Моей пациентке всегда снились кошмары. Очень конкретные, она запоминала их до мельчайших подробностей, и рассказывала мне, пока я проводил ежедневный осмотр. Они мучили её так, как может мучить только кто-то очень близкий, надавливая на самые больные места.
Она пыталась не спать по нескольку дней, а если засыпала, то старалась быть не одна, пусть даже придётся позвать к себе незнакомых людей. Так мы собственно и познакомились.
Я остановился в том городе отчасти из-за её случая. Я понимал- то что её мучит как раз подходит под моё поле деятельности. Тогда я начал лечить её, спрятав на время свой оранжевый комбинезон под белый халат. Дрянь, что сидела внутри её разрослась настолько, что уже поломала и тело.
Я пробовал всё, чему нас учили. Но этот мир оказался куда сложнее, чем нам рассказывали, поэтому пришлось импровизировать. Я понял, что ничего не смогу до тех пор, пока не увижу эти кошмары. Так мы стали спать вместе. В одну ночь я проснулся от ужасного холода. Я открыл глаза и увидел рядом с собой, там где должна быть она, ледяную лестницу. Я спустился по ней в ад. Там я понял, что с ней, но что делать не знал. Как и все люди этого мира, она мучила себя сама, но при этом во снах её личность отторгала от себя что-то чёрное вязко-острое. Прекрасно понимая, что это её часть, и что такое грубое вмешательство не оправданно, я схватил эту дрянь, и вплёл в свои волосы.
Той же ночью я уже ехал в следующий город.

Прошло два года, и вчера её болезнь окончательно перешла в мою голову. Я ложился спать, как идут на бой противники с заведомо равными силами. Проснувшись в 6:32 я понял, что стал сильнее. Из сна я не помнил ни одной детали. Просто знал, что победил, но мне всё ещё было страшно: мне было страшно пошевелиться, поправить одеяло, подумать. Но эти раны быстро сбежали от лихорадочно блестящих глаз, и оставшиеся пол часа, первый раз за два года, я спал тихо, без чужих долгов в голове.