И выросли Плоды редкие, пахучие, и есть их было нельзя, Плоды Цветов Зла они.
И упали Плоды в Землю родящую, и проросли новым Злом , неясным пока , и сумеречным.
И закружился Вихрь черный, и Небо заплакало от бессилия. И грянул Гром. И сгусток протоплазмы определил свои очертания в Нечто , неизведанное еще Землей ,
И встал Демон.
И раздался крик.
И Горы содрогнулись от того крика, и Птицы падали, изломив крылья в ужасе , и Воды текли вспять.

И пошел Демон к людям.

Баб ебать .

И имя ему было – Инкубус. Сильван. Эфиальт.

Инкуб

********
Короткие крепенькие ножки Эммы Сидоровны Таращук приятно терлись друг о дружку декаданским ажуром чулочных резинок .

Эмма Сидоровна шла с работы домой , и невысокие ,но очень женственные каблучки ее новых лаковых туфелек размера тридцать пять с половиной (непременно с половиной !) выбивали из асфальта искру. В последнее время Эмма Сидоровна очень похорошела. Исчезла вечная сутулость сидячего работника, в походке появилось что-то неуловимо хореографичное , бюст, доселе бывший просто большими сиськами , игриво и упруго выпер в декольте,и превратился в именно бюст. Подтянулся конической формы животик , и даже обозначилась талия .

Коллектив родной бактериологической лаборатории , ненавидевший Эмму вот уже пятнадцать лет, недоумевал и волновался. Стерильные чашки Петри удивленно отражали новый радужный блеск Эмминых глаз, разбрасывая блики на желтушный известковый потолок лаборатории , и на ватно-марлевые затычки пробирок с мочой, от чего те из грязно-коричневых становились розовыми.

Эмма почти перестала орать на сослуживцев. Разве что, на младший персонал, но на младший персонал орут все, и на это никто не обращает внимания .Что совсем уж казалось диким и невообразимым – Эмма начала мыть за собой чашку после чаепития ,как все приличные лаборанты .
Эммин гардероб обогатился юбкой –плиссе и упомянутыми лаковыми туфельками . Завлаб Олег Иваныч стал придерживать перед Эммой дверь и подавать ей плащ в раздевалке.

Эмма и сама ничего не понимала. Иссушенная затянувшимся девичеством (условным ,конечно,- прошлое у Эммы ,таки, было , но очень давно и мало ) , Эммина душа невнятно трепетала и вздрагивала, особенно , по вечерам.

Каждый вечер Эмма чего-то ждала .

Каждое утро ей хотелось летать и плакать .

В стремительно худеющем животе было прохладно , а в промежности –наоборот , горячо.

*****

И избрал Демон деву.
По признаку темноволосия и даты рождения .
Ибо предписано Верховным иметь деву, рожденную в канун праздника Белтайн , когда на горе Брокен ликуют Силы Зла .
И посещал Демон деву еженощно . И наполнял ее лоно ледяным мертвым семенем , ибо предписана Верховным ему была Великая Цель- породить новое Зло .
И ебал Демон деву не абы как, а демонически .

И девой была наша Эмма.

******
Несчастная Эмма. Счастливая Эмма. Эмма никак не могла определиться в своем нынешнем психологическом статусе.
С одной стороны, ей было хорошо. С другой стороны, ей было холодно. И в животе , и в сердце. Ее угнетала невразумительность. Как человек с добротным средне-специальным медицинским образованием , она любила анализировать и добиваться результата.
Эмма чувствовала , что ее ебут. Но чувствовала так же, что странною любовью. И совсем не понимала ,кто .

Она твердо решила все разузнать. И завела будильник на половину второго.

И, когда Демон уже готов был извергнуть мертвое ледяное семя , грянул Гром. И дева открыла глаза, и хлопнула по Грому умащенной кремом «Ромашка с витамином F» пухлой ладонью. Гром стих. Дева включила торшер . Демон так и не смог кончить.

Наконец –то ,Эмме удалось определиться –она счастлива.И даже очень.

В мягком свете бумажного Икеевского торшера она разглядела на себе вполне приятной наружности мужчину. Даже немного брутального. Эмме Сидоровне всегда нравились лысые мужчины. Ее ночной гость был похож на Брюса Уиллиса. Эмма инстинктивно втянула живот и почувствовала себя похожей на Деми Мур.

Мужчина судорожно натянул на волосатый торс одеяло . Эмма вспомнила, что Брюс Уиллис развелся с Деми Мур, и выпустила живот обратно. Мужчины не любят женщин, похожих на солдат ,Эмма всегда это знала . Она решила быть мягкой.

- Кто вы, уважаемый, и как вас зовут?- Эмма Сидоровна вложила в эти слова всю нежность ,накопленную за долгие и унылые девические года.

-ИМЯ МНЕ –ЭФИА-А-А-ЛЬТ!!!!! – прогремел ответ , и застенчивое эхо хрущевки раза два повторило: «альт-альт».

-Тише,тише, милый ,соседей разбудите,- она приложила ко рту дорогого гостя, -все еще бывшего в ней , мягкую горячую ладонь.

Демона передернуло.

-ИМЯ МНЕ –ЭФИАЛЬТ!! Я ЕСТЬ ЗЛО, И ЕСТЬ ПОРОЖДЕНИЕ ЗЛА, И ПРЕДПИСАНО МНЕ ВЕРХОВНЫМ ЗЛОМ ПОРОДИТЬ НОВОЕ ЗЛОООО!!!- гремел Демон , отбрыкиваясь .-

- Тихо, Элик. – Сидоровна улыбнулась максимально ласково.

На слове «Элик » Демон потерял сознание.

Медицински образованная Сидоровна проверила пульс. Пульс был нечеловечески редким, но , нечеловечески же, и наполненным. «Жить будет»- подумала она, подтянула тяжелого Элика на подушку , и , счастливая , легла спать. Поцеловав его в лоб, предварительно.
Завтра у Эммы Сидоровны - выходной.

Сон ее был неспокоен , но сладок. Ей снились цветы и дети. Еще во сне она делала -очень аккуратно и тщательно ,как себе,- анализ Эликиного кала на дисбактериоз .

Она проснулась первой. Элик спал . Во сне он что-то бормотал и дергал веком . Нервный тик ,как результат стресса и урбанизации. Эмма поцеловала его в закрытый глаз.

Его дыхание отдавало сероводородом. Эмма мгновенно определила хронический панкреатит и достала из тумбочки панзинорм.

Привела себя в порядок. Тщательно уложила волосы. Подкрасила губы помадой натурального тона. Выдернула пару волосков с подбородка. Сварила яйца. Потом вспомнила про панкреатит, и решила, что яйца будут вредны. Достала из холодильника однопроцентный йогурт и поставила его в теплую воду согреваться.

Когда Элик проснулся , она покормила его с ложечки- сначала панзинормом, потом –йогуртом. . Поначалу он сопротивлялся, потом смирился и все доел.
После завтрака Элик что-то рычал и домогался секса. Эмма Сидоровна была жеманно непреклонна. Сначала – в ванную .

Ее немного смутило , что Элик сначала в ванную пописал ,а зубы чистить не собирался вообще. Она списала это на неизвестное ей трудное Эликово детство , и твердо решила отогреть и довоспитывать.

Утренний секс был не так хорош,как ночной, но более понятен и заметно теплее.

После секса Элик попытался улететь. Эмма насилу успела закрыть фрамугу.

У него случился развернутый эпилептический припадок. Мельхиоровую ложку ,всунутую Эммой в его рот ( так учили на втором курсе) ,Элик перекусил пополам.

«Больной –не больной , а есть»,- подумала Эмма Сидоровна , и попросила Элика почистить картошку, когда он пришел в себя и отоспался после приступа .
Отправлять его на улицу с мусорным ведром она пока опасалась- все –таки,он был какой-то дерганный и нервный. Да мог и сбежать.

Картошку Элик чистил отлично –быстро ,чисто , и без ножа.

******

Жили они долго и счастливо.

30 –ого апреля, ровно через девять месяцев , Эмма Сидоровна родила чудесную здоровую девочку с темными волосами .

Девочка росла очень доброй . В детском саду ее обижали другие дети, и она совсем не умела давать сдачи.

Проблема Эликиного здоровья оказалась несколько надуманной- других болезней ,кроме дисбактериоза, у него не обнаружили. Но панзинорм он принимал, на всякий случай- легкий запах сероводорода его дыхание источало независимо от того, сколько раз в день он чистил зубы.

Одно только обстоятельство немного омрачало их с Сидоровной супружеское счастье- Элик стал стойким импотентом.

***********************************************************************************

Авторская ремарка. Первая строчка бесстыже спижжена на Литпроме в рубрике «Хуета». Автора не помню,а искать –лень. Слава неизвестным героям! Они же во всем и виноваты.


© Copyright: Рыбина Тамара, 2009
Свидетельство о публикации №190227015
[440x661]