коньячный запах
выкрасил две комнаты
в янтарь.
ей стало холодно.
и только гарь,
разлившаяся по плите
из турки, -
жалит
ее уныло-старческие руки....

и некому сказать,
и в одиночестве,
и в ша’ли.

Аааа!!

и это,
может быть, -
последней драмы третий акт.

коньячный запах
въелся, как истома, в волосы....

в кофейной гуще
вместе с голосом

осталась выпитая доля!!

звенят ключи,
билет уже в руке –

и только Боль,

и та молчит.

снег.

мы, умирая,
все спешим Домой....



14.03.2010