Атмосферы прыгают, как белки-летяги.
Дом утоплен в ночь, и мои бухие глаза придают этой сцене размытости.
Будто вся съемочная группа курит и дым попадает в кадр.
Я понимаю тебя, джексон мотор.

Классно быть бухим. И вроде все так как есть, но все хорошо.
Жирок обтягивает мое тело. Появились новые складки под сиськами.

Сегодня я накупил бутеров из макдака и заполнил остатки пивом.

Вся моя жизнь сегодня свелась к просмотру Сабрины маленькой ведьмы и пиву.

И больше я не думаю ни о чем.
А зачем, и правда?
Что там будет такого?
Что вокруг меня особенного?

Талант не пропьешь, но если во мне и были стремления и таланты - то я разменял их на бутылку.

Даже моя горящая любовь - это всего лишь идеализированный образ.
Настоящая Аня другая, ибо с ней я не общался нормально с тех самых пор, как переехал.

Мои друзья уже не те. У близких друзей уже давно есть ДД и ДДД. Другие Друзья. Другие Дорогие Друзья.
Даже остап с Димоном уже не те.
Остап стал серьезным. Даже кажется, что он целеустремлен. И все это было обдуманно. Просто его слабость, это алкоголь.
А димон погрузился в компанию девиц. Я раньше хорошо общался со всеми девченками группы. Но, сейчас я безмолвен к ним. И все перешло на Димона.
Его юмор стал больше направлен в женскую сферу. Он стал мало пить.
у бобана работа и женщина, как и у сомы. Куда уж я там?
Все наши приключения, словно сон сейчас.

И мои самые близкие друзья, и мои нынешние, и мои родственники, и все люди-
Все это, словно сон.

Я начинаю ненавидеть дримминг за то, что я его так и не освоил,
но он так сильно увечил меня.

Сегодня я узнал, что до флота остается всего-ничего. около 2 месяцев.
И мне еще хуже. Еще страшнее. Еще более одиноко.
После службы я разойдусь с ними еще более и более.
После года заточения я вернусь о мире, который меня не знает.
Без сомнения, я вернусь другим. И никто больше не признает во мне близкого человека.

Я вспоминаю сочинение наркомана павлика 70 годов.
В нем говорилось о мексиканском маге, который однажды пустился в путь. И больше не нашел дорогу домой.
потому что после стольких изменений в его личности, самого него уже не существовало.