Принимала наша авиация участие в Карибском кризисе. В основном самим фактом присутствия. Летали не много. Летчики изнывали от безделья. Сильно истязал «obliko morale». Об излишествах всяких нехороших и речи не было. Сухой закон объявлен не был, но все каналы притока алкоголя были надежно перекрыты. В этой обстановке один «сверчок», сверхсрочник, пошептал комэску что-то на ухо. Тот утвердительно кивнул, и секретная работа закипела.