри золотые ребенка развивал Ветерок, гуляющий по поляне. И украшали поляну тысячи цветов. И упали вы на колени, поклоняясь красоте такой. И упали на колени, как учило вас Море. И на коленях стоящим, вас увидел ребенок. И не подошел к вам. И к цветам пошел он. И вскочили с колен вы и устремились к нему, ибо воду хотел он пролить на цветы. И лишить вас жизни. И спросил ветер, гуляющий над поляной: Твоя ли это вода, человек? Нет кричали вы и бежали во страхе к ребенку. И дул ветер сильный в лицо вам. И остановило вас это. Сражались вы с ветром долго. И не могли его одолеть. И легли на поляну лицом вниз, чтобы не сдувал ветер вас. Видел Ветер человека лежащим лицом ниц на земле, и повторял: Твоя ли это вода, человек? Нет, снова отвечали вы. И видел Ветер отчаяние и страх в вас и не переставал дуть. Зачем ты здесь, человек? Спросил у вас Ветер и спросили вы у себя вторя Ветру.. Зачем я здесь? Чтобы брать то, что мне не принадлежит? Разве это благо, во имя которого от меня отреклось Море? Разве для того оно отняло у меня воду, чтобы отнял я ее у ребенка прекрасного? И Море делает это во благо мое, так во имя какого блага ребенка мне забирать воду у него? И сомнения заняли вашу голову. И видел ветер человека лежащего ниц и не борющегося с ним, и перестал дуть. И говорил Ветер. Жизнь берет лишь то, что принадлежит ей. Все что в вас и не принадлежит, убивает саму жизнь. И поняли вы мудрость Ветра: отбирая, вы убиваете другую жизнь. Жизнь не должна убивать жизнь. Жизнь убивает так саму себя и в вас. И поняли вы это. И смирение сменило страх. И стал страх выходить из вас ибо в смирении вам нечего было страшиться. И забирая тень одиночества с собой уходил. Ибо впитал страх все, что было в вас. И смирение стало солнцем вашим. И вопрошали вы к Ветру поднимаясь на ноги: Смирен я пред тобой, Ветер. Смирен я пред твоею мудростью. Но Море дало мне ребенка этого. Показало путь за ним. Скажи, Ветер, зачем я здесь? И показал ветер вам то за чем пришли вы.
И видели вы поляну и деревья вокруг. И не верили, что деревья эти увешаны «коконами». И вспомнили боль свою и заносы в вас. И омрачнело лицо ваше от боли. И видели вы, что поливает ребенок корни этого дерева. И вспомнили вы, как лежали люди рядом с вами, павшие с дерева. И исказилось лицо ваше от боли. И видели вы, как «коконы» давали жизнь бабочкам. И кружили бабочки вокруг деревьев и садились на цветы прекрасные. И заплакали вы. Видели вы, как бабочки опыляют цветы и дают им новую жизнь. И видели вы, как цветы радуют деревья и ветер. И прекрасно было зрелище это. И сказал вам Ветер: Есть мир, где «коконы», мокрые от слюней, умирают в слюнях. Из них «бабочка» не родится никогда. И не дает такой кокон ничего. Это другой мир, человек. Ты пришел во страхе, но стал смиренным. Забирающим жизнь, но отдавший ее теперь смиренно. Так прими же и любовь, которую ты теперь достоин. Вкушай эти плоды, ибо взросли они. Пей соки этих растений, ибо наполнены они жизнью и водой.
И вкус тот был во сто крат сильнее всего, что знали вы ранее. И не уходил вкус тот и не было боли после него. И мир стал другим.
А бабочки кружили над поляной и давали человеку любовь.

PeredSnom.