[446x313]

Великая Транссибирская магистраль - гордость России - проходит через 2 части света, 12 областей и 87 городов. Совместный проект Google и Российских Железных Дорог позволит вам не выходя из дома проехать по этому знаменитому маршруту и посмотреть на Байкал, Хехцирский хребет, Баргузинские горы, Енисей и много других красивейших мест нашей Родины. В пути вам предложат классику русской литературы, яркие фотографии и увлекательные рассказы о самых интересных достопримечательностях маршрута. Поехали?!

Ребятки! Прекрасный проект. Всем советую....От Души...

http://www.google.ru/intl/ru/landing/transsib/

Велика, Россия - Мать.
Силой с ней, не совладать....

ИВАН БУНИН

Родине

Они глумятся над тобою
Они, о родина, корят
Тебя твоею простотою,
Убогим видом чёрных хат.

Так сын, спокойный и нахальный,
Стыдится матери своей -
Усталой, робкой и печальной
Средь городских его друзей.

Глядит с улыбкой состраданья
На ту, кто сотни вёрст брела
И для него ко дню свиданья,
Последний грошик берегла.

1891

ФЁДОР ТЮТЧЕВ

***

Умом Россию не понять.
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать -
В Россию можно только верить.

1866

СЕРГЕЙ ЕСЕНИН

***

Гой ты, Русь, моя родная,
Хаты - в ризах образа…
Не видать конца и края -
Только синь сосёт глаза.

Как захожий богомолец,
Я смотрю твои поля.
А у низеньких околиц
Звонно чахнут тополя.

Пахнет яблоком и мёдом
По церквам твой кроткий Спас.
И гудит за корогодом
На лугах весёлый пляс.

Побегу по мятой стёжке
На приволь зелёных лех,
Мне навстречу, как серёжки,
Прозвенит девичий смех.

Если крикнет рать святая:
“Кинь ты Русь, живи в раю!”
Я скажу: “Не надо рая,
Дайте родину мою”.

1914

АННА АХМАТОВА

***

Мне голос был. Он звал утешно,
Он говорил: "Иди сюда,
Оставь свой край глухой и грешный,
Оставь Россию навсегда.
Я кровь от рук твоих отмою,
Из сердца выну чёрный стыд,
Я новым именем покрою
Боль поражений и обид".

Но равнодушно и спокойно
Руками я замкнула слух,
Чтоб этой речью недостойной
Не осквернился скорбный дух.

1917

МАРИНА ЦВЕТАЕВА

Родина

О неподатливый язык!
Чего бы попросту - мужик,
Пойми, певал и до меня:
- Россия, родина моя!

Но и с калужского холма
Мне открывается она -
Даль - тридевятая земля!
Чужбина, родина моя!

Даль, прирождённая, как боль,
Настолько родина и столь
Рок, что повсюду, через всю
Даль - всю её с собой несу!

Даль, отдалившая мне близь,
Даль, говорившая: “Вернись
Домой!” Со всех - до горних звезд -
Меня снимающая с мест!

Недаром, голубей воды,
Я далью обдавала лбы.

Ты! Сей руки своей лишусь, -
Хоть двух! Губами подпишусь
На плахе: распрь моих земля -
Гордыня, родина моя!

12 мая 1932

ВЛАДИМИР НАБОКОВ

К России

Отвяжись, я тебя умоляю!
Вечер страшен, гул жизни затих.
Я беспомощен. Я умираю
от слепых наплываний твоих.

Тот, кто вольно отчизну покинул,
волен выть на вершинах о ней,
но теперь я спустился в долину,
и теперь приближаться не смей.

Навсегда я готов затаиться
и без имени жить. Я готов,
чтоб с тобой и во снах не сходиться,
отказаться от всяческих снов;

обескровить себя, искалечить,
не касаться любимейших книг,
променять на любое наречье
всё, что есть у меня,- мой язык.

Но зато, о Россия, сквозь слёзы,
сквозь траву двух несмежных могил,
сквозь дрожащие пятна берёзы,
сквозь всё то, чем я смолоду жил,

дорогими слепыми глазами
не смотри на меня, пожалей,
не ищи в этой угольной яме,
не нащупывай жизни моей!

Ибо годы прошли и столетья,
и за горе, за муку, за стыд,-
поздно, поздно!- никто не ответит,
и душа никому не простит.

1939, Париж

Слова народные




На Тверской, где шумно и красиво,

Где стоит Центральный телеграф,

Выпив-то всего бутылку пива,

Я подвергся нарушенью прав.

Был двумя ментами с автоматом

Схвачен и посажен в воронок,

И хоть был ни чем не виноватым,

Доказать я ничего не смог.

Упирался, как меня тащили,

Грыз зубами клетку на окне,

Только ни один правозащитник

В этот час не вспомнил обо мне.

Был засунут в клетку, как в зверинец,

Я такой же, в общем, как и все –

Не чечен, не турок-месхетинец –

За меня не вступится ПАСЭ.

Много раз дубинкой был ударен,

Под слова угроз и хруст костей,

Но так как не крымский я татарин,

Не попал я в сводку новостей.

Истрепали по дороге нервы,

Поломали плечевую кость,

Что-то я не вижу Аллу Гербер –

Это ж натуральный Холокост.

Пожалей меня Елена Боннэр,

Пусть совсем не твой я контингент,

Но мне тоже очень, очень больно,

Когда бьет меня дубинкой мент.

Я избит, ограблен и обдурен,

След насилья ниже поясницы,

Где же ты священник Глеб Якунин?

Где же вы врачи, что без границы?

Я банальный русский алкоголик,

С каланчи высокой наплевал

На меня, мычащего от боли,

Знаменитый фонд «Мемориал».

Не баптист я, не пятидесятник,

Не иеговист, не иудей.

Я один из этих непонятных Русских,

всем мешающих людей.

От рожденья перед всеми грешен,

Не сектант, не гомосексуал,

Никогда «Эмнести Интернэшнл»

Обо мне вопрос не поднимал.

Ох, как трудно в обществе российском

Быть не представителем меньшинств

С паспортом с московскою пропиской,

Кто ж еще я, если не фашист?

Отняли последнюю заначку,

Напоследок выдали пинка.

Выйду за ворота и заплачу –

Как жизнь, большинства, ты не легка.

Новейшая История