Пять месяцев после Одессы и, кажется, так давно, и ко всему привыкаешь, но – как привыкнуть к войне?
Интернет полон разбитой техники и разорванных в клочья тел; развалин домов, больниц, школ; бездомных собак и беженцев.
Бабушки со слезами-полосками по усохшим щекам возле битых снарядами хат. Улыбчивые небритые мужики ополчения, вышесреднего возраста, с глазами чистыми как небо. Посеревшие от гари и копоти окруженцы с той стороны. Их смертельно усталые, обращённые внутрь себя глаза, в глубине которых нет ничего кроме пережитого ужаса и вопроса: «зачем?». Плачущие по ним матери, «онижедети» с плясками на побеждённых памятниках…
Все они – лица гражданской войны: те, кто не хотел, но не мог иначе – и те, кто по собственной воле; идейные – и по принуждению; фанатики – и за веру святую свою.
Утро, кофе, пальцем по планшету – новостная лента. Следом, на бегу уже, краем глаза – новости федерального TV. Война, война, нескончаемая война. Сегодня как вчера. Всё тот же ржавый металл и неопознанные трупы по полям и зелёнке. Меняются только заголовки: «Взяли – отдали – отбили обратно»; «Потери огромные там – потери существенные здесь»; «Боевые действия – ожесточённое перемирие»…
– Месяцы прошли. Скажи, неужели мы начинаем привыкать?
– О чём ты? Забудь! Нечего обсуждать, – кричит он мне в телефонную трубку. – Тарифы в гору, инфляция– вот, что сейчас важно. Да пошли они все! Достала их война! Завтра – Лига Чемпионов. Тема! Идём? О-ле?
Я молчу.
Она снова сегодня ко мне придёт. Как и всегда, с июля. Девочка-мадонна из Горловки, с ребёнком прижатым к груди, на зелёной траве под «градом».
И я ворочаюсь, и никак не могу закрыть глаза.