Армия и Россия. Вернее, армия России.
21-11-2008 10:40
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
Любой нормальный парень хотел бы год, а то и пару можно, отслужить в такой армии, из которой выходят супермены. Чтобы – они гордые, а на них – с завистью и опаской, и плюс в биографии на всю жизнь и карьеру. Но бессмысленной каторги и тюремного бесправия они не хотят. Че мала фортуна! Какое горе?
Традиции и психология русской армии – извращенные. Разрушительные. Отталкивающие. Поганые и вонючие. Сами жрите!
На призывника начинают орать и материть его прямо в военкомате. Любой контакт призывника с армией заранее направлен на унижение, стресс, размалывание.
ВСЯЧЕСКОЕ ЗАТРУДНЕНИЕ ЖИЗНИ СОЛДАТА -ЗАКОН РОССИЙСКОЙ АРМИИ
Чтоб понял службу! А как же! Стойко переносить тяготы и лишения! Смир-ррррна, лишенец!!!
Я могу открыть вам великий секрет, господа идиоты под гордым и нелепым названием «военные психологи». Секрет – откуда в русской армии дедовщина. Откуда?! Откуда?! И заламывать руки!., искать, плакать, искать, получать зарплату. Искать, Мухтар!!
Дедовщина есть всемерное затруднение жизни молодому солдату старослужащими – путем изощренных придуманных лишений, ограничений, обязанностей, беспрекословного подчинения старшим по срокам, унизительным и бессмысленным действиям.
А теперь скажите – принципиально «дедовщина» отличается от отношения армии к солдату? Или отличается только деталями, конкретностями, плотностью унижений – а в общем принцип тот же – сломать характер, подчинить беспрекословно, подчинение любому приказу старшего, удовольствие от унижений другого и убежденность в том, что «так надо» – а как же? и со мной так было! и все должны! терпеть! армия!
ДЕДОВЩИНА – ЭТО СУТЬ АРМЕЙСКОЙ СЛУЖБЫ ПОД УВЕЛИЧИТЕЛЬНЫМ СТЕКЛОМ
Когда современных солдат учат ходить строем каждый день, а стрелять – два раза за службу – это абсурд. Строевая подготовка была важнейшей частью боевой в античном мире! Строй потерял – армия разбита! Сегодня строй – типа кот яйца вылизывает для блеска.
Когда в казармах ровняют по нитке постели, но чтоб час в день солдату качать мышцы и учить драться – фига.
Офицер обожает мучить солдат – и это поощряется армейской системой! Выстроить на солнцепеке – и так проводить занятие. Гнать в наряд за нечищенную обувь. А что солдат местность вообще не понимает – как от огня укрыться? – так офицер сам не понимает.
Солдата абсолютно не учат полевой жизни: как развести костер? Как замаскироваться? Его не учат драться. Защищаться, оказывать помощь, преодолевать любые препятствия, стрелять из всего, метать все группироваться при падениях с высоты. Зато он должен соблюдать военный обряд: определенным образом ходить громко, прикладывать руку к голове, произносить определенные неестественные фразы, зазубривать наизусть дикую графоманию, называемую армейскими уставами – своими словами отвечать нельзя. Для войны, для реальной борьбы с противником вся эта омерзительная мутотень на хрен не нужна, и недаром все и везде и всегда настоящие фронтовики ее презирали.
Форму надо носить только вот так, а территорию красить вот так, а в увольнение ходить вот так, а у тумбочки стоять так, а мыло, щетка и паста лежат вот так – однообразно.
Еще солдата гоняют на работы. Кому строить, кому что таскать. Мыть полы очень чисто! Ежедневно! На хрена? Не рассуждать!!
АРМЕЙСКАЯ СЛУЖБА СВОДИТСЯ К ОБРЯДУ И РАБОТЕ, ПРИЧЕМ ТО И ДРУГОЕ УГНЕТАЕТ БЕССМЫСЛЕННОСТЬЮ И ТРЕБОВАНИЕМ ТЩАТЕЛЬНОСТИ.
Это формальная часть службы, официальная. А неформальная сводится к тому же!!!
ДЕДОВЩИНА -ЭТО БЕССМЫСЛЕННЫЕ ОБРЯД И РАБОТА
Когда военком после ужина гонит школьников на 10 км в противогазах и один умирает – это та же дедовщина. Когда майор, везущий сотню призывников на Камчатку, в промежуточном аэропорту держит их на поле под ледяным ветром влажных после бани два часа в легкой одежде, и парни умирают от пневмонии – это дедовщина. Это бессмысленная и нарочитая жестокость, ибо «солдату подобает! чтоб дурь выбить! а как же! без нежностей! здесь армия!».
Вот от этого плебейства и тупого жлобства – и чудовищные военные потери: «На пулеметы! Вперед! Войны без потерь не бывает! Убьют – бабы новых нарожают!»
Это все злобные мудаки из вашей армии, генерал Гареев. Это от них косят и бегут пацаны по всей стране.
Юность жестока. Юность особенно нуждается в самоутверждении. Юность не очень умеет рассуждать, зато темперамента у нее – вагон.
И вот над юностью издеваются – именно издеваются как система! – в замкнутом пространстве, даже почти не выпуская в «увольнение» за забор – в мирное-то время. И она копит в себе невроз, и напряжение, и огромный заряд агрессии, который армия постоянно допрессовывает – еще! еще! – а снять его никак.
Юность копирует армейскую систему – потому что такой мощной и тотальной системы подавления личности и издевки над личностью она себе даже не представляла, агрессивней уже нет ничего. И в структуре этой системы вымещает свою болезненную и дотоле бессильную агрессивность на «молодых». Официальное «а как же, это армия!» подкрепляется личным-корпоративным: «а как же, мы ведь тоже такое терпели!». Вот и весь бином Ньютона.
Сделайте офицера человеком с человеческой жизнью.
Уничтожьте в корне отношение к солдату как к псу для битья.
Посмотрите вы, как относятся к людям в других армиях!!!
Отмените бессмысленную работу, резко ограничьте бессмысленный обряд.
Дайте солдату дышать, отпускайте за забор чаще.
Жестоко карайте за серьезные нарушения, но прекратите жлобски приеживаться по пустякам.
Перестаньте рассматривать солдата прежде всего как источник разных нарушений и грехов. Офицер смотрит на солдата обычно, как мент в метро на кавказца: хрен с тобой, обматерю – но гуляй, пока разрешаю.
Учите его войне, а не херне.
Прекратите дрючить офицера за ЧП в части, так что он вынужден их скрывать.
И не гребите шваль разную, нарков и шпану, в армию! Им бы вас пристрелить, уродов, так до вас далеко, и они обычных ребят терроризируют! Вы их гребете для цифр по разнарядке – и в результате недобираете тех, кто пуще огня не хочет попасть с ними в одну часть и казарму.
Вы не создадите хорошей, крепкой, отлаженной и эффективной армии в коррумпированной, раскрадываемой, распадающейся стране. Армия, как любой государственный институт, отражает в себе то, что происходит кругом.
СОЛДАТ СЛУЖИТ В СОСТОЯНИИ СОЗДАННОГО ЕМУ СТРЕССА
Дедовщина, самоубийства, расстрелы сослуживцев – проявления стрессовой ситуации, невроза как армейского» духа и естественных нервных срывов.
Основа отношений в Российской Армии уродлива и травмирует психику. Вся основа – начиная от «тыканья» офицерам и содержания их страной в скотских условиях.
Армия – это не сумма людей и вооружений. Такая точка зрения, что больше – это сильнее, – ошибочна, порочна, глупа, идиотична.
Армия – это система. И сильна она прежде всего своей структурой. Отлаженностью и взаимодействием людей, подразделений, частей. Паршивая овца портит стадо. А вы гребете овец весом – абы мясокомбинат план выполнил.
И офицер, и солдат должны иметь положительную мотивацию к службе. А у нас – офицеру деваться некуда, а солдат под страхом тюрьмы в армию идет и дни до дембеля считает. По этой армии ударь – и повторится великий драп (как в войну говорили) 41-го года: бардак и разгром.
Офицером страна должна гордиться! Солдата страна должна любить! А у нас рвань позорная золотом сорит!.. но это мы уже говорили.
«Комитет солдатских матерей» – это приговор государственной системе, организующей такую армию. Тиражирование печатных пособий по уклонению и дезертирству – означает: зачем вам враг! Если солдатские матери – враги такой армии, то считайте, что она уже побеждена Да собственным народом и побеждена. Вы в нее набираете служить ее потенциальных врагов И делаете все, чтоб они врагами были.
Армию может спасти единственное: радикальный пересмотр – что допустимо и недопустимо, что правильно и неправильно, что хорошо и плохо.
Территориальный принцип. У немцев и в войну взвод формировали из школьного класса. Это логично, эффективно и экономно. Люди притерлись, отношения сложились, друг друга понимают, взаимопомощь, психологическая поддержка, и силы-средства на перевозки и переформирования тратить не надо. Равным числом, равными средствами – немцы в XX веке били всех с треском!
Наш принцип другой. Солдат из разных мест, разных национальностей – перемешать и разослать подальше от дома. Зачем?! А затем, что тогда они не сговорятся – о бунте, о побеге, о создании национальных формирований. А то: решила Татария отделиться – а у нее уже своя армия! А солдаты татары хорошие.
Когда взвод под тобой – одноклассники, а полк – из одного города, то гнуть и топтать его труднее. И на пулеметы в лоб без толку гнать труднее, и дерьмом кормить.
Разделяй и властвуй – вот принцип Советской Армии, и он перешел в Российскую. Поэтому узбекские мальчики из кишлаков могли служить на атомных подлодках, и офицеры рыдали. И дрались в ротах ночами кавказцы со славянами, и тд.
Надо признать – что «россияне» как единый народ – ну, не спаялся покуда. И армия – в ловушке! Несочетаемое сочетание имперского построения и демократического духа губит армию, не предлагая никакого выхода!
В царской армии были национальные формирования, по уму. Но и мысли про «самоопределение наций» и «равенство культур» не возникало ни у кого! Мулла, раввин, – пожалуйста. Но Империя – Российская, православная, царь всем землям голова, губернатор из Петербурга, и никаких национальных поползновений!
А при Советах – с массовыми бунтами, раскулачиваниями, голодами, геноцидом – боялись нац. формирований как готовых армий «сепаратистов». А вот в чужих краях чужих людей пострелять – это солдатушкам легче.
То есть. Боеспособность, конечно, снижается. Но опасность армейских бунтов, опасность политических волнений с применением армейских частей националами – тоже резко снижается. Пусть говно армия, но главное – все-таки подчиняется приказу.
Мужчины – определитесь! Или армия состоит из народа – то есть одноклассников, ребят нашего района, парней из нашего города. Это армия. Но она, конечно, может иметь свое мнение. С ней считаться надо! А считаться с людьми на Руси не привыкли! Не немцы, чай, попердят да перетерпят.
Или Кремлю будет спокойнее, что армейские части не перейдут вдруг к своим сепаратистам – Башкириям, Татариям и разнообразным Уральским Республикам, где им посулят шашлык на обед и увольнение каждый вечер. Но тогда бардак будет продолжаться, дедовщина процветать, а армия реально будет небоеспособной.
Или надо кончать все разговоры про надоевший всем либерализм и объявлять Россию всерьез единой, неделимой и т.д. Но безо всякого идеологического равноправия! Или это страна русских, в которую на равных правах вливаются другие, – или это страна всех в ней живущих, где русские – лишь равные среди равных. Но тогда прощайтесь с единой страной.
РАСПАД АРМИИ ОТРАЖАЕТ
НЕРЕШЕННОСТЬ ВЛАСТИ:
КАКОЙ БЫТЬ РОССИИ
Разруха в армии, как и везде, начинается в головах начальства страны.
Не успели отпраздновать 60-летие Великой Победы – как правительство заявило без лишней помпы: а дальше денег на поиски и захоронения павших бойцов нету. Хватит. Время прошло, кого похоронили – ладно, кого нет – чего уж теперь. Сами, мол, в ямах захоронились.
Не похоронить подобающим образом своих солдат, павших в битвах, – везде, всегда, у всех народов являлось не просто позором, не просто бесчестьем, и даже не просто преступлением. Но государственным преступлением! И одновременно – преступлением перед богами: ибо мертвые поступают уже в их распоряжение, а долг живых – снарядить их для явления пред богами подобающим образом.
Тот, кто этого не чувствует и не понимает – мразь, и не заслуживает быть ни великим народом, ни великим государством.
Да и не получится. Характер не даст и Бог не позволит.
И все народы всегда это знали. И соблюдали. Иначе и совесть мучила – и страх колол.
И вот простые люди в свое свободное время, на свои деньги из бедных российских заработков копают в болотах и лесах, выкапывая останки павших и предавая их земле по-людски и по-божески. А ворующая миллиарды долларов власть заявляет, что нет денег и нет смысла.
Вот и бросить их в болото без всяких похорон, наших отважных бойцов рыночного фронта.
Могила солдата – это отношение к армии. Если есть вообще на земле святыни – это солдатские могилы. Все мальчики отдали, сами ничего не прожили.
Вот как наша вечная сволочня из верхов относится к живой армии – вот так она относится и к мертвой. Как укладывала солдат в семь слоев под Синявинскими высотами – так и поныне догнивают.
И вы хотите, чтобы видя это отношение к павшим победителям – живые служили в бравой армии, да еще в охотку?
Армия, оставляющая как падаль на бесчестье своих павших в боях на своей земле – не армия, а говно. Это обесчещенная, опозоренная армия. Это угнетенный сброд, который силой заставляют воевать.
Армия в этом не виновата? Ни капли! Она только кровь лила! Но твари – сказать из какого комплекса зданий в каком городе? – поставили ее в такое положение.
Это отношение к павшим есть гниль сознания, гниль мироотношения, гниль приоритета ценностей, гниль совести. И вот эта гниль распространяется и течет сверху вниз – и гниет армия.
И пока эта гниль не будет вычищена из голов, пока павшие не будут – с честью! – преданы земле как герои, – хорошей армии в России не будет. НЕ БУДЕТ! Потому что если у верховного командования говно в душах – то яд и смрад неизбежно будут пропитывать любые армейские организмы и структуры.
И пусть никто не подумает, что это все мелихлюндии и сантименты с мелодраматизмом. Основа армии – вера, верность. Патриотизм – не только слепая любовь к своей стране – но несгибаемая убежденность в справедливости и достоинстве своей страны.
За «эту страну» никто в вашей армии служить не хочет.
*****************************************************************
Написано веб-клиентом Swiftpen.
Tags: Россия, армия, жизнь, вот что пишут
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
Цитата приписывается Михаилу Веллеру
Правда я на его сайте ничего такого не нашёл :(
Правда я на его сайте ничего такого не нашёл :(
***********************М. Веллер*****************************************
Если вы хотите уважения народа к армии – сыновья всех высших лиц государства должны служить! И не в ансамбле – в линейном! мотострелковом! кадрированном! обычном! через день – на ремень! И вот тогда комполка завибрирует, закрутится. И комдив над ним начнет людей кормить. И если отметелят сынка старики – сгноит комбат стариков, а комполка засадит комбату фитиль от земли до неба. А то ишь: своих в Кембридже учить – а наших в армии морить.Любой нормальный парень хотел бы год, а то и пару можно, отслужить в такой армии, из которой выходят супермены. Чтобы – они гордые, а на них – с завистью и опаской, и плюс в биографии на всю жизнь и карьеру. Но бессмысленной каторги и тюремного бесправия они не хотят. Че мала фортуна! Какое горе?
Традиции и психология русской армии – извращенные. Разрушительные. Отталкивающие. Поганые и вонючие. Сами жрите!
На призывника начинают орать и материть его прямо в военкомате. Любой контакт призывника с армией заранее направлен на унижение, стресс, размалывание.
ВСЯЧЕСКОЕ ЗАТРУДНЕНИЕ ЖИЗНИ СОЛДАТА -ЗАКОН РОССИЙСКОЙ АРМИИ
Чтоб понял службу! А как же! Стойко переносить тяготы и лишения! Смир-ррррна, лишенец!!!
Я могу открыть вам великий секрет, господа идиоты под гордым и нелепым названием «военные психологи». Секрет – откуда в русской армии дедовщина. Откуда?! Откуда?! И заламывать руки!., искать, плакать, искать, получать зарплату. Искать, Мухтар!!
Дедовщина есть всемерное затруднение жизни молодому солдату старослужащими – путем изощренных придуманных лишений, ограничений, обязанностей, беспрекословного подчинения старшим по срокам, унизительным и бессмысленным действиям.
А теперь скажите – принципиально «дедовщина» отличается от отношения армии к солдату? Или отличается только деталями, конкретностями, плотностью унижений – а в общем принцип тот же – сломать характер, подчинить беспрекословно, подчинение любому приказу старшего, удовольствие от унижений другого и убежденность в том, что «так надо» – а как же? и со мной так было! и все должны! терпеть! армия!
ДЕДОВЩИНА – ЭТО СУТЬ АРМЕЙСКОЙ СЛУЖБЫ ПОД УВЕЛИЧИТЕЛЬНЫМ СТЕКЛОМ
Когда современных солдат учат ходить строем каждый день, а стрелять – два раза за службу – это абсурд. Строевая подготовка была важнейшей частью боевой в античном мире! Строй потерял – армия разбита! Сегодня строй – типа кот яйца вылизывает для блеска.
Когда в казармах ровняют по нитке постели, но чтоб час в день солдату качать мышцы и учить драться – фига.
Офицер обожает мучить солдат – и это поощряется армейской системой! Выстроить на солнцепеке – и так проводить занятие. Гнать в наряд за нечищенную обувь. А что солдат местность вообще не понимает – как от огня укрыться? – так офицер сам не понимает.
Солдата абсолютно не учат полевой жизни: как развести костер? Как замаскироваться? Его не учат драться. Защищаться, оказывать помощь, преодолевать любые препятствия, стрелять из всего, метать все группироваться при падениях с высоты. Зато он должен соблюдать военный обряд: определенным образом ходить громко, прикладывать руку к голове, произносить определенные неестественные фразы, зазубривать наизусть дикую графоманию, называемую армейскими уставами – своими словами отвечать нельзя. Для войны, для реальной борьбы с противником вся эта омерзительная мутотень на хрен не нужна, и недаром все и везде и всегда настоящие фронтовики ее презирали.
Форму надо носить только вот так, а территорию красить вот так, а в увольнение ходить вот так, а у тумбочки стоять так, а мыло, щетка и паста лежат вот так – однообразно.
Еще солдата гоняют на работы. Кому строить, кому что таскать. Мыть полы очень чисто! Ежедневно! На хрена? Не рассуждать!!
АРМЕЙСКАЯ СЛУЖБА СВОДИТСЯ К ОБРЯДУ И РАБОТЕ, ПРИЧЕМ ТО И ДРУГОЕ УГНЕТАЕТ БЕССМЫСЛЕННОСТЬЮ И ТРЕБОВАНИЕМ ТЩАТЕЛЬНОСТИ.
Это формальная часть службы, официальная. А неформальная сводится к тому же!!!
ДЕДОВЩИНА -ЭТО БЕССМЫСЛЕННЫЕ ОБРЯД И РАБОТА
Когда военком после ужина гонит школьников на 10 км в противогазах и один умирает – это та же дедовщина. Когда майор, везущий сотню призывников на Камчатку, в промежуточном аэропорту держит их на поле под ледяным ветром влажных после бани два часа в легкой одежде, и парни умирают от пневмонии – это дедовщина. Это бессмысленная и нарочитая жестокость, ибо «солдату подобает! чтоб дурь выбить! а как же! без нежностей! здесь армия!».
Вот от этого плебейства и тупого жлобства – и чудовищные военные потери: «На пулеметы! Вперед! Войны без потерь не бывает! Убьют – бабы новых нарожают!»
Это все злобные мудаки из вашей армии, генерал Гареев. Это от них косят и бегут пацаны по всей стране.
Юность жестока. Юность особенно нуждается в самоутверждении. Юность не очень умеет рассуждать, зато темперамента у нее – вагон.
И вот над юностью издеваются – именно издеваются как система! – в замкнутом пространстве, даже почти не выпуская в «увольнение» за забор – в мирное-то время. И она копит в себе невроз, и напряжение, и огромный заряд агрессии, который армия постоянно допрессовывает – еще! еще! – а снять его никак.
Юность копирует армейскую систему – потому что такой мощной и тотальной системы подавления личности и издевки над личностью она себе даже не представляла, агрессивней уже нет ничего. И в структуре этой системы вымещает свою болезненную и дотоле бессильную агрессивность на «молодых». Официальное «а как же, это армия!» подкрепляется личным-корпоративным: «а как же, мы ведь тоже такое терпели!». Вот и весь бином Ньютона.
Сделайте офицера человеком с человеческой жизнью.
Уничтожьте в корне отношение к солдату как к псу для битья.
Посмотрите вы, как относятся к людям в других армиях!!!
Отмените бессмысленную работу, резко ограничьте бессмысленный обряд.
Дайте солдату дышать, отпускайте за забор чаще.
Жестоко карайте за серьезные нарушения, но прекратите жлобски приеживаться по пустякам.
Перестаньте рассматривать солдата прежде всего как источник разных нарушений и грехов. Офицер смотрит на солдата обычно, как мент в метро на кавказца: хрен с тобой, обматерю – но гуляй, пока разрешаю.
Учите его войне, а не херне.
Прекратите дрючить офицера за ЧП в части, так что он вынужден их скрывать.
И не гребите шваль разную, нарков и шпану, в армию! Им бы вас пристрелить, уродов, так до вас далеко, и они обычных ребят терроризируют! Вы их гребете для цифр по разнарядке – и в результате недобираете тех, кто пуще огня не хочет попасть с ними в одну часть и казарму.
Вы не создадите хорошей, крепкой, отлаженной и эффективной армии в коррумпированной, раскрадываемой, распадающейся стране. Армия, как любой государственный институт, отражает в себе то, что происходит кругом.
СОЛДАТ СЛУЖИТ В СОСТОЯНИИ СОЗДАННОГО ЕМУ СТРЕССА
Дедовщина, самоубийства, расстрелы сослуживцев – проявления стрессовой ситуации, невроза как армейского» духа и естественных нервных срывов.
Основа отношений в Российской Армии уродлива и травмирует психику. Вся основа – начиная от «тыканья» офицерам и содержания их страной в скотских условиях.
Армия – это не сумма людей и вооружений. Такая точка зрения, что больше – это сильнее, – ошибочна, порочна, глупа, идиотична.
Армия – это система. И сильна она прежде всего своей структурой. Отлаженностью и взаимодействием людей, подразделений, частей. Паршивая овца портит стадо. А вы гребете овец весом – абы мясокомбинат план выполнил.
И офицер, и солдат должны иметь положительную мотивацию к службе. А у нас – офицеру деваться некуда, а солдат под страхом тюрьмы в армию идет и дни до дембеля считает. По этой армии ударь – и повторится великий драп (как в войну говорили) 41-го года: бардак и разгром.
Офицером страна должна гордиться! Солдата страна должна любить! А у нас рвань позорная золотом сорит!.. но это мы уже говорили.
«Комитет солдатских матерей» – это приговор государственной системе, организующей такую армию. Тиражирование печатных пособий по уклонению и дезертирству – означает: зачем вам враг! Если солдатские матери – враги такой армии, то считайте, что она уже побеждена Да собственным народом и побеждена. Вы в нее набираете служить ее потенциальных врагов И делаете все, чтоб они врагами были.
Армию может спасти единственное: радикальный пересмотр – что допустимо и недопустимо, что правильно и неправильно, что хорошо и плохо.
Территориальный принцип. У немцев и в войну взвод формировали из школьного класса. Это логично, эффективно и экономно. Люди притерлись, отношения сложились, друг друга понимают, взаимопомощь, психологическая поддержка, и силы-средства на перевозки и переформирования тратить не надо. Равным числом, равными средствами – немцы в XX веке били всех с треском!
Наш принцип другой. Солдат из разных мест, разных национальностей – перемешать и разослать подальше от дома. Зачем?! А затем, что тогда они не сговорятся – о бунте, о побеге, о создании национальных формирований. А то: решила Татария отделиться – а у нее уже своя армия! А солдаты татары хорошие.
Когда взвод под тобой – одноклассники, а полк – из одного города, то гнуть и топтать его труднее. И на пулеметы в лоб без толку гнать труднее, и дерьмом кормить.
Разделяй и властвуй – вот принцип Советской Армии, и он перешел в Российскую. Поэтому узбекские мальчики из кишлаков могли служить на атомных подлодках, и офицеры рыдали. И дрались в ротах ночами кавказцы со славянами, и тд.
Надо признать – что «россияне» как единый народ – ну, не спаялся покуда. И армия – в ловушке! Несочетаемое сочетание имперского построения и демократического духа губит армию, не предлагая никакого выхода!
В царской армии были национальные формирования, по уму. Но и мысли про «самоопределение наций» и «равенство культур» не возникало ни у кого! Мулла, раввин, – пожалуйста. Но Империя – Российская, православная, царь всем землям голова, губернатор из Петербурга, и никаких национальных поползновений!
А при Советах – с массовыми бунтами, раскулачиваниями, голодами, геноцидом – боялись нац. формирований как готовых армий «сепаратистов». А вот в чужих краях чужих людей пострелять – это солдатушкам легче.
То есть. Боеспособность, конечно, снижается. Но опасность армейских бунтов, опасность политических волнений с применением армейских частей националами – тоже резко снижается. Пусть говно армия, но главное – все-таки подчиняется приказу.
Мужчины – определитесь! Или армия состоит из народа – то есть одноклассников, ребят нашего района, парней из нашего города. Это армия. Но она, конечно, может иметь свое мнение. С ней считаться надо! А считаться с людьми на Руси не привыкли! Не немцы, чай, попердят да перетерпят.
Или Кремлю будет спокойнее, что армейские части не перейдут вдруг к своим сепаратистам – Башкириям, Татариям и разнообразным Уральским Республикам, где им посулят шашлык на обед и увольнение каждый вечер. Но тогда бардак будет продолжаться, дедовщина процветать, а армия реально будет небоеспособной.
Или надо кончать все разговоры про надоевший всем либерализм и объявлять Россию всерьез единой, неделимой и т.д. Но безо всякого идеологического равноправия! Или это страна русских, в которую на равных правах вливаются другие, – или это страна всех в ней живущих, где русские – лишь равные среди равных. Но тогда прощайтесь с единой страной.
РАСПАД АРМИИ ОТРАЖАЕТ
НЕРЕШЕННОСТЬ ВЛАСТИ:
КАКОЙ БЫТЬ РОССИИ
Разруха в армии, как и везде, начинается в головах начальства страны.
Не успели отпраздновать 60-летие Великой Победы – как правительство заявило без лишней помпы: а дальше денег на поиски и захоронения павших бойцов нету. Хватит. Время прошло, кого похоронили – ладно, кого нет – чего уж теперь. Сами, мол, в ямах захоронились.
Не похоронить подобающим образом своих солдат, павших в битвах, – везде, всегда, у всех народов являлось не просто позором, не просто бесчестьем, и даже не просто преступлением. Но государственным преступлением! И одновременно – преступлением перед богами: ибо мертвые поступают уже в их распоряжение, а долг живых – снарядить их для явления пред богами подобающим образом.
Тот, кто этого не чувствует и не понимает – мразь, и не заслуживает быть ни великим народом, ни великим государством.
Да и не получится. Характер не даст и Бог не позволит.
И все народы всегда это знали. И соблюдали. Иначе и совесть мучила – и страх колол.
И вот простые люди в свое свободное время, на свои деньги из бедных российских заработков копают в болотах и лесах, выкапывая останки павших и предавая их земле по-людски и по-божески. А ворующая миллиарды долларов власть заявляет, что нет денег и нет смысла.
Вот и бросить их в болото без всяких похорон, наших отважных бойцов рыночного фронта.
Могила солдата – это отношение к армии. Если есть вообще на земле святыни – это солдатские могилы. Все мальчики отдали, сами ничего не прожили.
Вот как наша вечная сволочня из верхов относится к живой армии – вот так она относится и к мертвой. Как укладывала солдат в семь слоев под Синявинскими высотами – так и поныне догнивают.
И вы хотите, чтобы видя это отношение к павшим победителям – живые служили в бравой армии, да еще в охотку?
Армия, оставляющая как падаль на бесчестье своих павших в боях на своей земле – не армия, а говно. Это обесчещенная, опозоренная армия. Это угнетенный сброд, который силой заставляют воевать.
Армия в этом не виновата? Ни капли! Она только кровь лила! Но твари – сказать из какого комплекса зданий в каком городе? – поставили ее в такое положение.
Это отношение к павшим есть гниль сознания, гниль мироотношения, гниль приоритета ценностей, гниль совести. И вот эта гниль распространяется и течет сверху вниз – и гниет армия.
И пока эта гниль не будет вычищена из голов, пока павшие не будут – с честью! – преданы земле как герои, – хорошей армии в России не будет. НЕ БУДЕТ! Потому что если у верховного командования говно в душах – то яд и смрад неизбежно будут пропитывать любые армейские организмы и структуры.
И пусть никто не подумает, что это все мелихлюндии и сантименты с мелодраматизмом. Основа армии – вера, верность. Патриотизм – не только слепая любовь к своей стране – но несгибаемая убежденность в справедливости и достоинстве своей страны.
За «эту страну» никто в вашей армии служить не хочет.
*****************************************************************
Написано веб-клиентом Swiftpen.
Tags: Россия, армия, жизнь, вот что пишут
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Армия и Россия. Вернее, армия России. | fearlesstoad - Дневник fearlesstoad |
Лента друзей fearlesstoad
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»