«После вчерашнего мы все вступаем в новую эру – теперь не будет вседозволенности, зато будет страх. Пустые улицы… Пустой транспорт… Пустые лица… Надо вставать и идти. Идти по школам по универам, по детским и подростковым сетевым каналам. Что-то объяснять. Успокаивать и запугивать. Говорить, что решение властей… теперь у нас появилось такое слово – власти… хорошее хлёсткое слово, вместо аморфной «координатуры»… что решение властей насчёт применения силы было правомерным и единственно возможным… Какой ужас. И это ведь правда...»