Они сказали, что ты умер. Они откуда-то тебя знают. Не могу понять откуда. Ты вчера заходил ко мне, и мы долго болтали про лимоны и какие-то слоновые носки. Так и не могу взять в толк, зачем слонам носки. Но мы разговаривали. Бред мощным потоком выплёскивался из нас обоих. Мало что понимая, я постепенно начала возвращаться в этот мир. И слоновые носки перестали казаться большим неадекватом.
Ты тихо дотронулся моей руки в ту ночь. Нет, ты не хотел причинить боль, я сама виновата: вначале разбила твой кувшин цвета ненарисованной планеты, затем пришла сама…пришла к теплу… но заранее знала, чем всё закончится… во мне огня оказалось больше… но я всё равно где-то потерялась в дороге - огонь в тебе еле тлеет теперь.

И мы сидим в своих невидимых палатках, пытаясь спрятать лицо в людской злобе и отчуждённости. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Но самое ужасное за этим наблюдать. Не даём объяснений и не разговариваем, думая, что и так всё понятно. Но отсутствие слов не всегда имеет присутствие смысла в разговоре.

Я пропустила тебя на красный свет, нарушитель, и уехала дальше. Уехала, боясь оглянуться назад, в пучину страсти. Я могла сбить тебя и уехать, но я пропустила - слишком мягко и по-доброму я поступила.

Меня убивают парадоксы, которые люди сами выстраивают на своём пути, тупые и глупые. Беззащитные животные погибают. Им никогда не будет столь много тепла от людей… им нужно уйти к своим, уйти от людей… уйти, чтобы больше не разговаривать про лимоны и слоновые носки, чтобы больше не быть среди пустых и ничтожных, чтобы больше не чувствовать прикосновение подоноческих рук под видом добра и тепла, чтобы больше не видеть это каменное лицо, отражающее душу, чтобы больше не смотреть в эти печальные, наполненные грустью глаза, чтобы больше не встречаться с этой двуличностью, чтобы больше не пропускать и не уступать, чтобы больше не слышать гулкую боль, бешенной пульсацией убивающую с каждым разом всё сильнее и сильнее.

И вот сейчас всё по-прежнему: светит луна, всё с той же силой убивает городская черта, любовь иссушена до дна, и только есть одна мечта. Мечта бежать отсюда и укрыться под твоим плечом, знать, что ты есть рядом, знать, что ты всегда придёшь, знать, что ты всегда поймёшь, знать…нет, просто чувствовать и этим жить…

…Весёлая искра пробежала по спичечному коробку. Затяжка - густой дым. Ещё затяжка - ещё густой дым. Комната мерно покоряется ночи. С каждой сделанной затяжкой пламя свечи начинает с большей силой колебаться - дым плотным каскадом готовит себя ко сну. Жёлтые глаза вновь зажигаются в ночи в поисках новых приключений. Жизнь…это сладкое слово… Жизнь - это вкушать всё, что только возможно. Но для начала надо разобраться ещё с одним делом, пока прошлое столь свежо.

Знаю, я сделала тебе больно, гораздо больнее, чем ты мне, но я до сих пор не знаю, как поступить и что я тебе завтра скажу. Я совершила глупость, сыграла моя тупость, моя гордость…мой страх… Отвернулся или нет… Ушёл или остался… Я делаю последнюю затяжку. Кумар в комнате повис плотным каскадом. Я засыпаю в надежде на лучшее. Я засыпаю в надежде, что это всё однажды прекратится и будет всё хорошо…