А посмотрит в себя — и скулит в себя, полубог.
Мир не радует: фантики, склянки да побрякушки.
Он хотел бы лбом к дереву, там, где кора и мох. Он играется в зверя, но плюшевый, как зверушка.
Я царапаю воздух: настолько тяжёл мой взгляд. Мне не радостен город, хоть он мне и свой по крови.
Я бы злилась, но это как щериться на щенят: на попытку быть грозным, пропитанную любовью.
На попытку быть смелым, не чувствуя ловкость лап.
На попытку быть старшим, пока ещё не по росту.
Я когда-то таким же щенком, как и он, была. И скулила, беспомощно нос задирая к звездам.
Я царапаю воздух, но воздух — пушистый ком, что пытается вырасти частью могучей чащи.
И луна, словно блюдечко с налитым молоком, освещает его неокрепшим, но настоящим.
Я бы злилась на эту неловкость, но он чудной. И забавно, что он, как и я, расправляет плечи,
чтоб казаться страшней. Он настолько похож со мной,
что я просто
перехожу с ним
на человечий




(с) Лина Сальникова
[452x700]