мы носим в голове черновики,
а набело никак не перепишем.
боимся вслух /глядишь, еще услышат/
сказать о том, как чувства велики.

в черновиках все просто, от души:
там есть «люблю» для тех, кто правда близок,
там есть «прости» без подленьких отписок,
и другу есть «доедешь – напиши».

и «я скучаю» вместо «все окей»,
«прощай» звучит «попробуем сначала».
в черновиках все так легко звучало,
а в жизни — эх, попробуй одолей.

молчанье там, где рвется рев и крик,
мы в мыслях пишем, набело стираем.
но жизнь не ждет и тает, тает, тает –
один большой, беззвучный черновик.





(с) Ирина Илизарова
[392x700]