КУЗЯВОСТЬ
Сяпала Калуша по напушке и увазила Бутявку и волит:
- О, бутявище некузявое.
И - тюк Бутявку за сяпалки.
И ну трямкать Бутявку.
Полбутявки у Калуши в клямсах, полбутявки об напушку лепещется.
Но тут Бутявка как заволит:
- Оее, оее!
И подудонилась Бутявка Калуше в клямсы: бздым!
Калуша обезвалдела, в клямсах у Калуши зюмо-зюмо некузяво, а тут Ляпупа
по напушке шается, блуки бятые, пши натыром:
- О! Киси-миси, Калушечка! Как калушаточки? Как Помик?
Калуша же клямсы сопритюкнула, не волит ни киси и ни миси (Бутявка-то в
клямсах и дудонится и дудонится).
Но тут из клямс у Калуши уже птум-птум, птум-птун (Бутявкино дудо).
- Эска! - волит Ляпупа, - о-по-по, вазьте, о индякие! Калуша
подудонилась! От Калуши аж дудом фурдяет!
Калуша Бутявку вычучила, из клямс дудо отбябякала и волит:
- Не Калуша подудонилась, а Бутявка! От Бутявки фурд!
А Бутявка, вычучившись из калушиных клямс, вздебезнулась, сопритюкнулась
и усяпала с напушки в бурдысья, и волит из бурдысьев:
- Калуша подудонилась, Калуша подудонилась!
А Ляпупа пши аж растюкнула, блуки бятые вымзила и волит:
- И! И! Калушка зюмо некузявая! Фурдючая!
А Калуша бирит:
- С Ляпупой и Бутявкой бирить - дуда натрямкаться. Индякие, не тючьте
дудо, не зафурдяет. Ляпупа с Бутявкой волят - у индяких пши сбякиваются!
И усяпала с напушки кузявая-кузявая.