Настроение сейчас - романтическое и бодрое

Последнее странствие чародейки. Осенний гость.

Который день шел дождь. Холодный осенний промозглый дождь. Как правило, здесь в конце ноября всегда уже лежал снег, и только в этот год осень почему-то не желала уступать место зиме. Она давно уже потеряла свою красоту, золото упавших листьев превратилось в коричневую грязь, но она упорно цеплялась за существование когтями ледяного ветра. Ветра, удары которого чувствовались даже сквозь стекло.
Арика передернула плечами и отошла от окна. Теплее не стало. В этом доме было слишком много окон и они были слишком большими, чтобы чувствовать себя надежно укрытым от непогоды. А как здесь было хорошо летом! Но в затянувшуюся осень Арика иногда мысленно проклинала тот день, когда, поддавшись на уговоры тетушки она пришла служить сюда, в графский замок.
Никто не знал, почему этот замок называли графским. Поговаривали лишь, что когда-то он принадлежал разорившейся графской семье. Нынешняя хозяйка не была графиней, да вообще не было у нее никакого титула. Она давно уже жила здесь в замке, старуха с древним взглядом и вечно распущенными седыми волосами. Редкие гости – рыцари, маги и просто путники без знаков рода-племени всегда называли ее одним словом – Госпожа, склоняя перед ней голову, словно не смея смотреть в глаза.
Про Госпожу поговаривали, что она когда-то была ведьмой, порой ее именем пугали детишек и даже самые смелые из селян осеняли себя крестом, когда видели вдалеке ее черный силуэт. Слуг она держала мало и даже хорошее жалованье не каждого могло соблазнить поселиться здесь, в пустом и гулком особняке.
И Арика, как и все, сначала со страхом отнеслась к своей хозяйке. А потом… потом начала жалеть одинокую старуху. Она никому не говорила об этом, да и не нужно было об этом никому знать.
Арика глянула на часы. Пора ужинать. Собрав поднос, она поднялась по гулким ступеням на верхний этаж, где были комнаты Госпожи. Дверь была приоткрыта, но Арика все равно постучалась. Не дождавшись ответа, она распахнула дверь и ступила в комнату.
Госпожа стояла у раскрытого окна. Почуявший свободу ветер трепал ее седые волосы, белую сорочку, пытался вырвать из рук черный платок, в который та куталась.
Арика взмахнула руками:
- Госпожа, ну как же можно!
Поставив поднос на столик у двери, Арика бросилась к окну и запахнула его.
Госпожа слегка повернула голову:
- Зачем?
- Ну разве так можно? Госпожа! Вы можете простудиться. Господин Кендарин запретил открывать окно в такой холод.
- Мой внук слишком заботится о моем здоровье.
- Госпожа, я принесла ужин. Пойдемте, я помогу Вам сесть за стол. Смотрите, дождь попал Вам на лицо.
Старуха провела рукой по лицу, всмотрелась в покрытую капельками ладонь.
- Дождь… Арика, тебе нравится такая погода?
- Нет, Госпожа, я не люблю дождь.
- Да… - старуха вновь ушла в себя, - мы тогда так мечтали хотя бы о капле дождя. Мне казалось, что если мы победим и прольется хоть несколько капель, я умру от счастья. Как глупо… Дождь все падает… А я все живу….
Арика попыталась взять Госпожу под руку. Старуха резко отдернула локоть и неуверенным шагом, но сама, прошла к креслу и села в него.
Арика приблизилась к столу и присела в реверансе.
- Что еще желает Госпожа?
- Госпожа желает остаться одна.
- Как прикажете.
Арика склонилась в поклоне и попятилась к двери.
Вообще комнаты для прислуги находились на первом этаже, в более уютной и теплой части замка, но комната Арики находилась рядом с покоем Госпожи. Когда она поступала на службу, принимавший ее господин, назвавшийся виконтом Кендарином, попросил ее поселиться именно здесь.
- Хозяйка твоя – старая женщина, мало ли что может с ней случиться, лучше, если ты будешь рядом.
И именно тогда он показал ей глазок в гобелене.
- Если услышишь странный звук, - сказал он, - ты сможешь посмотреть, что случилось, не тревожа Госпожу попусту.

Вечер уже близился к концу, когда Арика услышала в комнате Госпожи скрип двери. Арика удивилась – никто из слуг кроме нее никогда не заходил в эту комнату, сама Госпожа в такое время не будет покидать свои покои и никто не докладывал о приезде гостя. Арика подбежала к гобелену и заглянула в глазок.
В комнате стоял гость. "Интересно, как он попал сюда? "- подумала Арика. Но на грабителя гость похож не был, да и кто решится грабить замок ведьмы. Потому Арика решила не поднимать панику и немного подождать.
Госпожа спала в кресле. Гость, неловко раскачиваясь, подошел к ней, нагнулся. Пламя свечи ярко освещало его. Арика невольно отмечала детали: высок… худощав… длинные волосы забраны в хвост… удивительно, так сейчас никто не носит…. так раньше носили воины…куртка, брюки в обтяжку, высокие сапоги…
Легко и нежно гость коснулся плеча Госпожи. Госпожа открыла глаза:
- Халк!
Гость улыбнулся и, отступив на шаг, склонился в поклоне.
Старуха протянула к нему дрожащую руку и он подался вперед, чтобы она смогла коснуться твердой кожи его куртки. Она отдернула руку, будто обжегшись.
- Я …. уже….?
- Все не так просто, Альена.
- Альена… - старуха улыбнулась. – Меня так давно никто не называл. Здесь меня зовут только Госпожой, да и я не стараюсь афишировать свое имя. И так слишком многие знают, во что превратилась Альена Асигнум, Звездная чародейка.
Арика закусила кулачок. Она – Альена? Та самая, про которую изучают в школах, что она подняла людей и магов против тирана и победила проклятие Великой Засухи. Она – та самая, что повелевала королями и великими чародеями? Единственная женщина, возглавлявшая Капитул Семи магов – высший магический круг. Но… это было четыреста лет назад.
- Ты сама это сделала! Ты сама ушла от мира и людей! Не мир отверг тебя – ты отвергла его. – слова Халка звучали под сводами комнаты как обвинение.
Госпожа подняла на гостя глаза:
- А как я могла быть с ним, с этим миром. Я слишком дорого заплатила в этой войне. Халк! Я не могла принимать парады, не могла участвовать в праздниках. Я видела, как они за моей спиной указывают на меня пальцами. Я слышала, как они шепчут за моей спиной – вот она, великая магичка, победившая тирана. И они боялись меня. А тех, кто не боялся, уже не было рядом. И я была виновна в этом.
- Ты так думаешь?
- Но Халк… я ведь и тогда опоздала.
Она заговорила быстро, будто оправдывалась без надежды на прощение:
- Мы не рассчитали и воинов было слишком много. Мы слишком долго пробивались к замку. А потом палач начал строить из себя героя, не желая указать, где твоя камера, а я была слишком слаба, чтобы прочитать его мозг. И когда мы спустились вниз, мы опоздали.
- Я помню. Я ждал. Какая-то частичка меня безумно хотела, что бы все это скорее закончилось, но я хотел дождаться тебя. И я помню, как открылась дверь и ты ворвалась, впереди воинов, с мечом в руках.
- Это было ужасно.
- Они отвернулись, им, былым воякам, стало страшно. Но ведь ты не испугалась.
- Я хотела спасти тебя, но у меня не хватило сил.
- Я знал об этом. Но ведь ты обняла меня. Я боялся, что ты отпустишь меня издали, не приближаясь. А когда я почувствовал твои руки, увидел твое лицо, глаза, губы совсем рядом, вот как сейчас…
Халк опустился на колени рядом с креслом.
- …И мне было легко уходить, окутанным твоей любовью.
- Не надо, Халк. Любовь – это страшное слово. Слишком много смертей она приносит…. А вот мне никак не принесет.
- Ты всегда любила жизнь – покачал головой Халк.
- Я устала. Слишком много горьких воспоминаний. Я не могу спускаться в подвал, потому что в одном из таких подвалов мы нашли тебя. Когда я смотрю на пламя свечи я вспоминаю наши военные советы, когда мои верные друзья были рядом и наше дыхание смешивалось. Я никогда не приглашаю в замок музыкантов, потому что не могу слышать звуки лютни. Ты помнишь Иния? Нашего маленького музыканта, так и не успевшего получить ни одной награды из тех, которых он был достоин. Достоин, как никто другой.
- Одна награда у него все-таки есть.
- Ты говоришь о том камне, что я вплавила в деревянный крест на его могиле? Но ведь он так и не увидел его.
- А ты знаешь, что теперь под этот камень приходят все окрестные влюбленные, чтобы произнести свои главные слова? Я был там летом. Вокруг его могилы полно земляники. Ты помнишь, как мы ели землянику?
Альена наклонилась к гостю, на ее глазах блестели слезы, а голос срывался на шепот.
- Тогда было затишье..
- Да. Мы поставили палатки в лесу…
- Ты собирал землянику…
- И приносил ее тебе… И ты ела ее губами с моей ладони…
- И твои ладони пахли земляникой, а земляника – твоими ладонями.
- И потом твои губы долго пахли земляникой.
Их лица были совсем близко, Халк поднял руку и вытер выкатившуюся на щеку слезинку.
- Ты хотела бы вернуть это?
Альена улыбнулась:
- Халк, я, наверное, сошла с ума. Я разговариваю с человеком, погибшим много лет назад…
- Хочешь или нет!?
Халк вскочил с колен. Альена дернулась вслед за ним, не отпуская его руки и оказалась в его объятьях. Под сильными большими ладонями волосы теряли седину, превращаясь в нахальные рыжие локоны, нежными движениями пальцы касались лица, стирая морщины, изменялось, разгибалось и подтягивалось тело.
Альена вырвалась из объятий и подбежала к зеркалу. Когда-то она потребовала кусок зеленого кружева, чтобы спрятать свое отражение и вот теперь кружево полетело на пол, поднимая клубы пыли. И туда же полетела сорочка. Нагая женщина в полном расцвете сил и молодости любовалась своим отражением. Потом она повернулась к откровенно наслаждающемуся зрелищем мужчине:
- Ты захватил для меня одежду или мне придется шокировать этих селян?
Халк улыбнулся, вытаскивая из брошенного к креслу мешка черную кожаную куртку, такую же, как и у него самого:
- Мне пришлось об этом позаботиться. Ты же не хочешь, чтобы появилось новое поверье о бесстыжей ведьме?
Альена рассмеялась заливистым детским смехом.
Арика осознала, что вот уже несколько минут в буквальном смысле слова не дышит, осторожно перевела дыхание и улыбнулась, представив себе к примеру сельского кузнеца Мирина, увидевшего свою госпожу в таком виде.
Через несколько минут госпожа была одета. Халк отступил на шаг и склонился в поклоне.
- И куда же госпожа изволит направиться?
- Вперед, Халк, только вперед.
Она вскочила на подоконник и распахнула окно. Дождь кончился. Медленно кружась, влетали в комнату белые хлопья.
- Смотри, Халк, снег. Он сейчас тонет в грязи, но его много и настанет момент, когда он станет сильнее грязи и спрячет ее под собой. И все будет бело и прекрасно.
- Прекрасно, как жизнь.
- И прекрасно, как любовь.
Халк вспрыгнул на подоконник и они с Альеной вместе шагнули в окно.
Когда Арика набралась мужества и вбежала в комнату госпожи, снега под окном нанесло целый сугроб. Утопая в нем, она перегнулась через подоконник и выглянула во двор. Четыре следа сапог, хорошо выделяющиеся на тонком снежном слое, вели к каменному ограждению и исчезали, словно хозяева их превратились в птиц и вылетели прочь. Арика закрыла окно и отправилась собирать вещи, справедливо полагая, что ей предстоит в ближайшее время получить расчет.

Большая королевская энциклопедия: Альена Асигнум (даты рождения и смерти неизвестны) – первая чародейка, возглавившая Капитул Семи магов (см.). Во время Проклятья Великой Засухи (см.) смогла сплотить магов и людей и организовать бунт против тирана, вылившийся в полномасштабную гражданскую войну с применением магического оружия. После победы была удостоена многих королевских наград и титулов, но спустя два года таинственным образом исчезла. В настоящее время, по истечении четырехсот лет после победы, слухи о возвращении Звездной Чародейки можно считать необоснованными.

P. S. Господа, если будет хоть один положительный комментарий, думаю, что начну выкладывать всю историю с самого начала :)